🎙 ИИ-агент — экзамен для экономики данных
Стране нужны не тысячи ИИ-пилотов, а новая производительность — без зависимости заказчиков от нескольких закрытых платформ. О роли бизнеса, разработчиков ПО и государства в переходе к агентному ИИ в авторской колонке для «Российской газеты» рассказывает Игорь Кириченко, член правления АРПП «Отечественный софт», президент Naumen, лектор МШУ Сколково.
За годы управления технологическим бизнесом я привык оценивать технологии не по убедительности демонстрации, а по результату: меняется ли процесс, растет ли эффективность и становится ли компания сильнее. Поэтому агентный ИИ для меня не просто очередной этап развития интерфейсов, а проверка зрелости бизнеса, отрасли и всей экономики, а кроме этого, переход к агентному ИИ совпал с серьезными вызовами: нужно повышать рентабельность предприятий и сохранять независимую ИТ-индустрию.
Правительство в июле 2026 года подготовило показатели эффективности внедрения ИИ для 19 отраслей, ключевые из них — рост прибыли, выручки и снижение затрат. Минцифры и Минпромторг разрабатывают правила интеграции ИИ-агентов с промышленным ПО, планируя представить перечень открытых протоколов Правительству до 1 декабря 2026 года. Но главный вопрос — не сколько агентов мы внедрим, а какую экономику построим вокруг них. ИИ-агент — экзамен, который сдают собственники бизнеса, внутренний ИТ, разработчики ПО и государство.
Для собственника бизнеса агентизация операций должна начинаться с выбора результата: какой участок передать цифровому исполнителю, сколько стоит ошибка и где нужен человек. Эффект возникнет только когда высвобожденное время сотрудников обязательно превращается в дополнительную выручку, более высокое качество или новые услуги.
Внутренний ИТ тогда поднимается до роли архитектора корпоративного контекста и цифровой рабочей силы. Его задача — создать безопасный конвейер: проверенные данные, модель полномочий, тестовую среду, контроль затрат и процедуру допуска агента в продуктив. ДИТ будущего — не департамент запретов, а регулятор цифровых исполнителей.
Агентная экономика меняет структуру спроса на кадры. Растет потребность в специалистах по данным, процессам, интеграции и безопасности. ИИ должен высвобождать людей для создания новой ценности.
ИТ-компании и вендоры ПО не исчезнут, но изменится их роль. Бизнес продолжит покупать сложные интеграции, накопленные данные, инфраструктуру, безопасность и гарантию результата. Клиенту нужен не «ИИ в системе», а быстрый и прозрачный бизнес-процесс. При этом автоматизация разработки не должна привести к деиндустриализации ИТ-отрасли. Если независимые вендоры исчезнут, рынок сконцентрируется вокруг закрытых экосистем, что приведет к потере компетенций и налоговой базы.
Поэтому для заказчика и государства пора научиться различать не только российское и иностранное, но и зрелое и незрелое, открытое и закрытое ПО. Реестр отечественного ПО уже содержит 32 тысячи продуктов, но пока не показывает их реальную ценность. Профессиональному ИТ-сообществу, заказчикам и экспертам предстоит сформировать доступную для всего рынка практическую рамку доверенных цифровых исполнителей, зафиксировав стандарты автономности, безопасности, аудита и оценки эффективности ИИ-агентов для различных отраслевых сценариев. Требования не должны становиться барьером входа, который способны преодолеть только крупнейшие экосистемы.
Это позволит измерять не просто факт внедрения ИИ, а структурную трансформацию экономики: рост производительности, снижение ошибок и появление новых рабочих мест.
🖥 АРПП «Отечественный софт» в МАХ | VK
Стране нужны не тысячи ИИ-пилотов, а новая производительность — без зависимости заказчиков от нескольких закрытых платформ. О роли бизнеса, разработчиков ПО и государства в переходе к агентному ИИ в авторской колонке для «Российской газеты» рассказывает Игорь Кириченко, член правления АРПП «Отечественный софт», президент Naumen, лектор МШУ Сколково.
За годы управления технологическим бизнесом я привык оценивать технологии не по убедительности демонстрации, а по результату: меняется ли процесс, растет ли эффективность и становится ли компания сильнее. Поэтому агентный ИИ для меня не просто очередной этап развития интерфейсов, а проверка зрелости бизнеса, отрасли и всей экономики, а кроме этого, переход к агентному ИИ совпал с серьезными вызовами: нужно повышать рентабельность предприятий и сохранять независимую ИТ-индустрию.
Правительство в июле 2026 года подготовило показатели эффективности внедрения ИИ для 19 отраслей, ключевые из них — рост прибыли, выручки и снижение затрат. Минцифры и Минпромторг разрабатывают правила интеграции ИИ-агентов с промышленным ПО, планируя представить перечень открытых протоколов Правительству до 1 декабря 2026 года. Но главный вопрос — не сколько агентов мы внедрим, а какую экономику построим вокруг них. ИИ-агент — экзамен, который сдают собственники бизнеса, внутренний ИТ, разработчики ПО и государство.
Для собственника бизнеса агентизация операций должна начинаться с выбора результата: какой участок передать цифровому исполнителю, сколько стоит ошибка и где нужен человек. Эффект возникнет только когда высвобожденное время сотрудников обязательно превращается в дополнительную выручку, более высокое качество или новые услуги.
Внутренний ИТ тогда поднимается до роли архитектора корпоративного контекста и цифровой рабочей силы. Его задача — создать безопасный конвейер: проверенные данные, модель полномочий, тестовую среду, контроль затрат и процедуру допуска агента в продуктив. ДИТ будущего — не департамент запретов, а регулятор цифровых исполнителей.
Агентная экономика меняет структуру спроса на кадры. Растет потребность в специалистах по данным, процессам, интеграции и безопасности. ИИ должен высвобождать людей для создания новой ценности.
ИТ-компании и вендоры ПО не исчезнут, но изменится их роль. Бизнес продолжит покупать сложные интеграции, накопленные данные, инфраструктуру, безопасность и гарантию результата. Клиенту нужен не «ИИ в системе», а быстрый и прозрачный бизнес-процесс. При этом автоматизация разработки не должна привести к деиндустриализации ИТ-отрасли. Если независимые вендоры исчезнут, рынок сконцентрируется вокруг закрытых экосистем, что приведет к потере компетенций и налоговой базы.
Поэтому для заказчика и государства пора научиться различать не только российское и иностранное, но и зрелое и незрелое, открытое и закрытое ПО. Реестр отечественного ПО уже содержит 32 тысячи продуктов, но пока не показывает их реальную ценность. Профессиональному ИТ-сообществу, заказчикам и экспертам предстоит сформировать доступную для всего рынка практическую рамку доверенных цифровых исполнителей, зафиксировав стандарты автономности, безопасности, аудита и оценки эффективности ИИ-агентов для различных отраслевых сценариев. Требования не должны становиться барьером входа, который способны преодолеть только крупнейшие экосистемы.
Это позволит измерять не просто факт внедрения ИИ, а структурную трансформацию экономики: рост производительности, снижение ошибок и появление новых рабочих мест.
🖥 АРПП «Отечественный софт» в МАХ | VK