В рамках, слава богам, завершающейся парижской недели моды, прочитала скандальный мемуар Вирджини Виар, которую 5 июня 2024 выперли с поста арт-директора Chanel, когда она выходила из лифта на рю Камбон.
Ну или почти. У лифта один из Вертхаймеров ей сказал «ой, сейчас будет нелегко». А за столом, накрытым на диетический ланч, добавил: «на этом мы закончим (с вами)». Хотя ничто не предвещало: продажи были высокие, пресса - хорошая, в Марселе только на показе дождик спутал чутка драматургию.
Виар проработала в Chanel
37 лет (32 - правой рукой Карла, пять - самостоятельно, причем на эти годы выпали и «желтые жилеты» и ковид, то есть так себе времечко для люкса, особенно для жакетов по цене автомобиля).
Судя по стилю повествования, вернее перечня обид, Виар похожа на хорошего человека, да и просто на человека (если сравнивать с менеджерами Condé Nast). Церемонию прощания ей не разрешили, на следующий день после увольнения прислали вещи, на шоу haute couture, которое она готовила всю весну, не позвали, а из авторов выписали.
Хочется надеяться, что заплатили зато по понятиям. А так, сколько бы Виар не пыталась представить мир моды поэтичным, сколько бы не восторгалась покойным Лагерфельдом и его тевтонскими манерами, преходящий пейзаж нарисован, кажется, не чаем, а говном.
Удивляться нечему - мода высокая, нравы низменные, а возвышающий обман выглядит, как отрез твида на груди Валентины Матвиенко. С другой стороны от фальшивых рефлексий о большой политике Виар нас избавила, для этого есть опять же менеджеры Condé Nast, а для всего остального Mastercard и пусть он заметно пополнится за счет продаж мемуара)
НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН ИЛИ РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ЗИНАИДОЙ СЕРГЕЕВНОЙ ПРОНЧЕНКО ИЛИ КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ЗИНАИДЫ СЕРГЕЕВНЫ ПРОНЧЕНКО
Ну или почти. У лифта один из Вертхаймеров ей сказал «ой, сейчас будет нелегко». А за столом, накрытым на диетический ланч, добавил: «на этом мы закончим (с вами)». Хотя ничто не предвещало: продажи были высокие, пресса - хорошая, в Марселе только на показе дождик спутал чутка драматургию.
Виар проработала в Chanel
37 лет (32 - правой рукой Карла, пять - самостоятельно, причем на эти годы выпали и «желтые жилеты» и ковид, то есть так себе времечко для люкса, особенно для жакетов по цене автомобиля).
Судя по стилю повествования, вернее перечня обид, Виар похожа на хорошего человека, да и просто на человека (если сравнивать с менеджерами Condé Nast). Церемонию прощания ей не разрешили, на следующий день после увольнения прислали вещи, на шоу haute couture, которое она готовила всю весну, не позвали, а из авторов выписали.
Хочется надеяться, что заплатили зато по понятиям. А так, сколько бы Виар не пыталась представить мир моды поэтичным, сколько бы не восторгалась покойным Лагерфельдом и его тевтонскими манерами, преходящий пейзаж нарисован, кажется, не чаем, а говном.
Удивляться нечему - мода высокая, нравы низменные, а возвышающий обман выглядит, как отрез твида на груди Валентины Матвиенко. С другой стороны от фальшивых рефлексий о большой политике Виар нас избавила, для этого есть опять же менеджеры Condé Nast, а для всего остального Mastercard и пусть он заметно пополнится за счет продаж мемуара)
НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН ИЛИ РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ЗИНАИДОЙ СЕРГЕЕВНОЙ ПРОНЧЕНКО ИЛИ КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ЗИНАИДЫ СЕРГЕЕВНЫ ПРОНЧЕНКО