Интеллектуальная собственница | IP Proprietress

Мне всегда любопытно понять, почему я занимаю ту или иную позицию по спорному правовому вопросу. Хотя я всегда могу объяснить свой выбор юридическими аргументами и верю, что именно через них к нему и пришла, часто потом обнаруживается связь с какими-то более глубокими и устойчивыми убеждениями.

Это я к чему: применительно к использованию охраняемых произведений для обучения ИИ я тут неожиданно поняла, что как-то изначально заняла “правую” консервативную позицию, защищающую правообладателей больше, чем прогресс. Я сразу находила более убедительными статьи, отстаивающие проавторские идеи, и фокусировалась на соответствующих аргументах.

Мне казалось, что исключительно из-за открытого перечня способов использования ст. 1229, а оказывается, может просто потому что я biased republican girl.

Подход, согласно которому обучение должно быть бесплатным, напротив, более “левый”, поскольку ставит общественный интерес над частными интересами правообладателей, - мне соответственно не очень отозвался🫣

Должно ли обучение ИИ быть бесплатным?

Я часто слышу позицию, что авторские права - ненужная преграда на пути обучения ИИ-моделей. Что в США и Китае ИИ-модели учатся бесплатно, поэтому носиться с интеллектуальными правами в условиях международной конкуренции за инновации глупо и неэффективно.

И что даже в Европе с их text and data mining exceptions, изымающими обучение ИИ из авторско-правовой охраны без соответствующего вознаграждения, регулирование в этой части неудачное, поскольку у правообладателей есть возможность запретить такое использование своих произведений (opt-out).

Я давно думаю на эту тему и несколько раз корректировала свою позицию. Сейчас мне кажется важным подчеркнуть, что забота об IP - не ненужный тормоз и прихоть, а необходимость и залог правильного будущего развития.

1. США

Я изначально считала, что надо “как в США”, где обучение ИИ-моделей происходит бесплатно и без согласия правообладателей на основании доктрины fair use. Однако оказалось, что такой подход при более внимательном рассмотрении оставляет за скобками важные институциональные условия.

Дело в том, что fair use-based исключение относится только к непосредственно аналитической обработке обучающих данных и не освобождает разработчиков от необходимости получать согласие правообладателей на других этапах обучения ИИ. Например, сбор данных в постоянные training datasets происходит на основании договоров с издателями, уполномоченными распоряжаться множеством авторских прав в развитой сети подобного нетворка. В США подобное представительство развито, и правообладатели за соответствующее использование получают от издательств компенсацию в виде роялти.

Можно справедливо возразить, что постоянные датасеты создаются далеко не всегда и не всеми разработчиками. Но благодаря сложившейся судебной системе и высокой квалификации юристов правообладатели также имеют реальные возможности получить плату за нарушения своих прав и “на выходе” ИИ - за использование исходных произведений в результатах генерации - в связи с чем уже меньше страдают от бесплатности последующей обработки.

Получается, обучение ИИ в США не совсем (или совсем не) бесплатное.

Смотреть на их опыт для учета в правопорядках без необходимых квалификаций и устоявшейся системы институциональных агентов в области авторских прав поэтому нельзя. В таких странах вознаграждение за “непосредственно обучение” может быть единственным шансом как-то компенсировать извлеченную из прозведений ценность, и рассмотреть возможность его выплаты весьма разумно.

2. ЕС

Европа чуть лучше учитывает интересы правообладателей, чем США, хотя и тут обучение ИИ по общему правилу бесплатное.

Тем не менее, несмотря на устоявшийся характер конструкции исключений из авторских прав, используемой в ЕС для обучения ИИ, последнее время эксперты чаще говорят о ее несправедливости. В ней правообладатели поставлены перед жёстким выбором из двух вариантов: (i) полностью вывести свои произведения из разрешительного режима (opt out), став культурно иррелевантными, либо (ii) допустить их неограниченное использование без права на вознаграждение (от, на секундочку, многомиллионных ИИ-продуктов, которые в каких-то странах уже обеспечивают всеобщий базовый доход).

Разрешить же обучение за плату правообладателям крайне сложно из-за транзакционных издержек по переговорам с разработчиками и неравенства переговорных возможностей. То есть промежуточное звено, в котором можно было бы согласиться на обучение за хоть какое-то вознаграждение, отсутствует.

Поэтому сейчас как на уровне ЕС, так и на уровне отдельных стран-членов обсуждается возможность закрепить за правообладателями специальные неотчуждаемые remuneration rights, плату за которые собирали бы по умолчанию организации по коллективному управлению правами.

Таким образом, получается, что развитые правопорядки так или иначе приходят к системе компенсации правообладателей за эксплуатацию их творчества для создания ИИ. Это надо держать в уме правопорядкам, которые только начинают формировать свои регулятивные подходы в этом направлении.

Пресс-секретарь Белого дома больше не блондинка 🙂‍↕️

Это надо отдельно обосновывать со ссылкой в том числе на то, что при доступе к интерфейсу или приложению в кэше браузера или оперативной памяти создаются временные копии охраняемого ПО, что охраняемое ПО вообще задействуется при генерации картинок, и т.д.

Ничего подобного в решении ВС нет. Приведенные утверждения из пары абзацей ничего не обосновывают и не решают, а просто фрагментарно повторяют позицию истца из иска.

Я поэтому не могу сказать, что этот аргумент был в целом сделан / адресован судом, и по-прежнему не нашла ничего подобного с точки зрения сравнительного права.

Пойду дочитаю решение по Suno и буду надеяться, что сны приснятся сегодня все-таки хорошие :)

Слушайте, я сейчас буду ругаться.

Вообще не хотела затрагивать эту тему, но сегодня встретила позицию, что якобы одним из нарушений авторских прав, из-за которых Яблоко отстранили от участия в выборах, ВС в нашумевшем решении признал нарушение прав на ChatGPT путем генерации в нем картинок для избирательной кампании.

Якобы policies и пользовательское соглашение OpenAI не разрешают использование сервиса в ряде регионов, поэтому если вам для введения промта пришлось нажать на кнопочку vpn, то вы нарушитель авторских прав.

Меня этот поинт заинтересовал, поскольку я с ним за все время изучения вопроса о copyrights infringements при создании и использовании ИИ не встречалась примерно ни в какой зарубежной научной литературе или практических гайдах; ну то есть абсолютно нигде) Я удивилась вообще такой постановке вопроса и заставила себя прочитать текст решения, - осознавая, что крайне маловероятно, что что-то новенькое авторства отечественных public agencies является прорывным креативом, до которого не додумались иностранные коллеги, но по-женски давая шанс.

Теперь я немножко в ужасе и, наверно, долго не смогу уснуть🫣

Во-первых, во всяком случае в части интеллектуалки, текст, снова по-женски смягчая, не очень хорошего качества.

Во-вторых, по сабстенсу, ИИ в решении посвящено несколько загадочных абзацев, где суд заявляет (i) об отстутствии согласия Open AI на использование созданных с его помощью изображений поездов и (ii) о несогласии с позицией ответчика, что ChatGPT “является ИИ” и поэтому “не может быть отнесен к объектам интеллектуальных прав”.

Далее следует мантра-определение ИИ как комплекса технологических решений, включающих в том числе ПО, и референс к ст. 1225 о том, что к охраняемым РИД относятся в том числе программы для ЭВМ.

Все:)

Начну с того, что я даже не уверена, что суд, когда это писал, думал про тот заинтересовавший меня аргумент. До этого можно лишь догадаться, если вы полностью прочитали иск и приспособились к высококонтекстуальному стилю высшей инстанции, чего мы делать совершенно не обязаны и вправе ожидать понятный текст. Его же прочтение on its face оставляет впечатление, что суд не разобрался в сути аргумента ответчика о неохраноспособности результатов генерации ИИ по российскому авторскому праву, признающему охрану только за человеческим творчеством. В конце концов, именно этот вопрос обсуждается в решении и до, и после, и был акцентирован в процессе. И он точно должен был быть адресован хотя бы где-то в любом случае, чего в других местах решения не сделано.

Кроме того, никакой контраргументации или хотя бы каких-то рассуждений в тексте нет, есть просто утверждение, что ИИ - это программа.

Но давайте предположим, что суд имел в виду ответить на тот самый поинт иска (я не считаю, что он это сделал).

Политики OpenAI и условия использования ChatGPT и правда предусматривают невозможность доступа к нему из ряда регионов в разделе “Geographical Limitations on Use”. С точки зрения договорного права я не уверена, что это условие, относящееся к определению объема прав пользователя, поскольку это положение можно понимать как уведомление об особенностях технического доступа к сервису. Соответственно, придется сделать второе допущение о том, что это именно условие договора, регулирующее положение его сторон.

Но и в этом случае такое условие совершенно не обязательно относится к условиям лицензии, то есть условиям о пределах разрешения правообладателя использовать предположительно принадлежащий ему объект авторских прав. На мой взгляд, не относится, иначе оно было бы в другом разделе и формулировалось бы иначе. Раз этого нет, то о нарушении лицензии и авторских прав говорить сложно.

При этом даже в таком случае приходится сделать и третье допущение о том, что при использовании ИИ для генерации контента затрагиваются авторские права на содержащиеся в модели программы.

Обязательный пункт плана на жизнь: сфоткаться на этих ступеньках еще не раз, и точно летом и красивой🖤

Mood: Тебе делают замечание, но их вуз не угроза нацбезопасности США

Я передумала.

Ну и разумеется есть заветная фотка моего прекрасного личика на фоне того самого герба, но я вам ее не покажу, потому что она для US customs officer в JFK🥰