ею управляет. Российский министр также отметил борьбу афганских властей [Талибан] с террористическими группировками, включая уничтожение сотен боевиков и предотвращение ряда крупных атак.
Москва вновь заявила о категорической неприемлемости размещения военной инфраструктуры НАТО в Афганистане и соседних странах, рассматривая такое присутствие как потенциальный фактор дестабилизации региона.
На полях встречи Лавров провёл переговоры с Амирханом Муттаки.
Стороны обсудили двусторонние отношения, торговлю, транзит, региональную безопасность, борьбу с терроризмом и наркотиками.
Особое значение имеет то, что российская стратегия в отношении Кабула всё больше выходит за рамки дипломатического взаимодействия и экономических связей. Лавров заявил о необходимости укрепления контртеррористического потенциала Афганистана посредством материальной, технической и экспертной помощи, а также развития взаимодействия между российскими и афганскими силовыми и разведывательными структурами.
После официального признания Россией Исламского Эмирата Афганистан в 2025 году Москва последовательно демонстрирует готовность рассматривать нынешние афганские власти как долгосрочного партнёра.
Кабул предлагает региону новую роль Афганистана
Муттаки представил Афганистан как страну, которая, по версии Кабула, вышла из периода войны и движется к стабильности и экономическому восстановлению.
По его словам, современную безопасность нельзя рассматривать исключительно в военном контексте. Она тесно связана с торговлей, энергетикой, продовольствием, водными ресурсами, экономикой и региональной взаимосвязанностью.
Кабул призывает соседние страны рассматривать Афганистан не только как источник потенциальных угроз, но и как возможный центр регионального сотрудничества и транзита. В качестве примеров Муттаки назвал энергетические и инфраструктурные проекты ТАПИ, ТАП, CASA-1000 и Трансафганскую железную дорогу.
Талибан также заявил о готовности сотрудничать с соседними странами в сфере охраны границ, борьбы с наркотиками, транснациональной преступностью и терроризмом.
Главный конфликт — Кабул против Исламабада
Именно афгано-пакистанское противостояние стало наиболее острым вопросом встречи.
Муттаки заявил, что отношения между Кабулом и Исламабадом переживают серьёзный кризис. Он обвинил Пакистан в неоднократных нападениях на Афганистан и подчеркнул, что Кабул предпочитает решать возникающие проблемы дипломатическим путём.
По его словам, Исламабад, напротив, сделал ставку на военное давление.
Кабул также отвергает обвинения в том, что афганская территория используется вооружёнными группировками для нападений на Пакистан, и настаивает на необходимости политического диалога.
Пакистан представил диаметрально противоположную картину.
Специальный представитель Пакистана по Афганистану Мухаммад Садик заявил, что терроризм остаётся одной из центральных проблем Афганистана. По утверждению Исламабада, ТТП и другие вооружённые группировки продолжают действовать с территории Афганистана, а власти Талибана не принимают достаточных мер для их нейтрализации.
Садик заявил, что за последние три года в результате террористических атак, которые Пакистан связывает с территорией Афганистана, погибли более 4,7 тыс. пакистанцев. Он также назвал действия Пакистана против вооружённых группировок «оборонительными» и заявил, что они осуществляются в рамках права на самооборону.
Таким образом, стороны представили диаметрально противоположные объяснения кризиса: Кабул говорит о военном давлении и вмешательстве Пакистана, тогда как Исламабад — об угрозе со стороны вооружённых группировок, действующих с территории Афганистана.
Конфликт сорвал итоговый документ
Острота противостояния непосредственно отразилась на работе Московского формата.
В ходе заседания между афганской и пакистанской сторонами произошёл резкий обмен обвинениями. В результате участникам не удалось согласовать совместное итоговое заявление.
Специальный представитель президента России по Афганистану Замир Кабулов подтвердил, что именно разногласия между Кабулом и Исламабадом стали причиной отсутствия общего до
