Интересный пост увидела:
Опять от души пообщавшись с представителями mental health индустрии, я чуть при*уела. А какие реакции должны у здравомыслящего человека вызывать фразы типа “для постановки диагноза достаточно поговорить” и “разве желание самоповреждения это не объективный критерий для диагноза”? И это все - от людей, которые имеют лицензию, чтобы ставить диагнозы.
А потом каааааак поняла. Это же классическая эквивокация.
Вот я так об этом не думала, а ведь слово “диагноз” на самом-то деле полисемичное. То есть в разных контекстах имеет совершенно разные смыслы. А путаем мы их, потому что - эквивокация.
В медицине диагноз подразумевает довольно серьезную нозологическую рамку: установлен объективно патологический процесс, другой врач может увидеть ту же самую патологию (то есть присутствует надежность), проводится объективная диагностика, известны параметры нормы и патологии, определен патогенез, есть клинические мишени - то есть процессы, на которые направлена терапия, и есть терапия, которая воздействует на конкретный патологический процесс. И это все имеет доказательную базу.
Вот это мы предполагаем, когда слышим слово “диагноз” и он вызывает у нас доверие.
Для любителей аргумента “а вот мигрень, а вот синдром раздраженного кишечника”. Да, и в медицине есть симптомы, для которых не получается установить патогенез. Ну так это и не диагноз. Тот же “синдром раздраженного кишечника” это заключение врача, которое по сути означает “да я в душе не ебу, почему у тебя живот болит, и толчок - твой лучший друг”. Но даже тогда, для симптомов можно определить какие-то объективные показатели: биохимия крови покажет воспаление, эндоскопия покажет изменение тканей (наверное…) И препараты все равно будут иметь какую-то установленную органическую цель. И добросовестный врач объяснит, что такое “идиопатическое заболевание”.
В психиатрии слово “диагноз” означает вообще не это. “Диагноз” в психиатрии - это название, принятое для той или иной группы поведенческих проявлений и самоотчетов о состоянии. Причем эти симптомы были помещены в свои группы и названы как названы не вследствие каких-то научных исследований, а путем голосования среди небольшой группы практиков и академиков.
“Диагноз” в психиатрии это просто “вот этим словом мы решили называть вот эту группу жалоб”. Причем каждый диагност может одни и те же жалобы разместить в разные группы, какие-то жалобы трактовать как значимые, а какие-то проигнорировать.
Диагноз в медицине ставится в первую очередь, чтобы указать на патогенез: какой дефект в организме вызывает симптомы. Диагноз в психиатрии ставится исключительно для того, чтобы назначить психотропный препарат.
При этом психотропные препараты связаны с диагнозами не тем, что они устраняют какую-то физиологическую патологию, которая вызывает жалобы, нет. Эффект у психотропных не целевой. Они влияют на биохимию мозга, и этим создают измененное состояние, которое иногда ощущается как облегчение симптомов.
Это как если мы увидели, что товарищ стесняется (кстати это называется SAD - расстройство социальной адаптации), и налили ему водочки (осуждаю), водочка ему временно изменила состояние, и он подкатил к даме сердца аки лыцарь - по логике психиатрии, мы провели ему диагностику и лечение.
Психиатрический диагноз вызывает доверие из-за эффекта эквивокации. Из-за того, что используется давно знакомое слово с установленными ассоциями, одно значение подменяется другим.
Человек слышит “диагноз” от психиатра, а думает, что это “диагноз” как в медицине. И доверяет, и думает, что врач наконец-то нашел причину его страданий и излечит его, как и положено врачу. Основываясь на доказательной науке.
И жестоко ошибается. Потому что от “диагноза” тут только слово. И эквивокация.
Отсюда.
Опять от души пообщавшись с представителями mental health индустрии, я чуть при*уела. А какие реакции должны у здравомыслящего человека вызывать фразы типа “для постановки диагноза достаточно поговорить” и “разве желание самоповреждения это не объективный критерий для диагноза”? И это все - от людей, которые имеют лицензию, чтобы ставить диагнозы.
А потом каааааак поняла. Это же классическая эквивокация.
Вот я так об этом не думала, а ведь слово “диагноз” на самом-то деле полисемичное. То есть в разных контекстах имеет совершенно разные смыслы. А путаем мы их, потому что - эквивокация.
В медицине диагноз подразумевает довольно серьезную нозологическую рамку: установлен объективно патологический процесс, другой врач может увидеть ту же самую патологию (то есть присутствует надежность), проводится объективная диагностика, известны параметры нормы и патологии, определен патогенез, есть клинические мишени - то есть процессы, на которые направлена терапия, и есть терапия, которая воздействует на конкретный патологический процесс. И это все имеет доказательную базу.
Вот это мы предполагаем, когда слышим слово “диагноз” и он вызывает у нас доверие.
Для любителей аргумента “а вот мигрень, а вот синдром раздраженного кишечника”. Да, и в медицине есть симптомы, для которых не получается установить патогенез. Ну так это и не диагноз. Тот же “синдром раздраженного кишечника” это заключение врача, которое по сути означает “да я в душе не ебу, почему у тебя живот болит, и толчок - твой лучший друг”. Но даже тогда, для симптомов можно определить какие-то объективные показатели: биохимия крови покажет воспаление, эндоскопия покажет изменение тканей (наверное…) И препараты все равно будут иметь какую-то установленную органическую цель. И добросовестный врач объяснит, что такое “идиопатическое заболевание”.
В психиатрии слово “диагноз” означает вообще не это. “Диагноз” в психиатрии - это название, принятое для той или иной группы поведенческих проявлений и самоотчетов о состоянии. Причем эти симптомы были помещены в свои группы и названы как названы не вследствие каких-то научных исследований, а путем голосования среди небольшой группы практиков и академиков.
“Диагноз” в психиатрии это просто “вот этим словом мы решили называть вот эту группу жалоб”. Причем каждый диагност может одни и те же жалобы разместить в разные группы, какие-то жалобы трактовать как значимые, а какие-то проигнорировать.
Диагноз в медицине ставится в первую очередь, чтобы указать на патогенез: какой дефект в организме вызывает симптомы. Диагноз в психиатрии ставится исключительно для того, чтобы назначить психотропный препарат.
При этом психотропные препараты связаны с диагнозами не тем, что они устраняют какую-то физиологическую патологию, которая вызывает жалобы, нет. Эффект у психотропных не целевой. Они влияют на биохимию мозга, и этим создают измененное состояние, которое иногда ощущается как облегчение симптомов.
Это как если мы увидели, что товарищ стесняется (кстати это называется SAD - расстройство социальной адаптации), и налили ему водочки (осуждаю), водочка ему временно изменила состояние, и он подкатил к даме сердца аки лыцарь - по логике психиатрии, мы провели ему диагностику и лечение.
Психиатрический диагноз вызывает доверие из-за эффекта эквивокации. Из-за того, что используется давно знакомое слово с установленными ассоциями, одно значение подменяется другим.
Человек слышит “диагноз” от психиатра, а думает, что это “диагноз” как в медицине. И доверяет, и думает, что врач наконец-то нашел причину его страданий и излечит его, как и положено врачу. Основываясь на доказательной науке.
И жестоко ошибается. Потому что от “диагноза” тут только слово. И эквивокация.
Отсюда.