Жаль платно
https://www.e-anthropology.com/English/Catalog/Archaeology/STM_DWL_82QE_VYMX6gUCn3fB.aspx
В 1960-х годах масштабная экспедиция Института археологии РАН (ИА РАН) исследовала всю жилую зону Щербинского городища в Московской области — типичного памятника дьяковской археологической культуры. В 2022 году памятник пострадал в результате несанкционированных строительных работ, что потребовало проведения аварийно-спасательных раскопок силами ИА РАН. Исследования на склонах и естественных террасах городища — участках, редко подвергавшихся систематическим раскопкам, — позволили получить важные новые данные, в том числе обнаружить останки трех человек (двух мужчин и одной женщины). Они были смещены со своего первоначального места залегания и найдены в слое, связанном со следами сильного пожара на поселении. Суммарные радиоуглеродные датировки по коллагену костей всех трех индивидов укладываются в интервал 262–380 гг. н. э. (калиброванные даты; UGAMS-80345: 255–378, UGAMS-80346: 364–419, UGAMS-80347: 251–363 гг. н. э., 1σ), что относит время их смерти к периоду от середины III до IV века. Из останков одного из индивидов удалось выделить древнюю ДНК; это первый случай получения геномных данных для дьяковской культуры, поскольку характерный для нее обряд кремации ранее препятствовал проведению подобного анализа. Полногеномное секвенирование показало, что этот мужчина генетически близок к населению балтийского региона эпохи поздней бронзы, демонстрируя наибольшее сходство с группой, представленной в могильнике Тоомани в Северной Эстонии (ок. 1200–800 гг. до н. э.). Также выявлен компонент степного происхождения, связанный с популяциями скифского круга. Его отцовская линия относится к гаплогруппе, распространенной в Северной Европе, а материнская линия — к одной из самых распространенных на европейском континенте. Вопрос о том, кем были эти люди, остается открытым: они могли быть как жителями самого городища, так и представителями пришлой группы населения. В первом случае полученные геномные данные служат самым ранним прямым свидетельством генетического состава населения позднего этапа дьяковской культуры, ставя под сомнение традиционную гипотезу о ее финно-угорской принадлежности; во втором — они характеризуют генетический профиль группы, находившейся в конфликте с населением поздней дьяковской культуры. В любом случае, эти результаты представляют собой первое геномное свидетельство, касающееся какой-либо популяции Волго-Окского междуречья периода III–IV веков н. э. Разрушение Щербинского городища в середине III века может быть связано с более широкой зоной социально-политических потрясений, сопровождавших упадок памятников лесостепной культуры позднесарматского времени на водоразделе Оки и Дона.
https://www.e-anthropology.com/English/Catalog/Archaeology/STM_DWL_82QE_VYMX6gUCn3fB.aspx
В 1960-х годах масштабная экспедиция Института археологии РАН (ИА РАН) исследовала всю жилую зону Щербинского городища в Московской области — типичного памятника дьяковской археологической культуры. В 2022 году памятник пострадал в результате несанкционированных строительных работ, что потребовало проведения аварийно-спасательных раскопок силами ИА РАН. Исследования на склонах и естественных террасах городища — участках, редко подвергавшихся систематическим раскопкам, — позволили получить важные новые данные, в том числе обнаружить останки трех человек (двух мужчин и одной женщины). Они были смещены со своего первоначального места залегания и найдены в слое, связанном со следами сильного пожара на поселении. Суммарные радиоуглеродные датировки по коллагену костей всех трех индивидов укладываются в интервал 262–380 гг. н. э. (калиброванные даты; UGAMS-80345: 255–378, UGAMS-80346: 364–419, UGAMS-80347: 251–363 гг. н. э., 1σ), что относит время их смерти к периоду от середины III до IV века. Из останков одного из индивидов удалось выделить древнюю ДНК; это первый случай получения геномных данных для дьяковской культуры, поскольку характерный для нее обряд кремации ранее препятствовал проведению подобного анализа. Полногеномное секвенирование показало, что этот мужчина генетически близок к населению балтийского региона эпохи поздней бронзы, демонстрируя наибольшее сходство с группой, представленной в могильнике Тоомани в Северной Эстонии (ок. 1200–800 гг. до н. э.). Также выявлен компонент степного происхождения, связанный с популяциями скифского круга. Его отцовская линия относится к гаплогруппе, распространенной в Северной Европе, а материнская линия — к одной из самых распространенных на европейском континенте. Вопрос о том, кем были эти люди, остается открытым: они могли быть как жителями самого городища, так и представителями пришлой группы населения. В первом случае полученные геномные данные служат самым ранним прямым свидетельством генетического состава населения позднего этапа дьяковской культуры, ставя под сомнение традиционную гипотезу о ее финно-угорской принадлежности; во втором — они характеризуют генетический профиль группы, находившейся в конфликте с населением поздней дьяковской культуры. В любом случае, эти результаты представляют собой первое геномное свидетельство, касающееся какой-либо популяции Волго-Окского междуречья периода III–IV веков н. э. Разрушение Щербинского городища в середине III века может быть связано с более широкой зоной социально-политических потрясений, сопровождавших упадок памятников лесостепной культуры позднесарматского времени на водоразделе Оки и Дона.