Возьмите левую перчатку и попробуйте надеть её на правую руку. Не выйдет, хотя перчатки одинаковые. С молекулами то же самое: многие бывают в двух зеркальных версиях, «левой» и «правой». Сегодня Нобелевскую премию по химии дали за то, как из смеси двух версий сама собой получается одна. Её получили француз Анри Каган и японец Кэнсо Соаи.
⚗️ Не советуем даже читать формулировку Нобелевского комитета, мы ничего не поняли. Но у нас есть великолепные ученые, по совместительству ведущие Sciencely. В химической нобелевке нам помогла разобраться Катя Белицкая, выпускница РХТУ, магистрантка НИЯУ МИФИ и аспирантка МФТИ. И ведущая кружков по химии.
Зеркальные двойники собраны из одних и тех же атомов, но ведут себя по-разному. Одна версия молекулы карвона пахнет мятой, другая – тмином. С лекарствами так же: часто лечит только одна «рука» молекулы, а вторая в лучшем случае бесполезна.
Жизнь здесь удивительно разборчива. Белки во всех живых организмах собраны только из «левых» аминокислот, а в ДНК стоят только «правые» сахара. При этом в обычной колбе обе версии получаются поровну. Почему так? Этот вопрос химики задают с 1848 года, когда Луи Пастер пинцетом разложил на две кучки левые и правые кристаллы.
Лауреаты нашли важную часть ответа. В 1986 году Каган показал, что катализатор, где одной версии лишь немного больше, может дать продукт с перевесом гораздо сильнее, чем ожидалось. В 1995-м Соаи нашёл реакцию, в которой молекула сама помогает делать свои копии и передаёт им свою «руку». Если начать с крошечного перевеса левых и повторить реакцию несколько раз, почти все молекулы станут левыми. Небольшое преимущество превращается в монополию. Возможно, примерно так когда-то выбрала свою сторону и жизнь.
Что это даёт нам? У фармацевтов появились инструменты, чтобы получать нужную версию лекарства и не тратить сырьё на бесполезную. А у тех, кто изучает происхождение жизни, появился правдоподобный механизм: как без всякого замысла могла возникнуть такая разборчивость.
🧪 Если вам, как и нам, нравится, что химия объясняет даже то, почему мята пахнет мятой, приходите 24 и 25 октября на программу «Химия еды» (на Красном Октябре возле м. «Кропоткинская»). Ребята повторят реакцию Майяра, которая даёт корочку на котлете, получат сыр из молока, заглянут внутрь майонеза и законсервируют ананас.
Предупреждаем честно: это химический мастер-класс, а не кулинарный, и съесть результаты опытов нельзя. Программы есть для детей 5–6, 7–10 и 11–13 лет, а для родителей проходит лекция-викторина.
⚗️ Не советуем даже читать формулировку Нобелевского комитета, мы ничего не поняли. Но у нас есть великолепные ученые, по совместительству ведущие Sciencely. В химической нобелевке нам помогла разобраться Катя Белицкая, выпускница РХТУ, магистрантка НИЯУ МИФИ и аспирантка МФТИ. И ведущая кружков по химии.
Зеркальные двойники собраны из одних и тех же атомов, но ведут себя по-разному. Одна версия молекулы карвона пахнет мятой, другая – тмином. С лекарствами так же: часто лечит только одна «рука» молекулы, а вторая в лучшем случае бесполезна.
Жизнь здесь удивительно разборчива. Белки во всех живых организмах собраны только из «левых» аминокислот, а в ДНК стоят только «правые» сахара. При этом в обычной колбе обе версии получаются поровну. Почему так? Этот вопрос химики задают с 1848 года, когда Луи Пастер пинцетом разложил на две кучки левые и правые кристаллы.
Лауреаты нашли важную часть ответа. В 1986 году Каган показал, что катализатор, где одной версии лишь немного больше, может дать продукт с перевесом гораздо сильнее, чем ожидалось. В 1995-м Соаи нашёл реакцию, в которой молекула сама помогает делать свои копии и передаёт им свою «руку». Если начать с крошечного перевеса левых и повторить реакцию несколько раз, почти все молекулы станут левыми. Небольшое преимущество превращается в монополию. Возможно, примерно так когда-то выбрала свою сторону и жизнь.
Что это даёт нам? У фармацевтов появились инструменты, чтобы получать нужную версию лекарства и не тратить сырьё на бесполезную. А у тех, кто изучает происхождение жизни, появился правдоподобный механизм: как без всякого замысла могла возникнуть такая разборчивость.
🧪 Если вам, как и нам, нравится, что химия объясняет даже то, почему мята пахнет мятой, приходите 24 и 25 октября на программу «Химия еды» (на Красном Октябре возле м. «Кропоткинская»). Ребята повторят реакцию Майяра, которая даёт корочку на котлете, получат сыр из молока, заглянут внутрь майонеза и законсервируют ананас.
Предупреждаем честно: это химический мастер-класс, а не кулинарный, и съесть результаты опытов нельзя. Программы есть для детей 5–6, 7–10 и 11–13 лет, а для родителей проходит лекция-викторина.