меня зовут Петя.
когда я учился в первом классе,

я оперировал одноклассницу
Катю.
делал надрез на её сердце.

не помню, она меня попросила
или я сам предложил её вылечить
ради какого-то своего интереса,

но мы собирались каждую перемену в туалете,
и я
грубо,
линейкой,
циркулем
или заточенным карандашом,

шов за швом,
надрез за надрезом,

пытался заставить
то, что внутри неё, биться.


мне это казалось странным,
что она может ходить на уроки
в подобном состоянии.

у неё внутри не тикает механизм.
из-за бесконечных операций вся рубашка в крови,

а все вокруг этого не замечают.

точнее, так:
когда я прихожу в спортсекцию,
там пацаны спрашивают,
почему я так сильно пахну железом
и чего я всё время с этой ненормальной.

в такие моменты я злюсь.
я их поправляю:
не с ненормальной, а с Катей,

и вообще это не ваше дело.

и всё твержу, что оперирую её сердце,

шов за швом,
надрез за надрезом,

и если мы не справимся,
если мы не вылечим Катю,
то я не знаю, как долго Катя протянет.

но эти слова уже не вызывают у пацанов интереса.


из-за стресса
я похудел,
у меня ухудшилась успеваемость.

родители перевели меня в другую школу.

сначала в колледже учился на медбрата,
затем на кардиохирурга - в мединституте.

не знаю, что с Катей.
не знаю, что с её сердцем.

не знаю, закончилась ли её жизнь ещё тогда, в детстве,

или она выросла, завела семью,
или кота,
стала поэтессой.

но когда я провожу операции,

шов за швом,
надрез за надрезом,

руки сами тянутся
не к коронарным ножницам,
руки сами тянуться
не к иглодержателю,
руки сами тянуться
не к пинцету,

а за циркулем,
карандашом

и линейкой.

падов.

вдохновился стихами Екатерины Николаевой