🇺🇸🇬🇱🇩🇰 Финал гренландской эпопеи (или нет?)
Несколько соображений в связи с заявлением Трампа по Гренландии:
1. Дональд Трамп, действуя в своей эксцентричной манере, все-таки добился главной цели — фактического усиления американского военного и, в перспективе, экономического присутствия в Гренландии. Завышая первоначальные требования до фантастических, американский лидер сумел «продавить» желаемое решение — хотя как будто шоу с угрозами военного захвата было лишним. О конкретных параметрах расширения военного присутствия говорить пока преждевременно, однако важно, что Дания сумела отстоять формальный суверенитет над островом.
2. Пока речь идет лишь о политической договоренности. С 1951 года у вооруженных сил США уже и так есть де-факто свободный доступ к Гренландии по американо-датскому соглашению: де-юре Вашингтон может создавать новые и расширять старые военные базы (с «согласия» Дании и самой Гренландии, которое нетрудно получить при должном подходе). И это вдогонку к базовым союзническим обязательствам по НАТО. Есть вероятность, что для реализации новых политических решений будет достаточно уже существующей договорно-правовой базы, в которую лишь внесут поправки (например, через дополнительное соглашение). К слову, история американского военного присутствия в Гренландии в годы холодной войны показала, что ВС США и так ведут себя «по-хозяйски».
3. В этом свете заявление о том, что США «берут на себя обязанность по обеспечению безопасности Гренландии», следует рассматривать через призму трамповского языка — громких и максималистских вбросов. Для Трампа важно подать этот рабочий дипломатический результат как «великую победу» и «большой куш», особенно перед промежуточными выборами и на фоне неудачи иранской авантюры. Не стоит забывать, что вопросы обороны и безопасности Гренландии остаются прерогативой Копенгагена по конституционному праву.
4. Заявления США о том, что у Дании «нет денег на оборону» Гренландии, искажает действительность. Особенно в свете текущего датского военного присутствия на острове (здесь могла быть шутка про собачьи упряжки, но нет) и планируемого увеличения оборонных расходов (в том числе по новым соглашениям Дании с Гренландией и Фарерскими Островами). Скорее речь идет о том, что у Дании нет возможности усиливать там противоракетную оборону, что для США гораздо важнее в контексте Гренландии.
5. Помимо военной составляющей, в «соглашении» есть и экономическая. По словам Трампа, «противники США» не смогут инвестировать в остров без согласия Вашингтона. Очевидно, что речь идет о Китае, который США и так фактически «выдавили» с острова в конце 2010-х годов. Примечательно, что «согласие» Вашингтона на размещение военных и инвестиции потребуется только для «противников» — на миссии НАТО «Арктический часовой» это никак не скажется.
Подписание официального соглашения запланировано на полях Генассамблеи ООН.
💬 Поддержать канал «бустом»
Несколько соображений в связи с заявлением Трампа по Гренландии:
1. Дональд Трамп, действуя в своей эксцентричной манере, все-таки добился главной цели — фактического усиления американского военного и, в перспективе, экономического присутствия в Гренландии. Завышая первоначальные требования до фантастических, американский лидер сумел «продавить» желаемое решение — хотя как будто шоу с угрозами военного захвата было лишним. О конкретных параметрах расширения военного присутствия говорить пока преждевременно, однако важно, что Дания сумела отстоять формальный суверенитет над островом.
2. Пока речь идет лишь о политической договоренности. С 1951 года у вооруженных сил США уже и так есть де-факто свободный доступ к Гренландии по американо-датскому соглашению: де-юре Вашингтон может создавать новые и расширять старые военные базы (с «согласия» Дании и самой Гренландии, которое нетрудно получить при должном подходе). И это вдогонку к базовым союзническим обязательствам по НАТО. Есть вероятность, что для реализации новых политических решений будет достаточно уже существующей договорно-правовой базы, в которую лишь внесут поправки (например, через дополнительное соглашение). К слову, история американского военного присутствия в Гренландии в годы холодной войны показала, что ВС США и так ведут себя «по-хозяйски».
3. В этом свете заявление о том, что США «берут на себя обязанность по обеспечению безопасности Гренландии», следует рассматривать через призму трамповского языка — громких и максималистских вбросов. Для Трампа важно подать этот рабочий дипломатический результат как «великую победу» и «большой куш», особенно перед промежуточными выборами и на фоне неудачи иранской авантюры. Не стоит забывать, что вопросы обороны и безопасности Гренландии остаются прерогативой Копенгагена по конституционному праву.
4. Заявления США о том, что у Дании «нет денег на оборону» Гренландии, искажает действительность. Особенно в свете текущего датского военного присутствия на острове (здесь могла быть шутка про собачьи упряжки, но нет) и планируемого увеличения оборонных расходов (в том числе по новым соглашениям Дании с Гренландией и Фарерскими Островами). Скорее речь идет о том, что у Дании нет возможности усиливать там противоракетную оборону, что для США гораздо важнее в контексте Гренландии.
5. Помимо военной составляющей, в «соглашении» есть и экономическая. По словам Трампа, «противники США» не смогут инвестировать в остров без согласия Вашингтона. Очевидно, что речь идет о Китае, который США и так фактически «выдавили» с острова в конце 2010-х годов. Примечательно, что «согласие» Вашингтона на размещение военных и инвестиции потребуется только для «противников» — на миссии НАТО «Арктический часовой» это никак не скажется.
Подписание официального соглашения запланировано на полях Генассамблеи ООН.
💬 Поддержать канал «бустом»