Омский архитектор

С Днём архитектуры! 🏛

Желаю, чтобы идеи доходили до стройки, стройка — до хорошей архитектуры, а хорошая архитектура — до людей. Чтобы заказчики не говорили «сделаем попроще», нормы помогали, а не мешали, визуализации хоть иногда совпадали с реальностью, и самое главное — чтобы у нас оставалось пространство для мысли и эксперимента.

Архитектура — это профессия, в которой приходится одновременно думать о прошлом, спорить с настоящим и проектировать будущее.
С праздником всех, кто придумывает пространство для жизни!

Вышла моя новая научная статья о ДК им. А.М. Малунцева

Журнал «Архитектон» опубликовал мою новую статью ВАК «Проектирование и строительство Дворца культуры нефтяников в Омске: к вопросу о трансформации архитектурного замысла».

ДК Малунцева известен как один из заметных памятников переходного стиля в Омске. Но история его создания до сих пор имеет неясность. В статье я попытался восстановить не только историю строительства, но и сам процесс поиска архитектурного решения — по архивным протоколам, проектным материалам, публикациям и воспоминаниям участников этого процесса.

Самое интересное удалось обнаружить в истории фасада. Первоначальный проект начала 1950-х годов был разработан в АПМ им. В.А. Веснина архитекторами М.Н. Слотинцевой и С.А. Маслих. Это был настоящий «сталинский» Дворец: высокий портик из десяти коринфских колонн, треугольный фронтон со скульптурой и боковые ризалиты. Строительство началось, но после постановления 1955 года здание было законсервировано. К 1956 году колонны уже были возведены.

После возобновления работ проект пришлось практически заново осмыслить. В 1962 году группа архитекторов (Г. Протопопов и Н. Кубарев) под руководством М. Мискевича, разработала два новых варианта фасада, которые ранее не были опубликованы. Первый вариант предусматривал разборку колонн портика до уровня пола 2-го этажа и выполнение сплошного остекления по легкому железобетонному каркасу. На уровне 2-го этажа по всей длине главного фасада размещался балкон с выходами из фойе.

Второй — тот, который в итоге был принят, — сформировал современный образ здания: сплошное остекление центральной части, глухие боковые объёмы и вынесенный козырёк. Боковые части главного фасада, были глухими, на них предполагалось размещение декоративных панно. Именно этот вариант определил знакомый нам сегодня облик Дворца.

Причём решение отказаться от уже построенных колонн оказалось результатом не только эстетического спора. После изучения эксплуатации ДК завода ВЭФ в Риге специалисты выявили недостатки первоначальной схемы, связанные с планировкой и эксплуатацией кинозала. В результате вопрос о колоннах стал одновременно архитектурным, функциональным и экономическим. На техническом совете даже обсуждалось, насколько оправдано разрушение уже построенного, и в итоге было установлено, что дополнительные расходы компенсируются улучшением эксплуатации здания.

Не менее интересной оказалась история интерьеров. В 1959 году проект художественного оформления был заказан Киевскому товариществу художников, однако омский архитектурно-технический совет его отверг: интерьер признали эклектичным и не связанным с архитектурой здания. То есть проблема заключалась не только в том, каким должен быть фасад, — архитекторы фактически заново искали целостный художественный образ Дворца.

Позднее первоначальный эскиз панно для главного фойе «Покорители Сибири», выполненный омским художником К.И. Щекотовым, был переработан, а итоговую композицию выполнили московские художники во главе с В.А. Тальбергом. На фасаде появились монументальные панно М.И. Слободина, а в интерьерах — мозаичные композиции «Север» и «Юг». Таким образом, утраченную пластику классического фасада компенсировали уже средствами монументального искусства — один из характерных приёмов архитектуры 1960-х годов.

В итоге ДК Малунцева предстаёт не просто как модернистское здание, а как материальный след архитектурного перелома 1950–1960-х годов. Его сегодняшний облик — результат нескольких последовательных проектов, профессиональных споров и достаточно радикальной переработки уже начатого здания.

В статье впервые вводятся в научный оборот новые архивные материалы и изображения двух вариантов фасада, позволяющие проследить историю ДК Малунцева в переломный период. Ставлю точку в истории формирования архитектурного решения ДК.

Читать статью на сайте «Архитектона» полностью.
Рис. 1. Развертка фасадов по пр. Мира. 1962 г. Первый вариант проекта.
Рис. 2. Главный фасад ДК, окончательный вариант. 1962.
Источник: Текущий архив омского отделения ВООПИиК

Мастер-план Перми в действии

Второй модуль программы «Архитекторы.рф» прошёл в Перми и был посвящён мастер-плану — одному из ключевых инструментов пространственного развития города. Пермь стала одним из первых российских городов, где мастер-план использовался как основа долгосрочного пространственного развития, а в рамках модуля мы смогли увидеть не только его концептуальные положения, но и конкретные городские проекты, в которых эти принципы получают воплощение.

Одним из наиболее очевидных примеров стало «Зелёное кольцо» — развитие водно-зелёного каркаса Перми и прямое продолжение принципов, заложенных в мастер-плане. В проекте долины малых рек становятся структурным элементом города и частью его водно-зелёного каркаса. На экскурсии по долине реки Егошиха мы увидели природоориентированные решения — работу с рельефом, водоотведением, дождевыми садами и благоустройством.

Другая не менее важная экскурсия проходила в новой Пермской художественной галерее, расположенной на территории бывшего завода имени Шпагина. Здесь мастер-план проявился через создание нового культурного центра на месте бывшей промышленной территории. В проекте умело сочетается современная авторская архитектура Сергея Чобана и бюро Speech, индустриальное наследие и новые общественные функции.

Ещё один интересный пример — Morion Digital, технопарк на территории бывшего завода «Морион». Промышленная площадка получила новые смыслы: в отремонтированных пространствах сегодня базируются технологические компании. Цифровые решения, которые они производят, используются, в том числе, для городской инфраструктуры, транспорта и умных сервисов.

Получается, что мастер-план в Перми можно увидеть в разных масштабах: в развитии природного каркаса, создании новых культурных пространств, преобразовании бывших промышленных территорий и формировании новых городских функций, при этом сами проекты очень разные.

Завершением модуля стали защиты командных проектов. Наша группа представила проект, посвящённый переиспользованию бетонных каркасов. Для нас это стало возможностью проверить идеи в профессиональном диалоге с экспертами и получить обратную связь для дальнейшей работы.

Пермь показала, как идеи мастер-плана постепенно воплощаются в конкретных городских проектах — от развития природного каркаса до переосмысления промышленных территорий и создания новых общественных пространств. Именно это стало главным впечатлением от модуля.