следователь предупредил, что допросов будет два, но простых и на полчасика. сначала она, потом он, кража кредитки.
она была в состоянии героиновой ломки, о чём сразу сказала, ёжилась и материла ментов. ещё она хотела выйти, чтобы поехать в больницу к больному раком ребёнку.
следователь заранее подготовил список вопросов, в большинстве которых было время, адрес и сумма снятых наличных. "чушь, идиотизм, я вообще нашла этот пластик в день задержания, пусть покажут видео!"
в конце были вопросы за жизнь - давно ли колешься и кем работаешь. она ответила, что колется очень давно, а работает кассиршей в продуктовом магазине.
её супруг был намного жизнерадостнее, он сотрудничал со следствием и заранее знал, что их выпустят под залог. его привели из кпз, в наручниках на руках и ногах, без ремня - но, кажется, с чем-то небольшим в кармане джинсов. пока следователь разбирался с записью допроса, подозреваемый неожиданно начал ёрзать (почти как его жена, но плавно, без выражения муки на лице, стонов и проклятий в адрес полиции), она каждый раз после этого притягивала ноги к себе, садилась в позу эмбриона и измученно всхлипывала, муж же откинулся назад, бросил взгляд на следователя, приподнял футболку, прикрывавшую правый передний карман джинсов, провёл по нему рукой, а потом расправил футболку, чтобы она прикрыла оба кармана - заметил, что я за ним наблюдаю. следователь не обратил внимания, я промолчала.
подозреваемый знал иврит, хотя не пользовался граматикой и просто воспроизводил русский ивритскими словами. например, ответ "когда как", произнесённый на иврите, надолго поставил следователя в тупик, и мне пришлось вмешаться.
он, как и жена, утверждал, что нашёл кредитку (в том самом месте, где скупают краденное и продают героин). по его словам, за день до задержания он попытался снять с неё деньги, но не вышло, и он просто бросил её в машине, а потом, видимо, жена её забрала. "а сколько у вас детей?" - "трое. нам даже не дали их предупредить, что мы в тюрьме!" - "а кто с ними остался?" - "они сами по себе. старшая следит за младшими".
после перечисления случаев снятия наличных с карточки, причастность к которым подозреваемый отрицал, следователь уточнил номера телефонов, его и жены, приговаривая "на случай, если вы мне понадобитесь", и спросил, давно ли у каждого из них этот номер. подозреваемый с некоторым энтузиазмом ответил, что очень давно, и вообще они законопослушные граждане, хоть и наркоманы. "а ты давно принимаешь героин?" - "не знаю, год," - "а твоя жена сказала, что принимает уже много лет," - "не знаю как жена, а я только год. нет, реабилитацию не проходил и не буду, зачем мне это?"
оставшись со следователем наедине, я спросила, правда ли он их отпускает. он ответил, что сумма кражи считается мелкой, а через неделю придут записи со скрытых камер и детализация билинга, отнекиваться будет поздно, но они уже успели побыть лжесвидетелями, поэтому лучше дать им неделю, чтобы уладить дела с детьми перед судами и тюрьмой, чем бесплатно их кормить и мучить. да и куда они денутся, если не явятся - их найдут приставы. говоря это, следователь излучал покой и удовлетворение. я не стала ему говорить, что могут успеть сделать за неделю двое взятых за жопу героинщиков, потому что сама не знаю, что вообще делают женатые героинщики с детьми, работой и машиной.
она была в состоянии героиновой ломки, о чём сразу сказала, ёжилась и материла ментов. ещё она хотела выйти, чтобы поехать в больницу к больному раком ребёнку.
следователь заранее подготовил список вопросов, в большинстве которых было время, адрес и сумма снятых наличных. "чушь, идиотизм, я вообще нашла этот пластик в день задержания, пусть покажут видео!"
в конце были вопросы за жизнь - давно ли колешься и кем работаешь. она ответила, что колется очень давно, а работает кассиршей в продуктовом магазине.
её супруг был намного жизнерадостнее, он сотрудничал со следствием и заранее знал, что их выпустят под залог. его привели из кпз, в наручниках на руках и ногах, без ремня - но, кажется, с чем-то небольшим в кармане джинсов. пока следователь разбирался с записью допроса, подозреваемый неожиданно начал ёрзать (почти как его жена, но плавно, без выражения муки на лице, стонов и проклятий в адрес полиции), она каждый раз после этого притягивала ноги к себе, садилась в позу эмбриона и измученно всхлипывала, муж же откинулся назад, бросил взгляд на следователя, приподнял футболку, прикрывавшую правый передний карман джинсов, провёл по нему рукой, а потом расправил футболку, чтобы она прикрыла оба кармана - заметил, что я за ним наблюдаю. следователь не обратил внимания, я промолчала.
подозреваемый знал иврит, хотя не пользовался граматикой и просто воспроизводил русский ивритскими словами. например, ответ "когда как", произнесённый на иврите, надолго поставил следователя в тупик, и мне пришлось вмешаться.
он, как и жена, утверждал, что нашёл кредитку (в том самом месте, где скупают краденное и продают героин). по его словам, за день до задержания он попытался снять с неё деньги, но не вышло, и он просто бросил её в машине, а потом, видимо, жена её забрала. "а сколько у вас детей?" - "трое. нам даже не дали их предупредить, что мы в тюрьме!" - "а кто с ними остался?" - "они сами по себе. старшая следит за младшими".
после перечисления случаев снятия наличных с карточки, причастность к которым подозреваемый отрицал, следователь уточнил номера телефонов, его и жены, приговаривая "на случай, если вы мне понадобитесь", и спросил, давно ли у каждого из них этот номер. подозреваемый с некоторым энтузиазмом ответил, что очень давно, и вообще они законопослушные граждане, хоть и наркоманы. "а ты давно принимаешь героин?" - "не знаю, год," - "а твоя жена сказала, что принимает уже много лет," - "не знаю как жена, а я только год. нет, реабилитацию не проходил и не буду, зачем мне это?"
оставшись со следователем наедине, я спросила, правда ли он их отпускает. он ответил, что сумма кражи считается мелкой, а через неделю придут записи со скрытых камер и детализация билинга, отнекиваться будет поздно, но они уже успели побыть лжесвидетелями, поэтому лучше дать им неделю, чтобы уладить дела с детьми перед судами и тюрьмой, чем бесплатно их кормить и мучить. да и куда они денутся, если не явятся - их найдут приставы. говоря это, следователь излучал покой и удовлетворение. я не стала ему говорить, что могут успеть сделать за неделю двое взятых за жопу героинщиков, потому что сама не знаю, что вообще делают женатые героинщики с детьми, работой и машиной.