Forward from: ᴍᴀᴄʜɪɴɪᴄ ᴇᴍʙᴏᴅɪᴍᴇɴᴛ
21 августа, в 19-00, в SAS hotel в рамках проекта Teenageangst я буду читать лекцию Abducted by Audio: on Accelerationism, Acid Communism and Techno Music, основанную на недавно выложенном архиве CCRU.
Лекция посвящена исследованию электронной танцевальной музыки — в первую очередь техно — как специфического кибернетического и фармако-сонического аппарата, способного пересобирать человеческую субъективность, когнитивную архитектуру и политическое воображение. Концепт «захвата звуком звуком» (audio abduction) трактует акустическую среду не как эстетический продукт или объект потребления, но как автономную инородную силу, которая вырывает индивида из привычных координат буржуазной повседневности и подрывает монополию антропоцентрического «я». Ницше считал музыку самым дионисийским из искусств, потому что она по сути своей «бесформенна», а её потенциал заключается в том, чтобы разрушить диктатуру репрезентации.
В центре внимания — синтез трех ключевых векторов радикальной теории и музыкальной философии:
Концептуальный аппарат CCRU (Cybernetic Culture Research Unit): исследование связок между алгоритмическим синтезом, циклической ритмологией и медиацией, трансформирующей восприятие и кибернетическими петлями обратной связи. CCRU рассматривает пространство клуба и рейва как лабораторию, где звук и фармакология образуют единый комплекс для взлома нормативной психофизиологии человека и конструирования гиперверий;
«Сонический фикшн» Кодво Эшуна и Sonic Warfare Стива Гудмана: подход к электронной музыке как к не-человеческой технологии и форме афрофутуристского абстракционизма. Эшун переосмысляет синтезаторы и драм-машины как инородные механизмы, превращающие слушателя в интерфейс для ритмических атак и деиндивидуализирующих аффектов. Переход от романтического «прослушивания» к погружению в акустическую иммерсивную среду, которая является оружием воздействия на нервную систему.
Кислотный коммунизм Марка Фишера и акселерационизм: проект регенерации эмансипаторного потенциала коллективного экстаза, психоделической культуры и посткапиталистического желания. Рожденная на руинах постиндустриальных пространств (Детройт, Берлин), техно-музыка предстает как акселерационистский двигатель, способный преодолеть депрессивный паралич «капиталистического реализма», а о рейве Фишер высказывался как о барочном солнечном ударе.
Лекция предлагает рассматривать тело клуба и звуковые системы как пространства анонимной деиндивидуализации: место, где синтез давления, репетитивности и пси-модуляций растворяет изолированного субъекта в едином человеко-машинном коллективе, подчиненном ноуменальной динамике ритма, где машинные синтезы желания и единства изменяют телесность, утопию будущего, а мышление становится галлюцинаторным процессом. Следуя интуиции Дж. Балларда, мы всегда должны выходить к немыслимым формам отчуждения — отчуждениям, о которых предыдущие эпохи даже не помышляли, — и что их необходимо пройти насквозь.
Лекция посвящена исследованию электронной танцевальной музыки — в первую очередь техно — как специфического кибернетического и фармако-сонического аппарата, способного пересобирать человеческую субъективность, когнитивную архитектуру и политическое воображение. Концепт «захвата звуком звуком» (audio abduction) трактует акустическую среду не как эстетический продукт или объект потребления, но как автономную инородную силу, которая вырывает индивида из привычных координат буржуазной повседневности и подрывает монополию антропоцентрического «я». Ницше считал музыку самым дионисийским из искусств, потому что она по сути своей «бесформенна», а её потенциал заключается в том, чтобы разрушить диктатуру репрезентации.
В центре внимания — синтез трех ключевых векторов радикальной теории и музыкальной философии:
Концептуальный аппарат CCRU (Cybernetic Culture Research Unit): исследование связок между алгоритмическим синтезом, циклической ритмологией и медиацией, трансформирующей восприятие и кибернетическими петлями обратной связи. CCRU рассматривает пространство клуба и рейва как лабораторию, где звук и фармакология образуют единый комплекс для взлома нормативной психофизиологии человека и конструирования гиперверий;
«Сонический фикшн» Кодво Эшуна и Sonic Warfare Стива Гудмана: подход к электронной музыке как к не-человеческой технологии и форме афрофутуристского абстракционизма. Эшун переосмысляет синтезаторы и драм-машины как инородные механизмы, превращающие слушателя в интерфейс для ритмических атак и деиндивидуализирующих аффектов. Переход от романтического «прослушивания» к погружению в акустическую иммерсивную среду, которая является оружием воздействия на нервную систему.
Кислотный коммунизм Марка Фишера и акселерационизм: проект регенерации эмансипаторного потенциала коллективного экстаза, психоделической культуры и посткапиталистического желания. Рожденная на руинах постиндустриальных пространств (Детройт, Берлин), техно-музыка предстает как акселерационистский двигатель, способный преодолеть депрессивный паралич «капиталистического реализма», а о рейве Фишер высказывался как о барочном солнечном ударе.
Лекция предлагает рассматривать тело клуба и звуковые системы как пространства анонимной деиндивидуализации: место, где синтез давления, репетитивности и пси-модуляций растворяет изолированного субъекта в едином человеко-машинном коллективе, подчиненном ноуменальной динамике ритма, где машинные синтезы желания и единства изменяют телесность, утопию будущего, а мышление становится галлюцинаторным процессом. Следуя интуиции Дж. Балларда, мы всегда должны выходить к немыслимым формам отчуждения — отчуждениям, о которых предыдущие эпохи даже не помышляли, — и что их необходимо пройти насквозь.
«Биты и яркий свет, чтобы разрушить ложь. Нервные импульсы для коллективного тела. Мы очень похожи по базовой структуре, достаточно жесткого бита, чтобы пробудить всех к истинному призванию — к единству!».