Наш любимый зампред ЦБ Василий Поздышев (хотя мы их всех очень любим и ценим) покусился на святое, а именно на список Forbes [https://bit.ly/2lReiEk].
Собственники российских банков любят видеть себя в списках Forbes. Но ведь Forbes сравнивает активы gross без учета долговой нагрузки. Мы же сейчас считаем стоимость чистых активов. И если свести активы с пассивами - то списки Forbes придется подкорректировать...
Речь идет о том, что ЦБ, несмотря на громкие заявления и обещания, ничего не может сделать с банкирами, которые не хотят отдавать то, что «нажито непосильным трудом». И это было ожидаемо, поэтому сейчас слова о том, что необходимо решать некоторые проблемы с процедурой взыскания – это признание в собственном бессилии. Фактически, отобрать получилось только у тех, кто отдал добровольно, как Гуцериев и Шишханов. Остальные вполне успешно сохранили большую часть интересующих их активов.
Очень интересно, как регулятор будет мотивировать свое желание законодательно закрепить «присутствие бенефициаров и топ-менеджмента санируемых финансовых организаций на территории РФ на период судебных разбирательств». Впрочем, все это только обсуждается, посмотрим, что выйдет в конечном итоге.
А еще понравилось про изменения в законодательства, которые якобы «очень непростые для восприятия обществом». Это для какого общества? Для россиян что ли? Вот они, конечно, будут недовольны тем, что ЦБ отбирает активы у «зажравшихся» банкстеров. Или Поздышев просто живет в своем мире, и он имел ввиду общество именно этих банкстеров, так активно лоббирующих свои интересы, что другого общества зампред и не видит? Это, видимо, профессиональная деформация, нужно понять и простить.
Что касается дивидендов «Русснефти», которые останутся в Фонде непрофильные активов, то там вообще вопросов много. Судя по всему, ЦБ просто хочет заставить Гуцериева выкупить акции «Русснефти» за цену, которая явно выше рыночной. И то, как все происходит, наводит на мысли, что вся ситуация – красивая игра в рамках договоренностей. Гуцериев платит за собственное спокойствие, ну а ЦБ получает успешный кейс в свою копилку.
В целом, все интервью пронизано одной мыслью: ЦБ, судя по всему, начал терять контроль, поэтому переходит к жестким мерам. Отсюда и намеки на ужесточение требований к капиталу (Базэль III им уже не подходит, как видим), повышение коэффициентов риска по некоторым операциям и сделкам и, видимо, обновленный механизм санации. Теперь ЦБ хочет получать возможность проверять не только банки, но и квартиры или офисы, так как из них ведь может банк управляться «на самом деле, там и сервера могут быть, и сейфы, и черная касса...». Ну и правильно, ЦБ – это же мегарегулятор, поэтому у него должны быть мегаполномочия и мегавозможности. А Поздышев, например, может стать мегазампредом – отлично звучит. «Что хотим, то и творим» или «Это наша корова, и мы ее доим»: как-то вот так получается.
Собственники российских банков любят видеть себя в списках Forbes. Но ведь Forbes сравнивает активы gross без учета долговой нагрузки. Мы же сейчас считаем стоимость чистых активов. И если свести активы с пассивами - то списки Forbes придется подкорректировать...
Речь идет о том, что ЦБ, несмотря на громкие заявления и обещания, ничего не может сделать с банкирами, которые не хотят отдавать то, что «нажито непосильным трудом». И это было ожидаемо, поэтому сейчас слова о том, что необходимо решать некоторые проблемы с процедурой взыскания – это признание в собственном бессилии. Фактически, отобрать получилось только у тех, кто отдал добровольно, как Гуцериев и Шишханов. Остальные вполне успешно сохранили большую часть интересующих их активов.
Очень интересно, как регулятор будет мотивировать свое желание законодательно закрепить «присутствие бенефициаров и топ-менеджмента санируемых финансовых организаций на территории РФ на период судебных разбирательств». Впрочем, все это только обсуждается, посмотрим, что выйдет в конечном итоге.
А еще понравилось про изменения в законодательства, которые якобы «очень непростые для восприятия обществом». Это для какого общества? Для россиян что ли? Вот они, конечно, будут недовольны тем, что ЦБ отбирает активы у «зажравшихся» банкстеров. Или Поздышев просто живет в своем мире, и он имел ввиду общество именно этих банкстеров, так активно лоббирующих свои интересы, что другого общества зампред и не видит? Это, видимо, профессиональная деформация, нужно понять и простить.
Что касается дивидендов «Русснефти», которые останутся в Фонде непрофильные активов, то там вообще вопросов много. Судя по всему, ЦБ просто хочет заставить Гуцериева выкупить акции «Русснефти» за цену, которая явно выше рыночной. И то, как все происходит, наводит на мысли, что вся ситуация – красивая игра в рамках договоренностей. Гуцериев платит за собственное спокойствие, ну а ЦБ получает успешный кейс в свою копилку.
В целом, все интервью пронизано одной мыслью: ЦБ, судя по всему, начал терять контроль, поэтому переходит к жестким мерам. Отсюда и намеки на ужесточение требований к капиталу (Базэль III им уже не подходит, как видим), повышение коэффициентов риска по некоторым операциям и сделкам и, видимо, обновленный механизм санации. Теперь ЦБ хочет получать возможность проверять не только банки, но и квартиры или офисы, так как из них ведь может банк управляться «на самом деле, там и сервера могут быть, и сейфы, и черная касса...». Ну и правильно, ЦБ – это же мегарегулятор, поэтому у него должны быть мегаполномочия и мегавозможности. А Поздышев, например, может стать мегазампредом – отлично звучит. «Что хотим, то и творим» или «Это наша корова, и мы ее доим»: как-то вот так получается.