Сорока-барокко

Доброе утро, дорогие!

Не только у нас в канале есть традиция утренней песни — она есть и у NASA. Каждое утро центр управления полётами включает астронавтам музыку, чтобы они проснулись и зарядились на весь день.

За время текущей миссии на борту корабля «Орион» уже звучали Джон Ледженд и даже вчера — Pink Pony Club Чапел Роан.

А мы начнём этот день с песни, которой будили астронавтов в их первое утро в космосе — Sleepyhead (2018) от Young & Sick, которая на самом деле это кавер на главный хит Passion Pit 2008 года

Всем космического воскресенья 🚀

Доброе утро, дорогие!

Вчера мне случайно попался последний показ Николя Жескьера для Louis Vuitton. Про коллекцию и сет я напишу чуть позже — они хороши до мурашек, — а сейчас хочется сказать о саундтреке, равного которому, кажется, ни у кого даже близко не было (а Матье Блази так и вовсе уже третий показ поражает ужасающим музыкальным вкусом).

Начинается дефиле с очень мрачной Goodbye немецкого электронщика Apparat (под этим сценическим псевдонимом скрывается Саша Ринг) с альбома The Devil’s Walk 2011 года, а заканчивается дивным медитативным шедевром Looking for the Rain британского музыкального проекта UNKLE.

UNKLE был создан Джеймсом Лавелем в 1990-х как продюсерский проект, построенный на постоянных коллаборациях. Трек Looking for the Rain вышел в 2017 году на альбоме The Road: Part 1, и в его записи приняли участие Марк Ленеган и ESKA. Именно голос Ланегана делает эту песню такой чарующей: его фирменный низкий, хриплый, «пыльный» баритон идеально ложится на мрачную электронику UNKLE. Многие считают этот трек одной из лучших поздних работ музыканта.

Looking for the Rain построен вокруг одного центрального образа — дождя как очищения и внутренней разрядки. Многократно повторяющаяся строка “I’m looking for the rain to fall” звучит не как описание погоды, а как ожидание момента, когда что-то наконец смоет накопившуюся боль, страх и напряжение.

Апокалиптическая строка “We’ll be sufferin’ here / In the blood, in the fear”, наполняющая пространство текста страхом и тенями, сегодня звучит очень болезненно. Она хирургически точно описывает реальность последних четырёх лет — и особенно реальность последних нескольких недель.

Army’s down to defeat
All the dogs in the street are seeking shelter before a storm
I’m looking for the rain to fall

Мир будто замер в ожидании удара, и Жескьер своей коллекцией дает крошечную надежду на спасение: кочевничество в сверхмиры — вполне возможный выход из этой тьмы.

Нет, ну с Большим театром, продающим билеты по 50К, в сравнении с 220 евро в Парижской опере, давно всё понятно. Но в какой жизненный момент наши рестораны решили, что продавать куличи от 70 евро и выше — это ок? При том, что панеттоне в дорогом миланском Marchesi стоит 65 евро, и его можно подавать хоть царевне Савской. Спаси и сохрани!

Я знаю точно, чем займусь через 45 минут и вам очень советую.

Доброе утро, дорогие мои!

Такое ощущение, что в последнее время, куда ни повернись, везде натыкаешься на саундтрек, наполненный классическим синти-попом: Alphaville и Tears for Fears (пусть и анахронично) сопровождают «Marty Supreme», а Pet Shop Boys и, э-э, снова Alphaville звучат в новом сезоне нашумевшей финансовой драмы HBO Industry. Нетрудно понять почему: в этих песнях есть драматический, романтический размах, который словно специально создан для кинематографических сцен, и вдобавок они мгновенно дарят мощную волну ностальгии.

В мой плей-лист залетает самая разная музыка, но именно синти-поп не выходит из него никогда. Если мы посмотрим на этот, казалось бы, легкомысленный жанр чуть глубже, то будем поражены тем, как часто он затрагивает серьёзные темы. Про трагизм песни Smalltown Boy группы Bronski Beat я уже писал.

Военная образность вновь и вновь возникает в треках Heaven 17, Thomas Dolby и Orchestral Manoeuvres in the Dark; как диванный культурный психиатр, я бы поставил диагноз так: Британия 1980-х страдала от ядерного ужаса времён холодной войны, а рецептом было побольше клавишных.

Читая сегодняшние новости, сегодня сложно не поддаться ядерному ужасу. А учитывая, что против него и дряхлеющих политиков никакого нового рецепта не придумали, предлагаю воспользоваться проверенным — побольше клавишных.

И начнём мы с мегахита Love Is a Stranger группы Eurythmics с их великого альбома Sweet Dreams (Are Made of This). Голос Анни Ленокс, многократно наложенный на трек, уносит слушателя в прекрасные, почти неземные сферы.

То, что доктор прописал.

Самая любопытная новость - это постановка совершенно новой "Жизели" в конце сезона. От старого спектакля не оставят ничего, даже музыку.

Забудьте про соломенные крыши, леса, наполненные вилисами, и белые пачки! «Жизель» Йохана Ингера, который возвращается в Гарнье спустя три года после того, как «IMPASSE» вошёл в репертуар, вдохновлена знаменитым романтическим балетом, но переосмысляет его в более современной драматургии и на новую музыкальную партитуру Грегуар Этцель.

Если в оригинальной версии Жан Коралли и Жюль Перро Жизель была крестьянкой, а Батильда — принцессой, то здесь две женщины, обе влюблённые в Альбрехта, предстают как свободная душа и проницательная наблюдательница. Тем не менее, они сталкиваются с теми же переживаниями, включая ревность и жажду мести.

Получится ли у Парижской оперы сделать что-то такое эффектное, как у Акрама Хана, станет понятно 25 июня 2027 года.

Бегло посмотрел объявленный сегодня Парижской оперой сезон и хочу сказать, что надо иметь яйца, чтобы декабрь оставить не только без "Щелкунчика", но даже без какой-либо классики. Праздники в Париже пройдут с двумя мощнейшими тройчатками: Pulsations (Лусинда Чайлдс | Марта Грэм | Соль Леон, Пол Лайтфут) в Гаренье и Rituals (Серж Лифарь | Шахар Биньямини | Пина Бауш) в Бастили.

Это видео могли бы снять мы к нашему новому Blue Issue, но сняли его Nowness в 2021 году вместе с Adidas Originals. Зато мы отрекфлексировали синий, как никто.

Поздравляю всех нью-йоркских любителей балета. Наташа Осипова возвращается в ABT в роли Китри и даст единственный перформанс 6 июля. Хватайте скорее билеты.