На недавнем арт-показе со зрителями мы пришли к неожиданному открытию: просмотр «Сумерек» в оригинале оказывает вау-эффект, внезапно становится очевидным, что Кристен Стюарт играет великолепно и именно ту героиню, что задумывала Стефани Майер, а речь Эдварда Каллена – буквально звучит на все его 117 лет. Но в моменте, где Белла признает, что «…unconditionally and irrevocably in love with him…» меня до кучи накрыло осознанием, что Майер дает нам не только подростковую историю любви с вампирами и оборотнями, но еще и современную версию «Гордости и предубеждения». И я пообещала зрителям исследование📚 Выполняю!
В интервью Майер называла роман Джейн Остин одним из главных источников вдохновения, поэтому сопоставлять Эдварда и мистера Дарси как вариации одного типа героя — замкнутого, высокомерного снаружи и глубоко эмоционального и ранимого внутри – вполне правомерно. Но особенно хорошо сходство слышно в оригинальной версии фильма. Первая встреча Беллы и Эдварда почти зеркально повторяет знакомство Элизабет Беннет и Дарси. В романе Остин Дарси производит на окружающих двойственное впечатление: он красив, богат и явно принадлежит к высшему кругу, но его холодность быстро превращает восхищение в неприязнь. На балу он отказывается танцевать с Элизабет, заявляя: «She is tolerable; but not handsome enough to tempt me». В «Сумерках» похожее впечатление создается опосредованно через рассказ Джессики: «He’s gorgeous, of course, but don’t waste your time. He doesn’t date. Apparently no one here is good-looking enough for him». Эдвард и Белла еще и словом не перекинулись, но его репутация уже его опережает. Он, как и Дарси, воспринимается как человек, который считает себя выше окружающих и не нуждается в их обществе.
Затем следует сцена в классе биологии. Эдвард отодвигается от Беллы, смотрит на нее с отвращением и ведет себя так, будто ее присутствие для него невыносимо. В романе это описано довольно физиологично: он отворачивается, напрягается, старается держаться как можно дальше (тут снова вспоминаем отказ Дарси танцевать с Элизабет). Белла сталкивается с холодностью Эдварда и считает его грубияном / Элизабет слышит оскорбление и делает вывод о характере Дарси = Между героями возникает взаимное непонимание, напряжение и недоверие. Дарси не пытается понравиться Элизабет. Эдвард не пытается понравиться Белле. Более того, оба как будто намеренно усиливают неблагоприятное впечатление. Дарси скрывает не только чувства, но и собственную уязвимость. Эдвард скрывает буквальную опасность: он вампир и боится причинить Белле вред. В обоих случаях холодность = защитный механизм.
Оба героя наблюдают за своей героиней. Дарси сначала оценивает Элизабет со стороны, а затем неожиданно обнаруживает в ней живость, ум и привлекательность. Эдвард также сначала наблюдает за Беллой. Он пытается понять, почему не может прочесть ее мысли, почему она так на него действует и почему рядом с ней ему труднее сохранять самообладание. В оригинале это особенно слышно по его интонациям: Эдвард часто говорит коротко, словно каждое слово приходится предварительно контролировать.
Но Белла — не Элизабет Беннет. Элизабет сопротивляется Дарси. Она спорит с ним, иронизирует, отвергает его предложение и заставляет его пересмотреть собственное поведение. Белла гораздо быстрее принимает Эдварда как романтического героя. Она почти сразу чувствует притяжение, хотя он груб, опасен и явно не все ей рассказывает. Элизабет сохраняет критическую независимость, тогда как Белла с самого начала оказывается захвачена образом Эдварда. Белла не та героиня, что сыплет остротами. Она часто запинается, замолкает, отводит взгляд, не знает, куда деть руки (губы кусает, да, я вот щеки кусаю, когда нервничаю, и что). Но это не отсутствие актерской игры. Наоборот, Стюарт строит образ на микрореакциях: раздражении, неловкости, внезапном интересе, попытке скрыть смущение. В оригинале хорошо слышно, как меняется ее голос рядом с Эдвардом. Белла может отвечать резко, но через секунду интонация выдает, что она уже вовлечена. Она сопротивляется, потому что не понимает правил его странной игры.
Кароч, у меня тут в голове еще небольшой грузовичок сопоставительного анализа любовных диалогов, если вам это все интересно - накидайте реакций штоле, я продолжу )) а то вдруг вам и не интересно вовсе 👀
В интервью Майер называла роман Джейн Остин одним из главных источников вдохновения, поэтому сопоставлять Эдварда и мистера Дарси как вариации одного типа героя — замкнутого, высокомерного снаружи и глубоко эмоционального и ранимого внутри – вполне правомерно. Но особенно хорошо сходство слышно в оригинальной версии фильма. Первая встреча Беллы и Эдварда почти зеркально повторяет знакомство Элизабет Беннет и Дарси. В романе Остин Дарси производит на окружающих двойственное впечатление: он красив, богат и явно принадлежит к высшему кругу, но его холодность быстро превращает восхищение в неприязнь. На балу он отказывается танцевать с Элизабет, заявляя: «She is tolerable; but not handsome enough to tempt me». В «Сумерках» похожее впечатление создается опосредованно через рассказ Джессики: «He’s gorgeous, of course, but don’t waste your time. He doesn’t date. Apparently no one here is good-looking enough for him». Эдвард и Белла еще и словом не перекинулись, но его репутация уже его опережает. Он, как и Дарси, воспринимается как человек, который считает себя выше окружающих и не нуждается в их обществе.
Затем следует сцена в классе биологии. Эдвард отодвигается от Беллы, смотрит на нее с отвращением и ведет себя так, будто ее присутствие для него невыносимо. В романе это описано довольно физиологично: он отворачивается, напрягается, старается держаться как можно дальше (тут снова вспоминаем отказ Дарси танцевать с Элизабет). Белла сталкивается с холодностью Эдварда и считает его грубияном / Элизабет слышит оскорбление и делает вывод о характере Дарси = Между героями возникает взаимное непонимание, напряжение и недоверие. Дарси не пытается понравиться Элизабет. Эдвард не пытается понравиться Белле. Более того, оба как будто намеренно усиливают неблагоприятное впечатление. Дарси скрывает не только чувства, но и собственную уязвимость. Эдвард скрывает буквальную опасность: он вампир и боится причинить Белле вред. В обоих случаях холодность = защитный механизм.
Оба героя наблюдают за своей героиней. Дарси сначала оценивает Элизабет со стороны, а затем неожиданно обнаруживает в ней живость, ум и привлекательность. Эдвард также сначала наблюдает за Беллой. Он пытается понять, почему не может прочесть ее мысли, почему она так на него действует и почему рядом с ней ему труднее сохранять самообладание. В оригинале это особенно слышно по его интонациям: Эдвард часто говорит коротко, словно каждое слово приходится предварительно контролировать.
Но Белла — не Элизабет Беннет. Элизабет сопротивляется Дарси. Она спорит с ним, иронизирует, отвергает его предложение и заставляет его пересмотреть собственное поведение. Белла гораздо быстрее принимает Эдварда как романтического героя. Она почти сразу чувствует притяжение, хотя он груб, опасен и явно не все ей рассказывает. Элизабет сохраняет критическую независимость, тогда как Белла с самого начала оказывается захвачена образом Эдварда. Белла не та героиня, что сыплет остротами. Она часто запинается, замолкает, отводит взгляд, не знает, куда деть руки (губы кусает, да, я вот щеки кусаю, когда нервничаю, и что). Но это не отсутствие актерской игры. Наоборот, Стюарт строит образ на микрореакциях: раздражении, неловкости, внезапном интересе, попытке скрыть смущение. В оригинале хорошо слышно, как меняется ее голос рядом с Эдвардом. Белла может отвечать резко, но через секунду интонация выдает, что она уже вовлечена. Она сопротивляется, потому что не понимает правил его странной игры.
Кароч, у меня тут в голове еще небольшой грузовичок сопоставительного анализа любовных диалогов, если вам это все интересно - накидайте реакций штоле, я продолжу )) а то вдруг вам и не интересно вовсе 👀