Перед нами гравюра 1618 г. немецкого художника Маттеуса Гройтера.
Мы видим аптекарскую лавку: зелья на заднем фоне помечены этикетками с названиями различных добродетелей: «смирение», «интеллект», «послушание», «память».
В это время пациенту, сидящему на стуле с отверстием по центру, врач заливает экстракт «мудрости» при помощи воронки. Мудрость действует как слабительное. Больной опорожняет кишечник: из его утробы вылетают маленькие шуты, знаки былой глупости.
На переднем плане помощник врача помещает голову пациента в алхимическую печь, дабы испарить его глупые мысли. Фантазии больного показаны внутри огромного облака пара: это мысли об охоте, играх, дамах, увеселениях с шутами и обезьянами и фантастических монстрах. Подобно тому, как вещества во время дистилляции очищались от ненужных примесей, пациент забывает о своих пороках.
Несмотря на то, что изображение явно было сатирическим, живописная копия этой гравюры стала позже вывеской одной из французских аптек.
Красота в деталях, ей-ей.
Мы видим аптекарскую лавку: зелья на заднем фоне помечены этикетками с названиями различных добродетелей: «смирение», «интеллект», «послушание», «память».
В это время пациенту, сидящему на стуле с отверстием по центру, врач заливает экстракт «мудрости» при помощи воронки. Мудрость действует как слабительное. Больной опорожняет кишечник: из его утробы вылетают маленькие шуты, знаки былой глупости.
На переднем плане помощник врача помещает голову пациента в алхимическую печь, дабы испарить его глупые мысли. Фантазии больного показаны внутри огромного облака пара: это мысли об охоте, играх, дамах, увеселениях с шутами и обезьянами и фантастических монстрах. Подобно тому, как вещества во время дистилляции очищались от ненужных примесей, пациент забывает о своих пороках.
Несмотря на то, что изображение явно было сатирическим, живописная копия этой гравюры стала позже вывеской одной из французских аптек.
Красота в деталях, ей-ей.