Добросовестный покупатель проигрывает процесс «ведомому продавцу». Разбираем причины
Я подписан на многих своих коллег. Не сказать, что постоянно слежу за их работой (своей хватает), но общение, как известно, обогащает. Что заметил: у многих юристов не принято писать про проигранные процессы. Делятся иногда, но это больше исключение из правил. То ли коллеги вообще не проигрывают, то ли не рассказывают об этом.
С точки зрения маркетинга, я, возможно, поступаю неправильно, поскольку регулярно делаю публикации о проигранных процессах. В2025 г. я записал небольшой ролик про процесс, который проиграл «ведомой» пенсионерке: https://vkvideo.ru/video330364203_456239036?list=3bad70c8f5f29cb8a3&t=32s. Пока что это единственное дело из тех, в которых я, действуя за покупателя, проиграл «ведомой». Много странного происходило в этом процессе. Навскидку:
- истица открыто пишет в иске, что переводила деньги лицам, которые финансировали ВСУ. Никакой реакции от суда и от правоохранительных органов на это не последовало, даже после обращения в СК РФ;
- как следует из материалов дела, всего состоялось два перехода права: от истицы к риелторам по нотариальному договору и далее, от риелторской компании к финальному собственнику, также по нотариальной сделке. Риелторы купили квартиру по рыночной цене, отремонтировали жилье и перепродали его. Так вот: на стадии назначения экспертизы судом, во время постановки вопросов перед экспертами, финальный собственник не была (!) привлечена к делу в качестве ответчика. Мосгорсуд не посчитал это нарушение существенным;
- судебная экспертиза по ст. 177 ГК РФ проводилась институтом Сербского. Одним из подписантов заключения стала психолог 24 лет от роду. Опрашивал её в суде. Эксперт сообщила, что имеет стаж работы 1 год. Сказала, что «правдивость подэкспертной мы не оцениваем». Получается, истица вполне могла лгать экспертам о воздействии на неё, но значения этому эксперт не придавала - как будто это не в ее компетенции;
- в ходе судебного процесса якобы «ведомая» истица и ее многочисленные представители никак не могли правильно, согласно ГК РФ, заявить требования. Они не просили виндикации, хотя состоялась череда сделок. Суд, видя это, многократно переносил заседания, предлагал и снова предлагал истице уточнить требования. Суд делал это до тех пор, пока требования, наконец, небыли должным образом сформулированы. Какая уж тут состязательность – сколько не просил я рассмотреть требования по существу, пока истец не заявил требования правильно - решения не выносилось;
- ближе к концу процесса к делу была привлечена прокуратура, представитель которой открыто советовала истице заявить требования о выселении текущего собственника – финального покупателя. Хотя по ст. 45 ГПКРФ прокурора обычно привлекают в гражданский процесс для защиты интересов выселяемого, здесь прокурор сама предложила выселить покупателя. В принципе, при такой позиции суда и прокуратуры представители истице были и не нужны;
- первый покупатель (риелторская компания) и второй покупатель (физическое лицо) ссылались на свою осмотрительность в сделках и приводили доказательства этому. Финальный собственник защиту от иска строила на своей добросовестности: при покупке она опиралась на данные ЕГРН, оплата полной цены произведена ею безналом, деньги у покупателя были получены из понятного источника, до сделки истица самостоятельно снялась с регистрационного учета, получила деньги из депозита нотариуса и т.д. Ключевое: Бутырский суд, а далее и Мосгорсуд не сделали вывода о том, что финальный покупатель является недобросовестным. Тем не менее, это не помешало суду истребовать жилое помещение от финального покупателя и выселить его из квартиры;
- доводы ответчиков о том, что к сложившейся ситуации должна применяться ст. 179 ГК РФ об обмане, а не правила ст. 177 ГК РФ о «невозможности понимать значение своих действий» не были услышаны судами – им не давалась оценка;
- Бутырский суд категорически (неоднократно)отказался привлекать к участию в деле Министерство финансов России, хотя согласно ст. 68.1 «О государственной регистрации недвижимости»