Лёша Крабочкин близок к раскрытию ИИ-заговора.
Конспирологическая теория заключается в том, что все пиздят про использование нейронок, только постят какие-то md-файлы, рассуждают про какие-то скиллы Клода, но на самом деле нихера нигде не меняется и никто ничего с нейронками не делает. Бухгалтерия всё так же присылает странные эксель-таблицы, клиенты всё так же присылают корявые вордовские документы, соискатели всё так же присылают свои корявые резюме в ПДФ.
«Вот все говорят, что Филя Рыболюбов, наш проджект на контенте, через нейронки уже половине клиентов смм-отделы автоматизировал, хвалят его. А на проектах до сих пор по три джуна в каждом сидят по восемь часов в день… Оп-па… Несостыковочка», — размеренным тоном Галковского рассуждает Лёша, попивая кофе.
А ведь правда, где же эффект от внедрения новых технологий? Куда всё подевалось? Только картинки у брендов в соцсетях стали у всех одинаковые, такие вот очень трёхмерные, мерзкие и глянцевые, как рожа единственного дельфина в Алупкинском дельфинарии.
Конспирологическая теория заключается в том, что все пиздят про использование нейронок, только постят какие-то md-файлы, рассуждают про какие-то скиллы Клода, но на самом деле нихера нигде не меняется и никто ничего с нейронками не делает. Бухгалтерия всё так же присылает странные эксель-таблицы, клиенты всё так же присылают корявые вордовские документы, соискатели всё так же присылают свои корявые резюме в ПДФ.
«Вот все говорят, что Филя Рыболюбов, наш проджект на контенте, через нейронки уже половине клиентов смм-отделы автоматизировал, хвалят его. А на проектах до сих пор по три джуна в каждом сидят по восемь часов в день… Оп-па… Несостыковочка», — размеренным тоном Галковского рассуждает Лёша, попивая кофе.
А ведь правда, где же эффект от внедрения новых технологий? Куда всё подевалось? Только картинки у брендов в соцсетях стали у всех одинаковые, такие вот очень трёхмерные, мерзкие и глянцевые, как рожа единственного дельфина в Алупкинском дельфинарии.