МузДиета Сергея Бурлаки

Так выглядели 850 человек в NSP сегодня, за секунду до того, как я убежал.
Разговор остался незаконченным, и меня это не отпускает весь вечер. Давайте закончим его здесь.

Два вопроса: что вы почувствовали в зале и какая одна мысль осталась с вами. Второе для меня важнее.

Судя по ответам, многим знакомо чувство, когда сотрудник делает не то, что вы сказали, а то, что вы имели в виду — и наоборот, когда не делает вообще ничего, потому что команды не было.

Когда мы готовились к МузЗавтраку, нужно было выполнить простейшее упражнение — перевести лошадь через маленькую преграду, лежащую на земле. Взять коня за уздцы и потянуть — что сложного?! Но животное упирается, не хочет идти. И вот задача состояла в том, чтобы договориться на понятном ему языке.

5 сентября все участники попробуют выполнить это «простое» упражнение, чтобы узнать, как выглядит команда, которая слышит своего руководителя без единого слова. Это будет иммерсивная лаборатория, про то, что управление — это не инструкции, а то, что считывается за секунду до слов.

Место проведения: Конный клуб «Серебряная подкова»
Дата: 5 сентября 
Время: сбор в 11:30, работаем до 14:00
Форма одежды: удобные брюки, закрытая обувь без каблука.

Осталось всего 6 мест

29 августа, в 15:00 с такой загадочной темой из трёх вопросов буду участвовать в международной онлайн-конференции «Надёжные истории». Это пространство, которое за 2 дня (29 и 30 августа) объединит психологию, бизнес, коммуникации — более 20 спикеров будут делиться практиками, которые действительно работают.

Несколько лет назад с моим другом и коллегой Сергеем Кузиным в прямом эфире рассуждали о том, что нужно, чтобы быть услышанным. В продолжении этого диалога хочу ответить на три вопроса, которые часто звучат, если не вслух, то в мыслях: «Кто такой человек? Зачем его слушать? При чём здесь музыка? » 

Будут не только надёжные истории, но и надёжные музыкальные примеры. 

Участие бесплатное, приходите. Все, кто будет оба дня, получат именной сертификат международной конференции.

5 финансовых советов от великих композиторов

На МузЗавтраке в Казани два часа честно говорили о чужих кошельках. Начали с мифа: великие композиторы были нищими и не практичными. К концу разговора от мифа ничего не осталось. Появились пять проверенных на судьбах композиторов советов.

Совет 1. Умей выйти из игры раньше толпы. Гендель

Гендель писал гениальную музыку и при этом покупал акции на бирже. Из акций Компании Южных морей, знаменитой финансовой пирамиды XVIII века, он успел выйти до ее краха 1720 года. А вот Ньютон не успел и потерял около 20 тысяч фунтов. По легенде, он признался: «Я могу рассчитать движение небесных тел, но не безумие толпы». Гендель умер в 1759 году с состоянием в полмиллиарда на наши деньги. А его «Мессия» ежегодными концертами десятилетиями кормила лондонский приют для сирот.
Вывод: фиксировать прибыль нужно, пока все вокруг ещё верят в вечный рост. А если посмотреть глубже, то следует одно: жадность способна проиграть даже гению, и умение вовремя остановиться — тоже искусство.

Совет 2. Высокий доход и устойчивость — не одно и то же. Моцарт

Моцарт не был беден. Он был, скорее, первым музыкантом-фрилансером без подушки безопасности. В 1784 году на его концерты по подписке предоплату за год внесли 174 аристократа. В лучшие годы он зарабатывал примерно 50 миллионов рублей в год, в современной России он уже платил бы НДС. Потом началась война с Турцией, слушатели ушли на службу, и рынок умер за один сезон. Но именно в эти годы он написал свои последние симфонии и лучшие фортепианные концерты, включая Двадцать третий.
Выводы: Подушка безопасности нужна любому таланту. Один источник дохода, даже блестящий, это не система. Кризис рынка не отменяет дела: писать можно и тогда, когда зал опустел.

Совет 3. Деньги всегда про отношения. Чайковский.

С 1877 по 1890 год Чайковский жил на грант от Надежды Филаретовны фон Мекк, 6000 рублей в год. Условие было одно: никогда не встречаться. 1200 писем и одна случайная встреча в парке. Молча приподняли шляпы и разошлись. Когда она одним письмом прекратила выплаты, его ранило не отсутствие денег, к тому времени он уже был богат, а то, что 13 лет близости свелись к строчке в бюджете.
Вывод: принимать помощь не стыдно. Но договариваться стоит о смыслах, а не только о суммах, потому что за каждым переводом стоит человек. Деньги не бывают просто деньгами, это всегда выражение чего-то нематериального.

Совет 4. Начать заново можно в любом возрасте. Рахманинов.

В 1917 году, в 44 года, Рахманинов потерял имение, сбережения, страну — всё. В 45 он начал заново выстраивать себя как пианиста, уже в другой стране, и стал одним из самых высокооплачиваемых музыкантов своего времени. Брал роялти с каждой пластинки, к 1930-му году построил виллу Сенар в Швейцарии. И при этом очень много помогал: тем, кто остался в России, и соотечественникам за границей. Мне кажется, деньги возвращались к нему неслучайно.
Вывод: главный актив оказался не на счётах, а в руках: вложения в мастерство не сгорают ни в одной революции. Судьба напоминает, что потерять всё и потерять себя — это разные вещи.

Совет 5. Заложи в бюджет строку «отдать». Верди.

Верди был не только композитором, но успешным землевладельцем и переговорщиком, выбивавшим у издателей рекордные гонорары. А в 1896 году он вложил их в Casa di Riposo, дом для престарелых музыкантов в Милане, и завещал ему авторские отчисления от своих опер. Сам он называл этот дом своим самым прекрасным произведением. Дом работает до сих пор.
Вывод: планируй не только доходы и расходы, но и то, что отдашь.

Друзья, а какой из этих советов отзывается вам сильнее всего? И что деньги значат для вас?

МузЗавтрак в Казани

22 июля, в среду, поговорим о том, на что жили гении-композиторы и как финансовые обстоятельства меняли музыку, которую мы любим. 

МузЗавтрак будет благотворительным. Вырученные средства направим на поддержку премии «Жить вместе». 

Купить билеты можно по ссылке.

Жду всех, кто будет в Казани в эту среду, дорогими гостями станут мои подписчики 🔥.

Друзья, уже завтра поговорим о том, как великолепно сводили концы с концами маэстро разных эпох, как разрушали жизнь их рискованные шаги, и какие источники доходов были самыми стабильными.

Билеты на МузЗавтрак еще есть.

Как я учился слушать

Меня часто спрашивают, как научиться слушать классику. И обычно ждут список из пяти симфоний, трех книг и подкаста. А я вместо списка расскажу, как это происходило со мной. Потому что музыкант, играющий в оркестре, и слушатель проходят один и тот же путь. Я с музыкальным инструментом в руках, вы в наушниках.

Сначала я слышал только себя. Правда, неопытный музыкант в оркестре не слышит ничего, кроме своей партии и сложностей, которые она вызывает. У тебя сложный пассаж, потные руки и дирижер, который смотрит как будто только лично на тебя, поэтому ты слышишь только себя.

Слушатель на этом этапе включает классику фоном. В машине, под сёрфинг в сети, засыпая после трудного дня. И это нормально. Все начинают так. Просто волшебства не случается.

Через какое-то время, играя в оркестре, я обнаружил, что рядом сидит живой человек. Сосед по пульту. И с ним, оказывается, надо музицировать вместе. Начинаешь чувствовать локоть, дыхание, движение инструмента. Это очень важный опыт взаимодействия.

У слушателя такой момент тоже случается. Музыка вдруг цепляет. Одна запись, но которую хочется поставить еще раз. Ты ещё не полюбил всю классику, а вот этот конкретный Рахманинов, вот эти конкретные 6 минут. Если у вас так было, стоит запомнить этот момент. Влюбленность в одну вещь стоит дороже, чем прослушивание плейлиста в яндекс-музыке «100 шедевров классики».

В оркестре с опытом пришел период жадности. Я стал слышать всех альтистов, потом всю струнную группу, потом медь за спиной, и мне страшно нравилось чувствовать эту внутреннюю механику оркестра. Так нравилось, что я чуть не пропустил момент, когда можно увлечься тем, КАК все устроено, а не тем, ЧТО хотел передать через музыку автор.

У слушателей эта ловушка выглядит, наверное, так: ходишь на концерты, лекции, различаешь сонатную форму, слышишь разницу между барокко и классицизмом и отхватываешь среди первых билеты на Курентзиса в партер. Классное чувство, момент профессионализации. Но я встречал в консерватории людей, которые могут сорок минут рассказывать про Седьмую симфонию Шостаковича, но они ни разу не прожили эту музыку наедине. Знания о музыке очень легко подменяют саму музыку. Происходит это незаметно.

А потом, уже сильно позже, я начал слышать, как бы это выразить… Не аккорд, а его отзвук, не кульминацию — а скорее, страшную паузу перед ней. Это момент, когда восемьдесят человек задерживают дыхание как один. Я называю это сыгранностью, и ради таких секунд, честно говоря, я бы ещё раз прошёл весь путь музыкальной школы, трудов, слез и нервов.

Со слушателем происходит то же самое. В какой-то момент человек перестает спрашивать «что я должен знать про эту музыку» и начинает замечать, что музыка делает с ним. Именно здесь начинается искусство слушания.

Пресыщения и финиша в этом процессе нет. Я больше двадцати лет в профессии и все еще учусь слушать, открываю для себя новые грани. А самое прекрасное в том, что начать можно сегодня вечером. И я даже могу подсказать с чего.

Прелюдия Рахманинова №10 (си минорная). Сам Рахманинов называл ее своей любимой. Пять с половиной минут. Найдите момент, когда можно перевести телефон в режим самолёта, остановиться, утишиться.

Это правда весь секрет. Напишите в комментариях, что вы услышали. А лучше приходите на МузЗавтрак 18 июля, вместе узнаем, что музыка может сотворить с каждым из нас.

Билеты здесь