Нобелевская неделя 2026. День 1: Физиология или медицина
Сегодня начинается Нобелевская неделя, а мы вновь возвращаемся к читателям с серией постов и опросов по этой теме. Первыми традиционно объявят лауреатов премии по физиологии или медицине.
Одним из главных источников прогнозов, как мы отметили в дайджесте, остается список Citation Laureates от Clarivate. Правда, прошлый год для его медицинской части вновь оказался «неудачным»: среди Citation Laureates-2025 будущих победителей не было. Симон Сакагути (Shimon Sakaguchi), впрочем, был отмечен Clarivate еще в 2015 году. Это вновь доказывает, что предсказания неплохо выявляют действительно признанных ученых, но хуже отвечают на вопрос, когда цитатное признание конвертируется в Нобелевскую премию.
Недавние работы показывают, что с годами ждать приходится всё дольше. В мартовской статье Scientometrics авторы проанализировали премии 1901–2024 годов и наглядно продемонстрировали, что промежуток между ключевой работой и награждением постепенно растет.
Есть и обратная сторона: иногда будущую нобелевскую работу долго не считают особенно перспективной. Яркий пример — Каталин Карико (Katalin Karikó). В 1995 году после неудач с грантами ее понизили в должности в Пенсильванском университете, а ключевая статья 2005 года с Дрю Вайсманом (Drew Weissman) поначалу получила мало внимания. В подкасте Nobel Prize эту реакцию позднее назвали почти «громовой тишиной». В 2026 году историю Карико вновь обсуждали в контексте дискуссии об оценке научных результатов. Правда, не стоит и забывать о том, что большую роль в присуждении премии сыграл фактор пандемии коронавируса.
Главный претендент этого сезона — GLP-1 (ГПП-1). Clarivate выделил Дэниела Друкера (Daniel Drucker), Йенса Юла Хольста (Jens Juul Holst) и Светлану Мойсов (Svetlana Mojsov) за исследования в области лечения диабета, побочным результатов которого стало появление популярных сегодня препаратов для снижения веса.
Забавно, что значимость открытия вопросов почти не вызывает, а вот с составом возможных лауреатов сложнее. В 2024 году премию Ласкера получили Джоэл Хабенер (Joel Habener), Светлана Мойсов и Лотте Бьерре Кнудсен (Lotte Bjerre Knudsen), а Breakthrough Prize позднее отметил уже пятерых ученых, добавив Друкера и Хольста. К сожалению, Хабенер умер в декабре прошлого года, а Нобелевскую премию посмертно не присуждают (впрочем, именно с этой премией связан любопытный казус: в 2011 году Ральф Стайнман умер за 3 дня до объявления, но комитет оставил принятое решение в силе). Однако и без него претендентов на премию явно больше трех.
Другой заметный вариант — оптическая когерентная томография (ОКТ): Джеймс Фудзимото (James Fujimoto), Дэвид Хуанг (David Huang) и Эрик Свонсон (Eric Swanson). Их открытие хорошо вписывается в группу методических и инструментальных прорывов в области офтальмологии, за которые награждают не так часто: в исследовании этого года авторы, разобрав 761 крупное научное открытие, включая 533 нобелевских, показали, что только в 10 % случаев лауреатами в области становились такие исследования.
Третий пул кандидатов — Эммануэль Миньо (Emmanuel Mignot) и Масаси Янагисава (Masashi Yanagisawa). В сентябре они получили премию Ласкера 2026 года за исследования орексина, сна и нарколепсии — почти классическая «физиологическая» премия. А ведь на условную «очередность» физиологии и медицины мы обращали внимание еще в 2024 году. Формального чередования нет, но две последние премии были скорее за фундаментальные механизмы. Поэтому шансов здесь меньше: у прикладной медицины есть основания считать, что подошла ее очередь.
Если так, GLP-1 и ОКТ выглядят наиболее очевидными кандидатами. В числе постоянных претендентов называют также клеточную терапию рака, открытие B- и T-лимфоцитов и исследования сворачивания белков.
По традиции ниже — опрос. Рискнем поставить на ОКТ, а не GLP-1: здесь хотя бы проще определиться с тройкой лауреатов.
#нобелевскаянеделя #нобелевскаяпремия #медицинаифизиология
Сегодня начинается Нобелевская неделя, а мы вновь возвращаемся к читателям с серией постов и опросов по этой теме. Первыми традиционно объявят лауреатов премии по физиологии или медицине.
Одним из главных источников прогнозов, как мы отметили в дайджесте, остается список Citation Laureates от Clarivate. Правда, прошлый год для его медицинской части вновь оказался «неудачным»: среди Citation Laureates-2025 будущих победителей не было. Симон Сакагути (Shimon Sakaguchi), впрочем, был отмечен Clarivate еще в 2015 году. Это вновь доказывает, что предсказания неплохо выявляют действительно признанных ученых, но хуже отвечают на вопрос, когда цитатное признание конвертируется в Нобелевскую премию.
Недавние работы показывают, что с годами ждать приходится всё дольше. В мартовской статье Scientometrics авторы проанализировали премии 1901–2024 годов и наглядно продемонстрировали, что промежуток между ключевой работой и награждением постепенно растет.
Есть и обратная сторона: иногда будущую нобелевскую работу долго не считают особенно перспективной. Яркий пример — Каталин Карико (Katalin Karikó). В 1995 году после неудач с грантами ее понизили в должности в Пенсильванском университете, а ключевая статья 2005 года с Дрю Вайсманом (Drew Weissman) поначалу получила мало внимания. В подкасте Nobel Prize эту реакцию позднее назвали почти «громовой тишиной». В 2026 году историю Карико вновь обсуждали в контексте дискуссии об оценке научных результатов. Правда, не стоит и забывать о том, что большую роль в присуждении премии сыграл фактор пандемии коронавируса.
Главный претендент этого сезона — GLP-1 (ГПП-1). Clarivate выделил Дэниела Друкера (Daniel Drucker), Йенса Юла Хольста (Jens Juul Holst) и Светлану Мойсов (Svetlana Mojsov) за исследования в области лечения диабета, побочным результатов которого стало появление популярных сегодня препаратов для снижения веса.
Забавно, что значимость открытия вопросов почти не вызывает, а вот с составом возможных лауреатов сложнее. В 2024 году премию Ласкера получили Джоэл Хабенер (Joel Habener), Светлана Мойсов и Лотте Бьерре Кнудсен (Lotte Bjerre Knudsen), а Breakthrough Prize позднее отметил уже пятерых ученых, добавив Друкера и Хольста. К сожалению, Хабенер умер в декабре прошлого года, а Нобелевскую премию посмертно не присуждают (впрочем, именно с этой премией связан любопытный казус: в 2011 году Ральф Стайнман умер за 3 дня до объявления, но комитет оставил принятое решение в силе). Однако и без него претендентов на премию явно больше трех.
Другой заметный вариант — оптическая когерентная томография (ОКТ): Джеймс Фудзимото (James Fujimoto), Дэвид Хуанг (David Huang) и Эрик Свонсон (Eric Swanson). Их открытие хорошо вписывается в группу методических и инструментальных прорывов в области офтальмологии, за которые награждают не так часто: в исследовании этого года авторы, разобрав 761 крупное научное открытие, включая 533 нобелевских, показали, что только в 10 % случаев лауреатами в области становились такие исследования.
Третий пул кандидатов — Эммануэль Миньо (Emmanuel Mignot) и Масаси Янагисава (Masashi Yanagisawa). В сентябре они получили премию Ласкера 2026 года за исследования орексина, сна и нарколепсии — почти классическая «физиологическая» премия. А ведь на условную «очередность» физиологии и медицины мы обращали внимание еще в 2024 году. Формального чередования нет, но две последние премии были скорее за фундаментальные механизмы. Поэтому шансов здесь меньше: у прикладной медицины есть основания считать, что подошла ее очередь.
Если так, GLP-1 и ОКТ выглядят наиболее очевидными кандидатами. В числе постоянных претендентов называют также клеточную терапию рака, открытие B- и T-лимфоцитов и исследования сворачивания белков.
По традиции ниже — опрос. Рискнем поставить на ОКТ, а не GLP-1: здесь хотя бы проще определиться с тройкой лауреатов.
#нобелевскаянеделя #нобелевскаяпремия #медицинаифизиология