Полмѣсяца назад (16 июня) сайт TechSpot порадовал разсказомъ о том, что парламентарии в Евросоюзе проголосовали за такой законопроект, который принудит производителей смартфонов обеспечить возможность замѣны батарей покупателем самостоятельно.
Если теперь законопроект этот сдѣлается законом, то должна быть исключена та отвратительная ситуация, когда встроенный аккумулятор, вздувшись, тотчас приводит систему в негодность (скажем, разламывает дисплей напополам), поскольку он был жёстко соединён со всѣми остальными компонентами — и тѣмъ принуждает покупать новое устройство.
Если теперь законопроект этот сдѣлается законом, то им должна быть исключена и та отвратительная ситуация, когда встроенный аккумулятор может замѣнять только профессиональный ремонтник, которому для того надо отдать устройство надолго и надѣяться (быть может, совершенно беспочвенно) на то одно, что тот устоит перед соблазном в непроницаемой тайне скопировать из смартфона цѣнные пароли и иные секреты огранизаций и частных лиц (припомните, по меньшей мѣрѣ, пять сортов тайн, о которых я прежде упоминал в связи с акропалипсисом) — так что хорошее знание человѣческой природы опять же принуждает покупать новое устройство.
(Естественно, со временем явились и организаціи, готовыя совершать замѣну батареи в присутствии заказчика, однако я таких никогда не видал — должно быть, они существуют только в городах существенно болѣе крупных, чѣмъ Геленджик. Зато в Геленджике я видал ремонтников другого сорта, которые по телефону с превеликою готовностью пообѣщаютъ замѣнить батарею в присутствии владельца устройства, но едва пріѣдешь к ним — предлагают оставить им устройство до завтра или даже до послѣзавтра. Должно быть, их подход даже срабатывает по отношению к пользователям, всегда готовым сказать себе в подобной ситуации: «Ну и чего, зря пріѣзжалъ что ли? — надо, надо оставить им устройство» — и не способным сознавать, что равным по зряшности зато окажется завтрашній-послѣзавтрашній пріѣздъ, этак навязанный. Это аналог Стэнфордскаго зефирнаго эксперимента.)
Если теперь законопроект этот сдѣлается законом, то должна быть исключена та отвратительная ситуация, когда встроенный аккумулятор, вздувшись, тотчас приводит систему в негодность (скажем, разламывает дисплей напополам), поскольку он был жёстко соединён со всѣми остальными компонентами — и тѣмъ принуждает покупать новое устройство.
Если теперь законопроект этот сдѣлается законом, то им должна быть исключена и та отвратительная ситуация, когда встроенный аккумулятор может замѣнять только профессиональный ремонтник, которому для того надо отдать устройство надолго и надѣяться (быть может, совершенно беспочвенно) на то одно, что тот устоит перед соблазном в непроницаемой тайне скопировать из смартфона цѣнные пароли и иные секреты огранизаций и частных лиц (припомните, по меньшей мѣрѣ, пять сортов тайн, о которых я прежде упоминал в связи с акропалипсисом) — так что хорошее знание человѣческой природы опять же принуждает покупать новое устройство.
(Естественно, со временем явились и организаціи, готовыя совершать замѣну батареи в присутствии заказчика, однако я таких никогда не видал — должно быть, они существуют только в городах существенно болѣе крупных, чѣмъ Геленджик. Зато в Геленджике я видал ремонтников другого сорта, которые по телефону с превеликою готовностью пообѣщаютъ замѣнить батарею в присутствии владельца устройства, но едва пріѣдешь к ним — предлагают оставить им устройство до завтра или даже до послѣзавтра. Должно быть, их подход даже срабатывает по отношению к пользователям, всегда готовым сказать себе в подобной ситуации: «Ну и чего, зря пріѣзжалъ что ли? — надо, надо оставить им устройство» — и не способным сознавать, что равным по зряшности зато окажется завтрашній-послѣзавтрашній пріѣздъ, этак навязанный. Это аналог Стэнфордскаго зефирнаго эксперимента.)