О причинах украинского конфликта:
«Отношения между российскими властями и правительствами западных стран ухудшались последние, может быть, 20 лет, так что это был процесс. Это развивалось с увеличением присутствия НАТО вблизи российских границ. Было много других вещей, которые способствовали ухудшению отношений. И я бы не сказал, что это было только с одной или с другой стороны.
Путин все-таки пересек границу в конце концов.
Это был целый ряд вещей, которые в конечном итоге привели нас туда, где мы есть. В течение последних 15 лет это становилось все более и более сложным. Все эти события на Украине — это просто перевод конфликта на следующий уровень эскалации.
Украина, насколько я понимаю, сама по себе не была проблемой.
Это процесс непонимания, неспособности общаться и находить компромиссы между Западом и Россией, которые шаг за шагом приводили к новым уровням эскалации. И то, что происходило во время этого процесса, привело к тому, что стороны потеряли доверие друг к другу. Российское руководство потеряло доверие к западной системе и способность достигать соглашений с западными лидерами. То же самое произошло со стороны Запада».
О риске новой эскалации и ядерной войны:
«В динамике это не очень хорошо. Из-за того, что основные проблемы не решаются, в игру вступает все больше различных средств конфронтации. То, что сейчас происходит на Украине, — это еще один шаг к эскалации. Но может быть и еще один шаг, и еще один.
Мы находимся в очень опасном моменте, с каким, возможно, не сталкивались за последние 40 лет. Не определено, что на самом деле означает победа. Не определено, в чем заключается цель каждой из конфликтующих сторон.
Украина хочет вернуться к ситуации 2014 года. Россия хочет вернуться к ситуации, когда система безопасности в Европе была устроена таким образом, чтобы Россия не чувствовала угрозы с разных сторон.
Когда две стороны не слышат друг друга и каждая как будто живет в собственном мире, со своими собственными ограничениями, можно предсказать, что погибнет еще больше людей, что эскалация будет продолжаться и, да простит нас Бог, следующий шаг эскалации может быть сделан раньше, чем мы думаем».
Что будет, если Путин «исчезнет завтра»:
«Будет хаос. Россия стала очень централизованной системой за последнее десятилетие или около того. Это очень плохой сценарий, и я даже не хочу думать об этом. Я не думаю, что система будет разрушена хаосом, потому что российское общество уже прошло через 1990-е, когда было очень много хаоса, и получило своего рода прививку от этого.
Если система столкнется с хаосом, она отреагирует еще большей централизацией, еще большей концентрацией власти, еще меньшей свободой.
Я думаю, что это очень плохо для России и очень плохо для всего мира. Потому что когда система становится все более сконцентрированной на защите себя, когда она видит опасность повсюду вместо возможностей, даже если ее нет, она появится».
https://bit.ly/3LdNxWE
«Отношения между российскими властями и правительствами западных стран ухудшались последние, может быть, 20 лет, так что это был процесс. Это развивалось с увеличением присутствия НАТО вблизи российских границ. Было много других вещей, которые способствовали ухудшению отношений. И я бы не сказал, что это было только с одной или с другой стороны.
Путин все-таки пересек границу в конце концов.
Это был целый ряд вещей, которые в конечном итоге привели нас туда, где мы есть. В течение последних 15 лет это становилось все более и более сложным. Все эти события на Украине — это просто перевод конфликта на следующий уровень эскалации.
Украина, насколько я понимаю, сама по себе не была проблемой.
Это процесс непонимания, неспособности общаться и находить компромиссы между Западом и Россией, которые шаг за шагом приводили к новым уровням эскалации. И то, что происходило во время этого процесса, привело к тому, что стороны потеряли доверие друг к другу. Российское руководство потеряло доверие к западной системе и способность достигать соглашений с западными лидерами. То же самое произошло со стороны Запада».
О риске новой эскалации и ядерной войны:
«В динамике это не очень хорошо. Из-за того, что основные проблемы не решаются, в игру вступает все больше различных средств конфронтации. То, что сейчас происходит на Украине, — это еще один шаг к эскалации. Но может быть и еще один шаг, и еще один.
Мы находимся в очень опасном моменте, с каким, возможно, не сталкивались за последние 40 лет. Не определено, что на самом деле означает победа. Не определено, в чем заключается цель каждой из конфликтующих сторон.
Украина хочет вернуться к ситуации 2014 года. Россия хочет вернуться к ситуации, когда система безопасности в Европе была устроена таким образом, чтобы Россия не чувствовала угрозы с разных сторон.
Когда две стороны не слышат друг друга и каждая как будто живет в собственном мире, со своими собственными ограничениями, можно предсказать, что погибнет еще больше людей, что эскалация будет продолжаться и, да простит нас Бог, следующий шаг эскалации может быть сделан раньше, чем мы думаем».
Что будет, если Путин «исчезнет завтра»:
«Будет хаос. Россия стала очень централизованной системой за последнее десятилетие или около того. Это очень плохой сценарий, и я даже не хочу думать об этом. Я не думаю, что система будет разрушена хаосом, потому что российское общество уже прошло через 1990-е, когда было очень много хаоса, и получило своего рода прививку от этого.
Если система столкнется с хаосом, она отреагирует еще большей централизацией, еще большей концентрацией власти, еще меньшей свободой.
Я думаю, что это очень плохо для России и очень плохо для всего мира. Потому что когда система становится все более сконцентрированной на защите себя, когда она видит опасность повсюду вместо возможностей, даже если ее нет, она появится».
https://bit.ly/3LdNxWE