Ещё один текст о библиотеке, но связанный с политикой (оказывается, так тоже можно).
Когда замечательная пани Белла показывала мне библиотеку, она обратила внимание на вывеску. Табличка гласила, что это библиотека «где всё у нас есть», даже канцтовары. К упоминанию канцтоваров было любовно приписано: «Анджей Дуда» (кто не знает — нынешний президент Польши).
Дело в том, что пану президенту посчастливилось (или нет) работать секретарём в канцелярии покойного Леха Качиньского. Так что теперь президента, по рассказам Беллы, частенько кличут «ручкой» брата Леха — Ярослава Качиньского (ныне лидер консервативной «Право и справедливости»). Мол он только подписывает то, что ему скажет пан Качиньский.
Теперь вспомним Россию и то, как называли Госдума прошлого созыва — «взбесившийся принтер». Кажется, тут можно увидеть какую-то очень славянскую нелюбовь к бюрократам, особенно когда те приближаются к власти. Бюрократ не может быть высшим должностным лицом или парламентарием — он всего лишь бюрократ и должен исполнять, а не принимать решения (фактически, лишь оставлять след на бумаге). В этом видится некоторая родственная связь наших народов.
Но меня немного огорчает и настораживает одно — в России бюрократия у власти получила эпитет «взбесившийся». Не он ли является здесь ключевым, когда в остальном парламент-принтер это нормально, если исправно работает? Продуктивной недели.
Когда замечательная пани Белла показывала мне библиотеку, она обратила внимание на вывеску. Табличка гласила, что это библиотека «где всё у нас есть», даже канцтовары. К упоминанию канцтоваров было любовно приписано: «Анджей Дуда» (кто не знает — нынешний президент Польши).
Дело в том, что пану президенту посчастливилось (или нет) работать секретарём в канцелярии покойного Леха Качиньского. Так что теперь президента, по рассказам Беллы, частенько кличут «ручкой» брата Леха — Ярослава Качиньского (ныне лидер консервативной «Право и справедливости»). Мол он только подписывает то, что ему скажет пан Качиньский.
Теперь вспомним Россию и то, как называли Госдума прошлого созыва — «взбесившийся принтер». Кажется, тут можно увидеть какую-то очень славянскую нелюбовь к бюрократам, особенно когда те приближаются к власти. Бюрократ не может быть высшим должностным лицом или парламентарием — он всего лишь бюрократ и должен исполнять, а не принимать решения (фактически, лишь оставлять след на бумаге). В этом видится некоторая родственная связь наших народов.
Но меня немного огорчает и настораживает одно — в России бюрократия у власти получила эпитет «взбесившийся». Не он ли является здесь ключевым, когда в остальном парламент-принтер это нормально, если исправно работает? Продуктивной недели.