#Пятничное@aiobor
Было это в ту пору, когда искусственный разум только в военное дело пошёл. Шуму вокруг него было много. Один говорил — теперь машина сама противника найдёт. Другой — сама решение примет. Третий уверял, что человеку останется только победу в презентацию вставить.
Особенно один такой разум славился.
Звали его Геракл.
Система была серьёзная. Цели распознавала, связи находила, приоритеты назначала.
И вот обнаружили в Лернейских болотах вражескую сеть.
Узлы между собой связывались, данные передавали, функции перераспределяли.
Один выбьют — соседние его работу подхватывают.
За такую живучесть прозвали сеть Гидрой.
Начальство говорит:
— Геракла запускайте.
Запустили.
Геракл изучил сеть и докладывает:
— Обнаружен ключевой узел.
Уничтожили.
Глядь — вместо него два новых.
Геракл подумал:
— Зафиксирована адаптация противника. Требуется поражение двух узлов.
Поражают два.
Появляются четыре.
Геракл даже будто повеселел:
— Наблюдается рост числа доступных целей.
И график показывает. Красивый.
В прошлом периоде уничтожили один узел. В нынешнем — два. Эффективность удвоилась.
Начальство довольно.
— Вот, — говорит, — цифровая трансформация.
Через некоторое время у противника узлов стало ещё больше.
Геракл уничтожил четыре. Появилось восемь.
Аналитики сделали презентацию: «Устойчивый рост количества поражённых объектов. Потенциал дальнейшего масштабирования».
Геракл находил узлы всё быстрее.
Начальство вручало грамоты.
Разработчики выпускали обновления.
Появился «Геракл-М». Он находил узлы быстрее.
Сеть восстанавливалась быстрее.
Выпустили «Геракл-М2». Он мог одновременно сопровождать множество целей.
Сеть ответила множеством новых целей.
Тогда в отчёте написали: «Противник вынужден постоянно наращивать инфраструктуру под воздействием наших успешных действий».
Фраза всем понравилась.
Наконец пришёл Иолай.
Был он человек инженерного происхождения. В презентациях слаб, зато любил выяснять, почему после успешной работы система противника становится больше.
Посмотрел на карту.
— Чего делаете?
— Уничтожаем сеть.
— Давно?
— Восьмой год.
— Успешно?
Геракл показал показатели. Иолай посмотрел.
— А сеть где?
— Перед вами.
— Большая.
— Противник масштабирует инфраструктуру в ответ на наши действия.
Стал Иолай разбираться.
Оказалось, отдельные узлы для сети почти расходный материал. Маршруты перестраиваются. Функции уходят в резерв. Новые элементы быстро подключаются.
Чем усерднее Геракл бил по отдельным узлам, тем больше работы получал.
Иолай говорит:
— Ты узлы считаешь. А надо способность сети восстанавливаться ломать.
Геракл запросил уточнение.
— Узел — цель. Сеть — система. Пока она сохраняет управление, связи и резерв, твои рекорды ей жить не мешают.
Геракл подумал.
— Предлагаемое изменение не соответствует действующей методике оценки эффективности.
— Методика хорошая?
— Показатели растут.
— А противник?
— Тоже.
— Уверен, что хорошая?
И стали работать иначе.
Геракл начал искать резервные маршруты, точки управления, каналы взаимодействия, механизмы восстановления.
Убрали один такой элемент — сеть стала восстанавливаться медленнее.
Второй — часть узлов потеряла связь.
Третий — новые уже не успевали заменять старые.
И впервые сеть начала сокращаться.
Через некоторое время Лернейские болота стихли.
Приехало начальство. Посмотрело на отчёт.
— Почему количество поражённых целей снизилось?
— Целей стало меньше, — отвечает Иолай.
— Это ухудшает показатели.
— Сеть перестала работать.
Начальство нахмурилось.
Когда сеть росла, показатели были прекрасные.
Когда сеть исчезла, поражать стало нечего.
Геракл предложил новый KPI:
«Количество вражеских сетей, прекративших функционирование».
По нему вышла победа.
С тех пор умные люди перед тем, как искусственный интеллект на цели натравить, сперва спрашивают:
что должно перестать работать у противника?
Потому что уничтожать узлы можно долго.
Особенно если за каждый уничтоженный узел положена премия.
А вот сделать так, чтобы вся сеть перестала быть сетью, — это уже подвиг.
@aiobor Подписываемся :)
Было это в ту пору, когда искусственный разум только в военное дело пошёл. Шуму вокруг него было много. Один говорил — теперь машина сама противника найдёт. Другой — сама решение примет. Третий уверял, что человеку останется только победу в презентацию вставить.
Особенно один такой разум славился.
Звали его Геракл.
Система была серьёзная. Цели распознавала, связи находила, приоритеты назначала.
И вот обнаружили в Лернейских болотах вражескую сеть.
Узлы между собой связывались, данные передавали, функции перераспределяли.
Один выбьют — соседние его работу подхватывают.
За такую живучесть прозвали сеть Гидрой.
Начальство говорит:
— Геракла запускайте.
Запустили.
Геракл изучил сеть и докладывает:
— Обнаружен ключевой узел.
Уничтожили.
Глядь — вместо него два новых.
Геракл подумал:
— Зафиксирована адаптация противника. Требуется поражение двух узлов.
Поражают два.
Появляются четыре.
Геракл даже будто повеселел:
— Наблюдается рост числа доступных целей.
И график показывает. Красивый.
В прошлом периоде уничтожили один узел. В нынешнем — два. Эффективность удвоилась.
Начальство довольно.
— Вот, — говорит, — цифровая трансформация.
Через некоторое время у противника узлов стало ещё больше.
Геракл уничтожил четыре. Появилось восемь.
Аналитики сделали презентацию: «Устойчивый рост количества поражённых объектов. Потенциал дальнейшего масштабирования».
Геракл находил узлы всё быстрее.
Начальство вручало грамоты.
Разработчики выпускали обновления.
Появился «Геракл-М». Он находил узлы быстрее.
Сеть восстанавливалась быстрее.
Выпустили «Геракл-М2». Он мог одновременно сопровождать множество целей.
Сеть ответила множеством новых целей.
Тогда в отчёте написали: «Противник вынужден постоянно наращивать инфраструктуру под воздействием наших успешных действий».
Фраза всем понравилась.
Наконец пришёл Иолай.
Был он человек инженерного происхождения. В презентациях слаб, зато любил выяснять, почему после успешной работы система противника становится больше.
Посмотрел на карту.
— Чего делаете?
— Уничтожаем сеть.
— Давно?
— Восьмой год.
— Успешно?
Геракл показал показатели. Иолай посмотрел.
— А сеть где?
— Перед вами.
— Большая.
— Противник масштабирует инфраструктуру в ответ на наши действия.
Стал Иолай разбираться.
Оказалось, отдельные узлы для сети почти расходный материал. Маршруты перестраиваются. Функции уходят в резерв. Новые элементы быстро подключаются.
Чем усерднее Геракл бил по отдельным узлам, тем больше работы получал.
Иолай говорит:
— Ты узлы считаешь. А надо способность сети восстанавливаться ломать.
Геракл запросил уточнение.
— Узел — цель. Сеть — система. Пока она сохраняет управление, связи и резерв, твои рекорды ей жить не мешают.
Геракл подумал.
— Предлагаемое изменение не соответствует действующей методике оценки эффективности.
— Методика хорошая?
— Показатели растут.
— А противник?
— Тоже.
— Уверен, что хорошая?
И стали работать иначе.
Геракл начал искать резервные маршруты, точки управления, каналы взаимодействия, механизмы восстановления.
Убрали один такой элемент — сеть стала восстанавливаться медленнее.
Второй — часть узлов потеряла связь.
Третий — новые уже не успевали заменять старые.
И впервые сеть начала сокращаться.
Через некоторое время Лернейские болота стихли.
Приехало начальство. Посмотрело на отчёт.
— Почему количество поражённых целей снизилось?
— Целей стало меньше, — отвечает Иолай.
— Это ухудшает показатели.
— Сеть перестала работать.
Начальство нахмурилось.
Когда сеть росла, показатели были прекрасные.
Когда сеть исчезла, поражать стало нечего.
Геракл предложил новый KPI:
«Количество вражеских сетей, прекративших функционирование».
По нему вышла победа.
С тех пор умные люди перед тем, как искусственный интеллект на цели натравить, сперва спрашивают:
что должно перестать работать у противника?
Потому что уничтожать узлы можно долго.
Особенно если за каждый уничтоженный узел положена премия.
А вот сделать так, чтобы вся сеть перестала быть сетью, — это уже подвиг.
@aiobor Подписываемся :)