Есть странная особенность у человеческой души, однажды прикоснувшись к собственному безмолвию: она уже не знает забвения. Её вновь и вновь зовут те едва ощутимые разломы бытия, что возникают в тишине между двумя из ранеными душами. Этот зов подобен небесному шепоту, которым манят птицу, некогда утратившую свои крылья, - не к высоте, но к тому мгновению падения, где впервые рождается истинное знание о себе… где впервые рождаются чувства и эмоции...