Многие вещи приходится пересматривать. Это как встряхнуть калейдоскоп, который ты бережно держал под строгим углом, чтобы все цветные стекляшки твоих воспоминаний и убеждений составляли только одну чёткую картину.
Я думаю о дружбе.
О том, что мне давно пора уже перестать воспринимать своих друзей оскорбительно близко и ждать от них, что они будут готовы стать моим поручителем в харакири, чтобы в моменте отрубить мне голову до тонкой нитки, только если я попрошу. Потому что, в конце концов, — это безнравственно и бессовестно, вот так ожидать чего-то от людей, пусть даже если ты сам готов на такие вещи.
Я думаю о вере.
О том, как бабушка, перед сном, в своей комнате столь огромной, что в темноте я теряю углы, читает мне молитву, которую я не понимаю, и меня пугает мысль, что те трое, которые — сын с отцом и какой-то дух, лицо которого я вообще себе не могу представить, — всё время за мной смотрят, особенно когда я веду себя плохо.
Я думаю о любви.
О том, что, может быть, моя любовь похожа на выпавшие молочные зубы, которые я храню в детской коробочке вместе с ножом у своей кровати. Такие вещи мало кому можно показать, рассказать о них или вовсе подарить. По крайней мере, этих людей я ещё не встречала.
В конце концов, когда тебя кто-то сильно треснет по рукам, калейдоскоп выпадает, и все эти кусочки уже не встают на место, как бы ты стыдливо ни трясся.
Ничего личного :
https://telegra.ph/Nichego-lichnogo--2-02-14#ничеголичного