Не только Huawei. Зачем Израиль следит за африканцами и причем здесь «Хезболлах»
Всегда умиляло, как название панафриканского журнала «Жен Африк» («Молодая Африка») резко контрастирует с запечатленными на его обложках сморщенными физиономиями семидесятилетних африканских лидеров. Да, молодой Африкой управляют старики. И они очень озабочены своей безопасностью. А в секьюрикратии — этой религии XXI века — преуспели далеко не только китайские компании.
По данным все того же «Жен Африк», в столице Габона Либревиле, на Бульваре Республики, приютилось неприметное трехэтажное здание, ощетинившееся антеннами. Это Silam — президентский центр прослушки, управляемый французом Жан-Шарлем Солоном — бывшим сотрудником спецслужб. Каждый день из Silam на стол президента Али Бен Бонго Ондимбы доставляются запечатанные отчеты — расшифровки телефонных переговоров, архивы текстовых сообщений, электронных писем и переписок в WhatsApp.
Подрядчики Silam — компании Nexa Technologies, Ercom и Suneris Solutions — суть коммерческие операторы шпионских технологий французских спецслужб. Все они обеспечивают неоколониальную экосистему Françafrique — в Габоне, а также в Мали, Сенегале, Кот-д'Ивуаре и много где еще.
Но в подчинении у Солона немало израильтян, а бок о бок с французскими фирмами действуют израильские компании из Герцлии — NSO, Mer Group и Elbit Systems, работающие в обоих Конго, Гвинее, Нигерии, ЮАР, Анголе и Эфиопии и понемногу выдавливающие оттуда французский шпионский бизнес. И у израильских специалистов, натасканных в операциях Моссада и Цахала, есть серьезное конкурентное преимущество: если французы научились собирать информацию, то израильтяне — быстро, дешево и виртуозно ее обрабатывать.
Но израильским специалистам вряд ли так уж интересны местные оппозиционеры. Особенный интерес израильтян, буквально захвативших шпионский бизнес в Африке, объясняется присутствием во многих африканских странах богатой и политически влиятельной ливанской диаспоры. Так, ливанцы контролируют хлебопекарный бизнес в столице ДР Конго Киншасе и экспорт какао-бобов из Либерии, а в Монровии и других городах этой страны в принципе трудно сыскать приличный неливанский ресторан или гостиницу.
Почти все ливанские бизнесмены и дельцы — шииты из третьей, наименее благополучной волны эмиграции. В отличие от не в пример более образованных христиан-маронитов и суннитов — врачей, архитекторов, инженеров — они не снискали себе особенной любви и уважения африканцев. Так, в «наркогосударстве» Гвинее-Бисау они опустились до посредничества в сделках гвинейских военных с колумбийскими наркокартелями, замечены они и в работорговле.
Так что антиливанские настроения и погромы в Черной Африке — далеко не редкость, и многим требуется серьезная крыша. Поэтому многие действующие в Западной и Центральной Африке бизнесмены лояльны «Хезболлах», украшают офисы портретами Хасана Насруллы и отчисляют этому движению немалые средства.
Тель-Авиву же важно мониторить настроения ливанской общины и отслеживать все контакты и финансовые операции с движением «Хезболлах», уже приложившим руку к складыванию автохтонного шиитского движения в Нигерии во главе с шейхом Аз-Закзаки. Агентов движения находили в самых неожиданных местах — даже в окружении заигрывавшего с салафитами диктатора Гамбии Яйя Джамме — суннита ваххабитского извода, тем не менее предоставившего «Хезболлах» площадки для деловой активности.
Особенно израильтяне «окопались» в Кот-д'Ивуаре, где они работают в структурах МВД и Минобороны. Поэтому обсуждать религию и «Хезболлах» в ливанских кругах Кот-д'Ивуара особенно опасно, и ивуарийские ливанцы — на 80% шииты — стараются избегать проиранских культурных и религиозных центров, боясь оказаться в поле зрения спецслужб и их израильских советников. Вот такие шпионские игры в тропиках.
Всегда умиляло, как название панафриканского журнала «Жен Африк» («Молодая Африка») резко контрастирует с запечатленными на его обложках сморщенными физиономиями семидесятилетних африканских лидеров. Да, молодой Африкой управляют старики. И они очень озабочены своей безопасностью. А в секьюрикратии — этой религии XXI века — преуспели далеко не только китайские компании.
По данным все того же «Жен Африк», в столице Габона Либревиле, на Бульваре Республики, приютилось неприметное трехэтажное здание, ощетинившееся антеннами. Это Silam — президентский центр прослушки, управляемый французом Жан-Шарлем Солоном — бывшим сотрудником спецслужб. Каждый день из Silam на стол президента Али Бен Бонго Ондимбы доставляются запечатанные отчеты — расшифровки телефонных переговоров, архивы текстовых сообщений, электронных писем и переписок в WhatsApp.
Подрядчики Silam — компании Nexa Technologies, Ercom и Suneris Solutions — суть коммерческие операторы шпионских технологий французских спецслужб. Все они обеспечивают неоколониальную экосистему Françafrique — в Габоне, а также в Мали, Сенегале, Кот-д'Ивуаре и много где еще.
Но в подчинении у Солона немало израильтян, а бок о бок с французскими фирмами действуют израильские компании из Герцлии — NSO, Mer Group и Elbit Systems, работающие в обоих Конго, Гвинее, Нигерии, ЮАР, Анголе и Эфиопии и понемногу выдавливающие оттуда французский шпионский бизнес. И у израильских специалистов, натасканных в операциях Моссада и Цахала, есть серьезное конкурентное преимущество: если французы научились собирать информацию, то израильтяне — быстро, дешево и виртуозно ее обрабатывать.
Но израильским специалистам вряд ли так уж интересны местные оппозиционеры. Особенный интерес израильтян, буквально захвативших шпионский бизнес в Африке, объясняется присутствием во многих африканских странах богатой и политически влиятельной ливанской диаспоры. Так, ливанцы контролируют хлебопекарный бизнес в столице ДР Конго Киншасе и экспорт какао-бобов из Либерии, а в Монровии и других городах этой страны в принципе трудно сыскать приличный неливанский ресторан или гостиницу.
Почти все ливанские бизнесмены и дельцы — шииты из третьей, наименее благополучной волны эмиграции. В отличие от не в пример более образованных христиан-маронитов и суннитов — врачей, архитекторов, инженеров — они не снискали себе особенной любви и уважения африканцев. Так, в «наркогосударстве» Гвинее-Бисау они опустились до посредничества в сделках гвинейских военных с колумбийскими наркокартелями, замечены они и в работорговле.
Так что антиливанские настроения и погромы в Черной Африке — далеко не редкость, и многим требуется серьезная крыша. Поэтому многие действующие в Западной и Центральной Африке бизнесмены лояльны «Хезболлах», украшают офисы портретами Хасана Насруллы и отчисляют этому движению немалые средства.
Тель-Авиву же важно мониторить настроения ливанской общины и отслеживать все контакты и финансовые операции с движением «Хезболлах», уже приложившим руку к складыванию автохтонного шиитского движения в Нигерии во главе с шейхом Аз-Закзаки. Агентов движения находили в самых неожиданных местах — даже в окружении заигрывавшего с салафитами диктатора Гамбии Яйя Джамме — суннита ваххабитского извода, тем не менее предоставившего «Хезболлах» площадки для деловой активности.
Особенно израильтяне «окопались» в Кот-д'Ивуаре, где они работают в структурах МВД и Минобороны. Поэтому обсуждать религию и «Хезболлах» в ливанских кругах Кот-д'Ивуара особенно опасно, и ивуарийские ливанцы — на 80% шииты — стараются избегать проиранских культурных и религиозных центров, боясь оказаться в поле зрения спецслужб и их израильских советников. Вот такие шпионские игры в тропиках.