📚 Мария Воробьи «Семь Семенов»
Семен Костин, еще будучи ребенком, пожелал больше не видеть зла. Но по иронии или волею судьбы на его жизнь выпали одни из самых жестоких и сложных периодов страны – революция, Гражданская и Великая Отечественная войны, репрессии. Можно ли в таких условиях не занять чью-то сторону, не ожесточиться и остаться верным своему обету?
Мы привыкли, что главные герои таких романов бросаются в пучину событий, преломляют их ход, рьяно отстаивают свои убеждения – словом, горят ярко, освещая своим светом всё вокруг, и ведут за собой. Но Мария Воробьи выбирает другой подход: Семен Гаврилович остается верным себе, благодетельным, его свет внутренний, теплый и тихий, и на все ужасы и жестокости он взирает как «человек божий» – остро переживает чужую боль, милосердствует, делится последним, смиряется. Пожалуй, единственное, за что он рьяно боролся – это жизнь своего ребенка.
В исторических же событиях он скорее наблюдатель – он не становится героем войны или ее ярым противником, не совершает подвигов: он не в гуще событий, он на обочине происходящего, и движение «по кромке» – его истинный путь. Но при этом с той самой обочины ему видно и понятно намного больше, чем тем, кто «внутри истории».
Поэтому и исторические события в этом романе – декорации, второй план для по-настоящему важной истории – жизни маленького человека, который выбрал свой особенный путь, который, возможно, оказался даже сложнее морально и душевно, чем путь привычного героя. И эта негромкая история Семена Костина вызывает невероятно тонкие чувства – такие же тихие и светлые, как он сам, чувства, как будто такие редкие в современной литературе.
Но, безусловно, не только Семен интересен в этом романе, хотя и хочется много писать именно о нем. Меня восхитила его мать, которая умела подстраиваться под обстоятельства – тихая при муже, после его смерти она взяла в свои руки руководство его кирпичным заводом, в период повсеместных тягот взяла на воспитание девочку и именно с ней наконец-то раскрыла все свои умения и женские радости. Стоят внимания и друзья Семена – каждый из них в переломные исторические моменты выбирал свой путь, и судьба их сложилась по-разному: смерть, война, эмиграция – но ни одна не оказалась счастливой.
Мария Воробьи всегда отличалась своим умением создавать романы в стилистике эпохи, о которой она пишет. И «Семь Семенов» – не исключение. Он одновременно напомнил произведения Ивана Шмелева, Афанасия Никитина, Дмитрия Балашова и жития святых. А в главном герое мне показались черты Акакия Акакиевича из «Шинели» Гоголя. Получается, роман прекрасно мог бы встроиться в ряд классических произведений русской литературы.
Но почему же «Семь Семенов», если Семен в романе всего один? Этот вопрос интересовал меня весь период чтения. И ближе к финалу это становится понятным – семь не только знаковое число, но и количество значимых граней или этапов жизни Семена Костина: сын, типограф, художник, учитель, муж, отец и старик. Но Мария Воробьи дает и еще одно значение, помещая среди основного сюжета «Три моря», которые читает Семен и в котором рассказывается о семи Симеонах.
Так можно ли стать свидетелем переломных и ужасающих моментов своей страны и не ожесточиться, сохранить себя и верность своему пути, остаться «чистым» перед собой, людьми, богом – и пройти по той самой «обочине истории»? Пожалуй, именно этот вопрос подсознательным рефреном звучит в течение всего романа. И именно Семен Гаврилович Костин может на него ответить.
✍Читали роман? Как вам? Как относитесь к произведениям о «тихих судьбах», в которых герой – маленький человек, а не бунтарь, избранный или воин? Встречали ли вы современные романы с такими героями?
#отзыв@booktone #МарияВоробьи #СемьСеменов #книгополия
Семен Костин, еще будучи ребенком, пожелал больше не видеть зла. Но по иронии или волею судьбы на его жизнь выпали одни из самых жестоких и сложных периодов страны – революция, Гражданская и Великая Отечественная войны, репрессии. Можно ли в таких условиях не занять чью-то сторону, не ожесточиться и остаться верным своему обету?
Мы привыкли, что главные герои таких романов бросаются в пучину событий, преломляют их ход, рьяно отстаивают свои убеждения – словом, горят ярко, освещая своим светом всё вокруг, и ведут за собой. Но Мария Воробьи выбирает другой подход: Семен Гаврилович остается верным себе, благодетельным, его свет внутренний, теплый и тихий, и на все ужасы и жестокости он взирает как «человек божий» – остро переживает чужую боль, милосердствует, делится последним, смиряется. Пожалуй, единственное, за что он рьяно боролся – это жизнь своего ребенка.
Я не урод и не злодей, я не красавец и не богач, я не самый добрый и не самый храбрый человек, такие тоже бывают счастливыми.
В исторических же событиях он скорее наблюдатель – он не становится героем войны или ее ярым противником, не совершает подвигов: он не в гуще событий, он на обочине происходящего, и движение «по кромке» – его истинный путь. Но при этом с той самой обочины ему видно и понятно намного больше, чем тем, кто «внутри истории».
Были люди, которые шли напрямик. Были люди, которые шли насквозь. Были люди, что пробивали головой стены. А он был вот такой, что шел по обочине.
Поэтому и исторические события в этом романе – декорации, второй план для по-настоящему важной истории – жизни маленького человека, который выбрал свой особенный путь, который, возможно, оказался даже сложнее морально и душевно, чем путь привычного героя. И эта негромкая история Семена Костина вызывает невероятно тонкие чувства – такие же тихие и светлые, как он сам, чувства, как будто такие редкие в современной литературе.
Но, безусловно, не только Семен интересен в этом романе, хотя и хочется много писать именно о нем. Меня восхитила его мать, которая умела подстраиваться под обстоятельства – тихая при муже, после его смерти она взяла в свои руки руководство его кирпичным заводом, в период повсеместных тягот взяла на воспитание девочку и именно с ней наконец-то раскрыла все свои умения и женские радости. Стоят внимания и друзья Семена – каждый из них в переломные исторические моменты выбирал свой путь, и судьба их сложилась по-разному: смерть, война, эмиграция – но ни одна не оказалась счастливой.
Мария Воробьи всегда отличалась своим умением создавать романы в стилистике эпохи, о которой она пишет. И «Семь Семенов» – не исключение. Он одновременно напомнил произведения Ивана Шмелева, Афанасия Никитина, Дмитрия Балашова и жития святых. А в главном герое мне показались черты Акакия Акакиевича из «Шинели» Гоголя. Получается, роман прекрасно мог бы встроиться в ряд классических произведений русской литературы.
Но почему же «Семь Семенов», если Семен в романе всего один? Этот вопрос интересовал меня весь период чтения. И ближе к финалу это становится понятным – семь не только знаковое число, но и количество значимых граней или этапов жизни Семена Костина: сын, типограф, художник, учитель, муж, отец и старик. Но Мария Воробьи дает и еще одно значение, помещая среди основного сюжета «Три моря», которые читает Семен и в котором рассказывается о семи Симеонах.
Так можно ли стать свидетелем переломных и ужасающих моментов своей страны и не ожесточиться, сохранить себя и верность своему пути, остаться «чистым» перед собой, людьми, богом – и пройти по той самой «обочине истории»? Пожалуй, именно этот вопрос подсознательным рефреном звучит в течение всего романа. И именно Семен Гаврилович Костин может на него ответить.
✍Читали роман? Как вам? Как относитесь к произведениям о «тихих судьбах», в которых герой – маленький человек, а не бунтарь, избранный или воин? Встречали ли вы современные романы с такими героями?
#отзыв@booktone #МарияВоробьи #СемьСеменов #книгополия