MAD Architects

В Москве появился новый инструмент для тех, кто хочет понимать город не постфактум, а до того, как он построен. Агентство городских новостей «Москва» запустило «Москва завтра» — каталог проектируемых и строящихся объектов с рендерами и интерактивной картой.

Для архитектора интереснее всего именно карта: проекты наконец можно рассматривать не как отдельные картинки, а как будущую ткань города.

Есть и показательный нюанс: в карточках много архитектуры, но авторы проектов указаны не всегда. Зато появляются определения вроде «бизнес-центр в виде холма» или «башни в неоготическом стиле».
Получается почти диагноз эпохи: архитектура все чаще продается через мгновенно считываемый образ.

Что отличает красивую архитектуру от действительно хорошей? То, как она работает с эмоциями человека и создаёт опыт, ради которого хочется вернуться.

6 октября в Астане на международном конгрессе ARCHICA 2026 Мария Николаева выступила с темой «Архитектура как причина путешествия».

На примере проектов бюро — курорта на Иссык-Куле, ресторанного комплекса «Шемаха» и отеля Muse of Tech Innopolis — Мария показала три подхода: природа, легенда и сопричастность.

Во всех трёх случаях работа начинается не с формы, а с вопроса: что должен почувствовать человек? Ведь сильная архитектура вырастает из места, формирует сценарий жизни и превращает пространство в опыт, который хочется прожить снова.

Спикерами дискуссии выступили: Евгения Позигун (MYAA, Великобритания — Испания), Гульмира Урбиссинова (MIHON Design, Казахстан), Дуарте Лобо Антунеш (A for Architecture, Великобритания — Португалия), Лорен Клавильер (Accor, Франция), Хуссам Шакхуф (Metaform, ОАЭ), Алишер Сакипов (Saraiva + Associados, Казахстан — Португалия), Марк Аткинсон (Foster + Partners, Великобритания) и Федерико Макки (SPERI, Италия).

Архитектура в 39 миллиметрах

Сегодня, 7 октября, Банк России выпускает новую памятную монету из серии «Памятники архитектуры России». На этот раз ее героем стал Спасо-Преображенский Мирожский монастырь в Пскове — одна из древнейших русских обителей.

Особенно интересен выбор самого образа. На небольшом поле диаметром всего 39 мм архитектуру показывают не изолированно - рельеф монастыря окружен деревьями и отражениями на воде. Фон выполнен с помощью лазерного матирования, благодаря чему монета передает не только силуэт памятника, но и его ландшафтный контекст.

В центре ансамбля — Спасо-Преображенский собор, известный уникальными фресками XII века. Таким образом, на монете запечатлели один из древнейших сохранившихся пластов русской архитектурной и художественной культуры.

Сама монета выполнена из серебра 925-й пробы, содержит 31,1 г чистого серебра и выпущена тиражом всего 3 000 экземпляров. Номинал при этом — 3 рубля.

Это наглядный пример того, что архитектурное наследие шире самого здания. Памятник можно реставрировать, фотографировать, обмерять, исследовать — или превратить в миниатюрный рельеф размером с ладонь.

Источник: Банк России

Срезать этажи, чтобы добавить света

Сегодня рассказываем об одном из наших проектов — концепции БЦ «Скала».

Иногда нормы инсоляции — не помеха, а генератор архитектуры. Проектируя «Скалу», мы «срезали» верхнюю часть объёма под углом, чтобы здание меньше влияло на освещённость соседних домов. Так нормативное ограничение стало формообразующим приёмом.

Скошенная геометрия продолжилась внутри здания и сформировала двухсветный атриум с естественным светом и панорамными видами. Арочные галереи проходят сквозь первый уровень, превращая его в проницаемый пешеходный двор — с зеленью, местами для отдыха и площадкой для камерных мероприятий.

Для нас здесь важен принцип: сильная форма может родиться не вопреки ограничениям, а благодаря им. Контекст задаёт условие, геометрия отвечает на него — и этот ответ становится частью идентичности здания.

А какое ограничение однажды сделало ваш проект сильнее?

9 октября Мария Николаева выступит на Synergy HoReCa Forum в Москве.

Тема — «Доходность начинается с планировки: как спроектировать отель, в котором работает каждый метр».

За 30 минут Мария разберёт, как архитектурные и планировочные решения напрямую влияют на экономику отеля: где пространство начинает приносить доход, как избежать «неработающих» метров и почему эффективная планировка — это не компромисс между эстетикой и бизнесом, а основа успешного гостиничного проекта.

📍 Soluxe Hotel Moscow 🗓 9 октября, 16:30–17:00

НА СТРОЙКУ ВЫШЕЛ ГУМАНОИД

Японская Shimizu Corporation испытывает гуманоидных роботов и AI-манипуляторы непосредственно на строительных площадках. Один из полигонов — токийская Torch Tower, спроектированная Со Фудзимото.

И вот здесь начинается действительно интересный разговор.

Роботизация строительства — это не только замена части ручного труда. Если машины становятся полноценными участниками стройки, со временем начнет меняться сама логика проектирования: размеры элементов, последовательность монтажа, допуски, узлы, BIM-модели и требования к рабочей документации.

Когда-то лифт изменил типологию высотного здания. Цифровое производство изменило геометрию фасадов.
Возможно, строительная робототехника изменит то, что архитектор считает рационально проектируемым.

Мария Николаева примет участие в ARCHICA 2026 в Астане!

6 октября основатель MAD Architects Мария Николаева выступит на Международном архитектурном конгрессе ARCHICA 2026 в рамках панельной дискуссии «Как архитектура становится местом назначения?».

Вместе с Адой Иварс Браво (MYAA), Дуарте Лобо Антунешем (A for Architecture), Гульмирой Урбиссиновой (MIHON Design), Лораном Клавильером (Accor), Хуссамом Шакхуфом (Metaform), Алишером Сакиповым (Saraiva + Associados) и Федерико Макки (SPERI) Мария обсудит, как архитектура выходит за рамки функции и становится точкой притяжения, формирует идентичность территории и создает новые сценарии для города.

А что, если главный проект архитектора — не здание, а система, по которой строят?

Премию OBEL 2026 получила Balearic Social Housing Model — модель общественного жилья, разработанная в 2019–2023 годах в рамках жилищного института Балеарских островов IBAVI под руководством Cris Ballester Parets и Carles Oliver Barceló.

Здесь архитекторы фактически перепроектировали весь процесс создания жилья. Глобальные цепочки поставок заменили местными ресурсами, администрация из пассивного заказчика превратилась в активного девелопера, а зависимость от инженерных систем снизили за счет пассивных климатических решений.

Сами квартиры проектируют гибкими и неиерархичными, жилье остается в публичной аренде, а опыт каждого реализованного объекта используют в следующих проектах.

Именно поэтому модель получила OBEL в рамках темы Systems’ Hack: архитектурной инновацией здесь становится не только форма здания, но и закупки, управление, материалы и правила работы всей системы.

А что в строительной системе вашего региона вы бы изменили в первую очередь?

Фото: Archdaily