МетаТеория

Ну и базовичок Владимир Вернадский который давал для иммортализма обоснование. У него тоже была идея "вечности жизни" в которой он описывал неуничтожимость живого вещества как такового. И что жизнь на Земле, вечна постольку, поскольку вечен космос, а количество живого вещества в биосфере величина постоянная. Вся жизнь как планетарное явление обладает свойством вечности, а человечество как "мыслительное вещество" через ноосферу берёт на себя ответственность за дальнейшую эволюцию и, потенциально, за преодоление биологических границ.

Что объединяет все эти виды? Ну как минимум отрицание того, что смерть есть нечто, с чем нужно смириться. И что бессмертие в нашем бытии есть цель, достойная стремления.

А вы бы хотели жить крайне долго или же вообще вечно?

МетаТеория

☘Иммортализм

Неужели Ян Лютнев прав и мы все занимаемся фигнёй когда пора бы уже сосредоточится на бессмертии?

В целом моя аксиологическая догматика довольно близка с иммортализмом, я действительно хочу жить не просто сотни, но тысячи лет (насчёт абсолютного бессмертия не определился ещё но в целом идея занимательная) в связи с этим стоит конечно посвятить вас чуть глубже в иммортализм.

Иммортализм это не единая доктрина, а семья позиций, которые объединяет одна установка что жизнь самоценна, и её прекращение есть нечто нами не желаемое. Здесь важно сразу развести два уровня, которые часто смешивают. Есть иммортализм как философская антропология, а есть иммортализм как практическая программа. Первый утверждает, что стремление к бессмертию укоренено в самой структуре человеческого существования, что человек есть существо, которое не просто боится смерти, а не может примириться с ней. Второй утверждает, что бессмертие достижимо, и что к нему нужно идти через различные практики, техники и через социальную организацию.

Внутри этой семьи можно выделить несколько видов, которые различаются по тому, что именно мыслится сохраняющимся и как.

Первый вид это религиозный иммортализм. Здесь бессмертие мыслится как продолжение существования после физической смерти, но не в этом мире, а в ином. Это может быть бессмертие души в христианском или платоническом смысле, реинкарнация в индуистской и буддийской традициях, воскресение тела в авраамических религиях. Общее здесь одно - это бессмертие как дар или как закон космоса, а не как задача, которую человек решает сам. Здесь иммортализм смыкается с религиозным мировоззрением и часто рассматривается как его онтологическое ядро.

Второй вид это философский иммортализм, который не опирается на откровение, а выводит бессмертие из структуры бытия или сознания. Как пример Лейбниц, который утверждал, что ничто не умирает по-настоящему, что животные и их души неуничтожимы, кроме как по прямому действию Бога. Сюда же можно отнести Фихте, для которого жизнь есть безусловное условие осмысленности, и потому "Я" в своей самодеятельности исключает вещь-в-себе и вместе с ней и "голову смерти"

Третий вид это технологический иммортализм, или иммортология. Это уже нечто более современное, такая практико-ориентированная программа, которая ставит целью не загробное существование, а физическое продление жизни в этом мире, вплоть до неограниченного долголетия. Здесь речь идёт о крионике, регенеративной медицине, стволовых клетках, генной инженерии, клонировании, нанотехнологиях и "компьютерном бессмертии" и ещё бог знает сколько всего можно сюда придумать. Именно сюда предлагает топить Ян, ну и я даже с ним солидарен.

Четвёртый вид это символический иммортализм, который не требует личного физического выживания. Человек смертен, но он продолжается в детях, в произведениях, в памяти, в традиции, в участии в циклах природы, в опыте трансцендентных состояний. Роберт Лифтон описал пять модулей такой символической иммортализации - биосоциальный (через потомство), творческий (через работы), теологический, природный и опыт трансцендентного. В таком виде бессмертие уже не будет отменой смерти, а расширение жизни за её биологические границы.

Нельзя так же, не упомянуть и это русский космизм про который у меня был отдельный подкаст на YouTube. В его рамках иммортализм становится "общим делом" всего человечества. Николай Фёдоров в "Философии общего дела" объявляет смерть главным злом и причиной "неродственности" мира, требуя не смирения, а активного действия, то есть человечество должно объединиться, чтобы воскресить всех умерших предков средствами техники. Он так же замечал что бессмертие невозможно для одного, оно достижимо только для всех, как исполнение долга перед поколениями, и достигается не трансцендентной силой Бога, а имманентным действием самого человечества. А так же был Константин Циолковский который тоже писал о физическом бессмертии здесь и сейчас. Он убеждён, что "нет конца жизни, конца разуму и совершенствованию человечества", и что достижение бессмертия неизбежно.

☘ Рациональность, иррациональность и логика

Очень часто в спорах, особенно когда один участник пытается уличить другого в непоследовательности, произносятся подобные тейки - "Ты рассуждаешь нерационально" или "Это же иррационально, а значит нелогично". Под этим обычно подразумевается, что оппонент нарушил правила логики, сделал вывод, который не следует из посылок, противоречит сам себе или просто не умеет думать. Но здесь происходит незаметная подмена. Логическое и рациональное это не одно и то же. И нелогичное не всегда иррационально. И более того само отождествление этих понятий часто оказывается риторическим приёмом, который позволяет выдать своё несогласие с чьим-то решением за его несостоятельность.

Начнём с того, что логика это дисциплина (или же инструмент) о форме вывода. Она говорит не о том, что истинно в некой онтологии, а о том, что следует из чего. Если посылки истинны, а вывод сделан по правилам, то заключение истинно. Логика ничего не говорит о том, откуда взялись посылки, зачем мы вообще делаем этот вывод, какое отношение он имеет к нашим целям и стоит ли его делать. Логика это чистый инструмент перехода от одного утверждения к другому. Она нейтральна к содержанию. Она не знает ни о желаниях, ни о ценностях, ни о целях. Она работает с формой.

Рациональность же это другое. Рационально то, что соответствует разумным основаниям. Но что значит "разумные основания"?

В разных философских традициях под рациональностью понимается совершенно разное. Для Декарта рационально то, что можно помыслить ясно и отчётливо. Для Канта рационально то, что может быть всеобщим законом. Для Юма рационально то, что соответствует нашим страстям, потому что разум сам по себе не имеет движущей силы. Для Вебера рациональность бывает целевой и ценностной и они могут друг другу противоречить. То есть "рационально" это не одно понятие, а целый пучок разных, и выбор между ними уже не логический

И вот отсюда как раз вытекает первое важное различие что иррациональное не значит нелогичное. Человек может действовать абсолютно логично внутри своей системы ценностей и при этом быть иррациональным с точки зрения другого. Например Дон Кихот. Он выстраивает рассуждения о рыцарстве логично - "если я рыцарь, я должен защищать обиженных, если я должен защищать обиженных, я должен сразиться с мельницей". Внутри этой системы всё последовательно. Но с точки зрения внешнего наблюдателя, который не принимает посылку "я рыцарь", вся цепочка выглядит иррациональной. Однако логически она не содержит ошибок. Ошибка не в выводе ошибка в посылке.

Так же логичное не значит рациональное. Можно быть безупречно логичным и при этом действовать иррационально. Например, человек, который методично, шаг за шагом, разрушает свою жизнь, выстраивая при этом безупречные логические цепочки, оправдывающие каждый следующий шаг. Формально он не совершает логических ошибок. Но рациональным с точки зрения здоровья и долголетия его не назовёшь. Значит, логика это необходимое, но не достаточное условие рациональности. Можно быть логичным и при этом иррациональным.

Поэтому когда кто-то говорит "это нерационально" или "это иррационально", он обычно не имеет в виду логическую ошибку. Он имеет в виду несогласие с ценностями, целями или способом действия другого человека. Но поскольку сказать "мне не нравится, как ты действуешь" или "твои ценности мне чужды" звучит слабо, он говорит "это иррационально". Тем самым своё несогласие он переводит в разряд объективной оценки. Как будто рациональность это одно для всех, как будто есть единый критерий, по которому можно судить поведение. Но такого критерия нет. Есть разные рациональности как я уже отметил выше.

МетаТеория

☘Из нОуки тоже напрямую не следует практика

Если по поводу практики в философии ещё ведутся дискуссии, то с наукой тут для большинства ответ прям очевиден. Это как такое возможно вообще что из Великой науки!!! Не следует практика. (Идиот ты печатаешь этот текст с телефона который существует благодаря науке!) Философия это, мол, разговоры, а наука настоящее дело.

Начну с того, что практика существовала задолго до того, как наука оформилась в то, что мы сегодня называем наукой. Земледелие гораздо раньше агрономии, металлургия раньше химии, медицина раньше физиологии итд Люди умели создавать практику задолго до того, как научились объяснять. Практика не выводилась из теории, она ей предшествовала. Теория приходила потом и осмысляла то, что уже работало.

Это важно, потому что разрушает привычную картину. Интуитивно кажется, что сначала некое знание, а вот потом его применение. Но исторически как наоборот. Сначала умение, потом понимание.

Наука не порождает практику. Она её догоняет и реконструирует.

Но даже там, где наука уже есть, из неё не следует практика напрямую.

Наука интерпретирует феномены строит гипотезы и теории, а не предписывает действия. Возьмём Физический закон - если тело находится в таких-то условиях, с ним произойдёт то-то. Это условное описание. Оно не говорит сделай так. Между "есть" и "должно" есть разрыв. Из описания того, как есть (не факт что верного), не выводится предписание, что делать.

Цель не содержится в законах науки, например закон Ньютона не говорит нам идите и постройте мост. Он просто говорит если на тело действует сила, оно ускоряется. Чтобы применить его к мосту, нужно сначала решить, что мы строим мост. И вот самое это решение, это вообще не физика. Это экономика, политика, культура. К тому же норма не выводится из знания. Даже если цель задана, наука вообще не говорит, какой результат считать достаточным.

Контекст не описывается законом. К примеру закон свободного падения описывает тело в вакууме. А по настоящему мы вообще пока не знаем что ещё действует на тело, может сопротивление воздуха, а может абсолют сам простраивает траекторию и скорость. Так вот чтобы взять такой закон и попробовать применить это уже отдельная работа которую кстати будет выполнять инженер а не учёный, но про инженерию чуть дальше.

Так вот наличие инженерии как отдельной дисциплины это и есть доказательство того что наука даёт практику скажут противники!. Если бы практика выводилась из физики напрямую, инженерия была бы просто прикладной физикой. Но она не прикладная физика. У неё, свои методы, свои критерии. Инженерия существует именно потому, что между наукой и практикой есть разрыв.

А теперь самое интересное. Если из науки не следует практика напрямую, то можно ли заменить метафизический натурализм и получать схожие или иные практики?
Натуралистическая метафизика это представление, что мир состоит из объектов, подчиняющихся законам, которые можно описать и более того в этот мир не вмешиваются никакие сверхъестественные силы.

Так вот мы спокойно можем оставляя текущий набор практик сделать основной метафизикой какой нибудь индуизм, и да айфоны все ещё будут производится, машины будет ездить. А вот для самой науки изменится многое, например критерии знания. А возможно смена рамки откроет нам другие практики. Не потому, что они логически следуют из новой метафизики, а потому, что они становятся осмысленными внутри неё

Поэтому практика не выводится ни из философии, ни из науки. Она вообще не выводится из знания как такового. Практика это всегда решение, которое опирается на знание, но не следует из него. Оно требует цели, нормы, контекста и акта решения, которых в знании нет

Наука здесь не исключение. Она просто ближе к практике за счёт того, что рядом с ней построили инженерию и построили ей сильный бренд.

МетаТеория

☘Философия практична?

А то уж очень как-то хочется получить практическую пользу 😓

Начну с того, что уже в Древней Греции над философом смеялись. Платон в "Государстве" передаёт расхожее мнение обывателя - "философ это человек странный и для города бесполезный". Правда, сам Платон с этим не согласен и доказывает, почему философ необходим полису. Аристофан в "Облаках" вообще высмеивает софистов и Сократа как пустословов, поклоняющихся облакам и языку. То есть уже очень с давних времён философия воспринималась как занятие, не имеющее утилитарной ценности и это следствие самой природы философского занятия.

Да, конечно были стоики, эпикурейцы, киники, которые воспринимали свою философию как образ жизни. Но даже в этом случае прямой связи между философией и практикой не наблюдается, о чём я чуть ниже поговорю, когда затрону восточную философию.

Ещё есть Хайдеггер, которой был прям радикалом - и сказал "философия не может быть напрямую применена или оценена по её полезности в манере профессионального знания". Но то, что бесполезно, всё ещё может быть силой возможно, единственной реальной силой. Философия не инструментальна, она не даёт инструкций. Она не говорит, что делать.

Если бы она по желанию многих стала инструкцией к жизни или каким-то практическим руководством, то и вопросы внутри философии выглядели бы примерно так "что делать, чтобы получить результат?". Но таких вопросов мы не наблюдаем, ну разве что можно было бы задать вопрос "что значит вообще ставить вопрос о результате?". Инструкция предполагает цель уже заданной, философия же ставит под вопрос саму цель. Кант в своём эссе 1793 года пишет - "Может быть, это и верно в теории, но не годится для практики". Он показывает, что когда мы говорим "теория", мы имеем в виду философию, а "практика" её применение. То есть философия не обязана быть полезной в смысле немедленного приложения, она обязана быть основательной.

Теперь возьмём восточные традиции, в которых прям полно различных практик. Но даже тут тезис, что между философией веданты или буддизма и их практиками есть непосредственная связь, будет немного натянут. К примеру, из тезиса "всё есть Брахман" не следует автоматически, что нужно сидеть в позе лотоса и следить за дыханием. Из "пустоты" Нагарджуны не выводится техника випассаны. Философия и практика в этих традициях исторически сосуществовали, но не имплицировали друг друга.
Практика часто предшествует философскому осмыслению. Медитация была до того, как буддизм сформулировал свою онтологию. "Йога-сутры" Патанджали тоже не руководство по выполнению асан, а осмысление того, что происходит с сознанием в процессе практики. Нагарджуна не описывает, как медитировать, он разрушает концептуальные опоры, которые мешают медитации. Связь здесь будет скорее функциональная, а не дедуктивная. Именно поэтому между философией и практикой нет прямой связи, но есть функциональная согласованность.

В этом смысле философия сводится к инструменту. Она ближе к тому, что меняет не набор действий, а того, кто действует. Она не "полезна", но она необходима для того, чтобы мы вообще могли осмыслять мир и то, что в нём считать результатом.

МетаТеория

☘ Дизъюнктивизм и репрезентационализм

Сегодня разберу, как эти две позиции смотрят на наше восприятие

Начнём с репрезентационализма, согласно которому восприятие всегда опосредовано и мы имеем дело не с самими вещами, а с их ментальными репрезентациями. Проще говоря, между мной и столом, на который я смотрю, всегда стоит посредник, некий образ, содержание сознания, внутренняя картинка. Я не вижу стол напрямую, я вижу свою репрезентацию стола. И уже на её основании делаю вывод, что там что-то есть. В этой картине восприятия есть субъект, есть объект, а между ними "посредник", который может быть точным или искажённым. Отсюда и классические проблемы например как я могу быть уверен, что моя репрезентация соответствует вещи самой по себе? Что если я вижу не стол, а галлюцинацию стола, и изнутри это никак не отличить? Именно на этой почве вырастают сценарии вроде злого демона Декарта или мозга в баке. К примеру, когда я смотрю на яблоко, я не воспринимаю яблоко я воспринимаю его репрезентацию, а уже потом решаю, что она соответствует реальному яблоку. Репрезентационализм не отрицает, что мы попадаем в мир, но настаивает, что делаем это всегда через посредника. Если образ точный мы говорим о восприятии. Если нет, тогда о галлюцинации. Но структура в обоих случаях одна и та же - субъект плюс содержание плюс объект.

Теперь дизъюнктивизм. Он, напротив, утверждает, что восприятие и галлюцинация это не один и тот же процесс с разной точностью, а два принципиально разных состояния. Когда я вижу стол я нахожусь в прямом отношении к столу. Когда я галлюцинирую стол, я нахожусь в другом состоянии, где стола нет, а есть только иллюзорный опыт. И эти два состояния могут быть субъективно неотличимы, но онтологически они разные. То есть между восприятием и галлюцинацией нет общего посредника (нет той самой репрезентации), которая была бы одинаковой в обоих случаях. Отсюда и название дизъюнкция, то есть "или или". Либо я вижу стол, либо у меня галлюцинация. Третьего внутри общей внутренней картинки не дано. К примеру, когда я смотрю на яблоко, я не воспринимаю его образ я воспринимаю само яблоко. Опыт не направлен на посредника, он направлен на вещь. Дизъюнктивизм отказывается от идеи, будто между мной и миром всегда стоит ментальное содержание. Если это верно, то мозг в баке не может иметь тот же самый опыт, что и человек, видящий стол, потому что у них разные онтологические основания. Хотя субъективно они могут быть неотличимы. Важно различать слабый и сильный дизъюнктивизм. Слабый признаёт, что восприятие и галлюцинация это разные состояния, но допускает, что у них есть общее феноменальное ядро. Сильный утверждает, что общего нет вообще и даже феноменально эти состояния не тождественны, просто мы не всегда способны это заметить.

МетаТеория

Рэймонд Кеттелл разделяет интеллект на текучий (Fluid), биологическую основу способности к обработке информации, и кристаллизованный (Crystallized), представляющий собой накопленные знания и навыки, что позволяет объяснить возрастную динамику интеллектуальных показателей. И снова целый ворох определений, из которых достаточно трудно выбрать даже человеку размышляющему.

А что же IQ-тест? Может, если не через определение, так через него можно понять, кто тупой, а кто нет?

Тесты IQ, и в частности тест Айзенка, устроены так, чтобы оценивать способности, а не уровень знаний, и построены на предположении о существовании фактора общего интеллекта g. Внутри одного теста задания подобраны так, чтобы уравновесить вербальные, числовые и графические способности например человек, сильный в словах, но слабый в арифметике, не получит преимущества, но и не окажется в невыгодном положении. Сам Айзенк разработал восемь вариантов теста, и первые пять из них сборные, дающие общую оценку, тогда как три специальных теста направлены на выявление отдельных способностей. Результат выражается в баллах, где среднее значение равно ста, а распределение подчиняется нормальному закону, и половина людей попадает в диапазон от девяноста до ста десяти, по четверти выше и ниже. Значение ниже семидесяти обычно интерпретируется как умственная отсталость, а в тестах Айзенка максимальный балл составляет 160, хотя в других тестах, например у Векслера, он может быть выше. Казалось бы, вот он, инструмент, который расставляет всех по местам. Но если присмотреться, то окажется, что даже внутри психометрической традиции единства нет. Кто-то настаивал на едином факторе g, кто-то выделял семь независимых способностей, кто-то строил модели, в которых число компонентов доходило от ста двадцати до ста восьмидесяти в разных версиях, как в факторно-аналитической модели Гилфорда, а Гарднер и вовсе говорил о множественных интеллектах, которых у него около восьми-девяти. И сам тест IQ измеряет не интеллект как таковой, а способность решать определённый тип задач за ограниченное время в условиях стандартизированной процедуры, причём сто баллов здесь это среднее по выборке нормирования, а не абсолютная величина. И если тест измеряет не интеллект, то что мы вообще называем интеллектом? Возможно, интеллект это не одна способность, а зонтичный термин для множества различных способностей, которые не сводятся к одному числу.

Ну так и что, друзья, как понять, кто тупой?

МетаТеория

☘Интеллект

Чтобы разобраться, интеллектуал ты или псевдоинтеллектуал, надо бы по-хорошему понять, что из себя представляет сам интеллект, но тут, как и с любыми другими понятиями, возникают некоторые трудности. Единого определения не существует не в силу недостаточной концептуальной строгости исследователей, а в силу гетерогенности самого феномена, который различные традиции схватывают в различных аспектах, каждый раз выдавая частное за целое. Наиболее распространено понимание, что интеллект это высшая познавательная способность, которая противопоставляется чувственности, воле, а в некоторых традициях и интуиции. К примеру, Платон в "Государстве" и "Федоне" описывает интеллект как разумную часть души, посредством которой человек приобщается к миру идей и которая обеспечивает возможность истинного знания в отличие от мнения. Аристотель же вводит понятие "нус" как способность постижения первоначал, различая ум деятельный, вечный и активный, и ум пассивный, преходящий и воспринимающий, что задаёт парадигму для последующей схоластической рецепции. Фома Аквинский, следуя аристотелевской традиции, различает два порядка, с одной стороны, intellectus и ratio как два модуса одной разумной способности, где интеллект схватывает истину непосредственно, а разум движется к ней дискурсивно с другой стороны, intellectus agens и intellectus possibilis, где деятельный интеллект отвечает за абстрагирование, а возможностный воспринимает уже абстрагированные формы. Смешивать эти два различения нельзя первое касается способа постижения истины, второе структуры самой познавательной способности. Кант в свою очередь вводит собственное различение, которое лишь внешне напоминает схоластическое. Для него рассудок есть способность образовывать понятия и подводить созерцания под правила, а разум есть способность образовывать метафизические идеи, выходящие за пределы возможного опыта, причём отождествление "интеллекта" с рассудком здесь уже интерпретация, а не строго кантовское словоупотребление. И вот ещё просто для наглядности несколько определений. Николай Кузанский - интеллект это духовная сила, с помощью которой можно познать истину и которая есть основа всей познавательной деятельности. Спиноза - интеллект это врождённая способность к познанию сущности вещей, которая реализуется в третьем роде познания, scientia intuitiva, а не совершенствуется как нечто неготовое. Бергсон - интеллект это орудие практического действия, противопоставленное чистой интуиции как непосредственному постижению жизни. Плотин - ум (нус) как вторая ипостась, тождественная бытию и содержащая в себе все идеи. Как видите, на любой вкус и цвет определений, а что там у психологов?

А у них интеллект становится объектом эмпирического исследования, и его определения привязываются к процедуре измерения и операционализации. Общее определение из психологии описывает интеллект как общую познавательную способность, проявляющуюся в том, как человек воспринимает, понимает, объясняет и прогнозирует происходящее, какие решения принимает и насколько эффективно действует, особенно в новых, нестандартных ситуациях. Альфред Бине, стоящий у истоков психометрики, определяет интеллект как способность к суждению, умение размышлять и приспосабливаться к жизненным условиям, вводя понятие умственного возраста как меры интеллектуального развития. Дэвид Векслер формулирует определение интеллекта как глобальной способности индивида действовать целесообразно, мыслить рационально и эффективно взаимодействовать со средой, что ложится в основу его шкал измерения. Чарльз Спирмен постулирует генеральный фактор g, или же некую "умственную энергию", лежащую в основе успеха в любой интеллектуальной деятельности и объясняющую корреляции между различными тестами. Луис Терстоун, напротив, отвергает идею единого фактора и утверждает, что интеллект есть набор из семи независимых первичных умственных способностей: словесного понимания, речевой беглости, числового фактора, пространственного фактора, ассоциативной памяти, скорости восприятия и индуктивного фактора.