На сессии «Формирование нового поколения технологических лидеров: принципы образования и воспитания инженеров в современной России» в Томском политехе выступил ректор МИФИ @boilingmephi Владимир Шевченко:
– У России, с одной стороны, есть историческая традиция инженерной школы. Не только столичной, но и сибирской, ярким представителем которой являются наши томские коллеги. С другой стороны, наша система образования в значительной степени является продолжателем советской традиции, когда технические вузы готовили армии инженерно-технических работников для индустриальной системы Советского Союза. В задачи их подготовки серьезная гуманитарная компонента не закладывалась.
В постсоветские годы представления о глобальной экономике, цепочках товарной стоимости трансформировались в идею о распределении инженерных кадров и их компетенций по этим цепочкам. Она заключается в том, что есть небольшое количество центров (на глобальном Западе), где рождаются технологии, и именно там может найти место для себя и своих талантов амбициозный молодой человек с любого уголка мира. Образовательные системы этих стран так себя и позиционировали.
С другой стороны в этой концепции – глобальные цепочки производства и обслуживания продукта и огромное количество инженеров, перед которыми стояла задача просто грамотного эксплуатационного обслуживания технических решений, которые поставлялись глобальными компаниями.
Не секрет, что значительная часть подготовки в нашей стране была заточена на такую роль: мы в большей степени готовили людей, которые должны были эксплуатировать Boeing Airbus, чем людей, которые должны были проектировать новые гражданские самолеты для нашей страны, поскольку исходили из представления о том, что это не нужно. Это касается не только нашей страны, это глобальная история.
Тектонические изменения, которые переживает мир последнее время, ставят вопрос подготовки кадров более остро. Здесь, как мне кажется, крайне важно пройти между двух крайностей. Первая заключается в «синдроме Кулибина»: когда мы говорим себе «ничего страшного, сейчас мы все сделаем сами, на коленке в гараже». Это очень вредная точка зрения, на мой взгляд. Не нужно ни самих себя, ни общество обманывать: есть технологии, которые мы не можем разумным ресурсом воспроизвести, потому что в их развитие были вложены колоссальные средства. Обратная крайность – это «всёпропальщество», представление о том, что наша страна ничего сложнее йогурта не сможет произвести. Во-первых, это просто неправда, а во-вторых, глубокое оскорбление жителей нашей страны и тех возможностей, которыми обладают они, научные школы, производственные мощности.
Ключевым вызовом для нас должен стать открытый разговор с будущими лидерами нашей техносферы, а мировидение должно складываться только через симбиоз профессионализма и понимание того, что мы можем и должны сделать.
@EngineerUp
– У России, с одной стороны, есть историческая традиция инженерной школы. Не только столичной, но и сибирской, ярким представителем которой являются наши томские коллеги. С другой стороны, наша система образования в значительной степени является продолжателем советской традиции, когда технические вузы готовили армии инженерно-технических работников для индустриальной системы Советского Союза. В задачи их подготовки серьезная гуманитарная компонента не закладывалась.
В постсоветские годы представления о глобальной экономике, цепочках товарной стоимости трансформировались в идею о распределении инженерных кадров и их компетенций по этим цепочкам. Она заключается в том, что есть небольшое количество центров (на глобальном Западе), где рождаются технологии, и именно там может найти место для себя и своих талантов амбициозный молодой человек с любого уголка мира. Образовательные системы этих стран так себя и позиционировали.
С другой стороны в этой концепции – глобальные цепочки производства и обслуживания продукта и огромное количество инженеров, перед которыми стояла задача просто грамотного эксплуатационного обслуживания технических решений, которые поставлялись глобальными компаниями.
Не секрет, что значительная часть подготовки в нашей стране была заточена на такую роль: мы в большей степени готовили людей, которые должны были эксплуатировать Boeing Airbus, чем людей, которые должны были проектировать новые гражданские самолеты для нашей страны, поскольку исходили из представления о том, что это не нужно. Это касается не только нашей страны, это глобальная история.
Тектонические изменения, которые переживает мир последнее время, ставят вопрос подготовки кадров более остро. Здесь, как мне кажется, крайне важно пройти между двух крайностей. Первая заключается в «синдроме Кулибина»: когда мы говорим себе «ничего страшного, сейчас мы все сделаем сами, на коленке в гараже». Это очень вредная точка зрения, на мой взгляд. Не нужно ни самих себя, ни общество обманывать: есть технологии, которые мы не можем разумным ресурсом воспроизвести, потому что в их развитие были вложены колоссальные средства. Обратная крайность – это «всёпропальщество», представление о том, что наша страна ничего сложнее йогурта не сможет произвести. Во-первых, это просто неправда, а во-вторых, глубокое оскорбление жителей нашей страны и тех возможностей, которыми обладают они, научные школы, производственные мощности.
Ключевым вызовом для нас должен стать открытый разговор с будущими лидерами нашей техносферы, а мировидение должно складываться только через симбиоз профессионализма и понимание того, что мы можем и должны сделать.
@EngineerUp