В ленте сразу несколько человек кисло бранится по поводу интервью Сокурова "Коммерсанту". Я это полез посмотреть, уж хотя бы потому, что это всяко интереснее очередного Дудя.
И вот главное ощущение - это странная эхо-камера. Как будто в нейросеть загрузили советскую интеллигенцию, и оная сеть выдала усредненное сферическое интервью в вакууме диаметром один метр. Дело даже не в увлекательном словесном порно типа "Модерн - преступное сочетание красоты и социального, политического распутства", а в том, что порицание политического распутства идет прямо вслед за воспоминаниями о том, как его придавливала советская идеология. И дальше по всем пунктам. Мировое кино - погибло, задушила его коммерция. Черт побери, стоило дожить до 75 лет, всю жизнь снимать фестивальное кино, чтобы сделать вывод, что мировой кинематограф съела коммерция! Потом чисто интеллигентское кокетничание - я, дескать, никогда не обращался к великим людям, но сам оказывался им нужен. Доверчивый, очень искренний, открытый Ельцин. Боже, там даже используется слово "совестливый" - в адрес как раз Ельцина. И это уже даже не усредненно-интеллигентское выступление, а карикатура уровня "Льва Щаранского", если кто помнит. Но это же надо, насколько хорошо сохранился, что дословно соответствует пародии этак пятнадцатилетней давности!
И как венец всего - "Что мне делать, если я знаю, что Родина больна, и, кажется, знаю, как лечить".
Мы часто и за дело браним родной кинематограф. Но кажется, этот труп удастся оживить электричеством только когда он научится не бросаться от андреасяновщины в мессианство и обратно. Андреасяновщина может научиться делать что-то более сложное. Излечимо ли мессианство, Бог весть.
И вот главное ощущение - это странная эхо-камера. Как будто в нейросеть загрузили советскую интеллигенцию, и оная сеть выдала усредненное сферическое интервью в вакууме диаметром один метр. Дело даже не в увлекательном словесном порно типа "Модерн - преступное сочетание красоты и социального, политического распутства", а в том, что порицание политического распутства идет прямо вслед за воспоминаниями о том, как его придавливала советская идеология. И дальше по всем пунктам. Мировое кино - погибло, задушила его коммерция. Черт побери, стоило дожить до 75 лет, всю жизнь снимать фестивальное кино, чтобы сделать вывод, что мировой кинематограф съела коммерция! Потом чисто интеллигентское кокетничание - я, дескать, никогда не обращался к великим людям, но сам оказывался им нужен. Доверчивый, очень искренний, открытый Ельцин. Боже, там даже используется слово "совестливый" - в адрес как раз Ельцина. И это уже даже не усредненно-интеллигентское выступление, а карикатура уровня "Льва Щаранского", если кто помнит. Но это же надо, насколько хорошо сохранился, что дословно соответствует пародии этак пятнадцатилетней давности!
И как венец всего - "Что мне делать, если я знаю, что Родина больна, и, кажется, знаю, как лечить".
Мы часто и за дело браним родной кинематограф. Но кажется, этот труп удастся оживить электричеством только когда он научится не бросаться от андреасяновщины в мессианство и обратно. Андреасяновщина может научиться делать что-то более сложное. Излечимо ли мессианство, Бог весть.