У Дерека Парфита есть такой мысленный эксперимент. Телепорт сканирует тебя на Земле, уничтожает и собирает точную копию на Марсе. Но в момент твоего сканирования он сломался, тебя не уничтожило, и твоя копия гуляет по Марсу и выходит с тобой на связь Зато сканер повредил сердце, и жить осталось пару дней. Вопрос: это ты сейчас умираешь на Земле или ты уже спокойно живёшь на Марсе?
По форме это корабль Тесея, только мясной по наполнению. Корабль чинят доска за доской, через какое-то время ни одной старой не осталось, и непонятно, тот же это корабль или уже другой. У парадокса есть изящное решение. Корабль - рукотворная вещь, и вопрос о его тождестве определяется человеческой интенцией. Пока афиняне продолжают чинить именно корабль Тесея, воспринимают замену досок как его ремонт, а не строительство нового корабля, это и будет тот же корабль. Здесь нет какого-то дополнительного физического факта, который скрыт в досках.
Что если решать парадокс телепорта тем же способом? Общество может договориться, что человек на Марсе - это ты. Он получит твой паспорт, долги, семью, имущество. Для всех остальных вокруг этого уже достаточно.
Но не для тебя на Земле. Кораблю Тесея безразлично, считают его тем же кораблём или новым. Тебе - нет. Ты хочешь знать не кем тебя будут считать, а что произойдёт с тобой. Проснёшься ли ты на Марсе или через два дня умрёшь на Земле. И кажется, что у этого вопроса должен быть ответ независимо от любых договорённостей.
У самого Парфита есть аргумент. Допустим, личная идентичность держится на непрерывности психики. Ты - это тот будущий человек, который помнит твою жизнь, сохраняет твой характер, намерения и продолжает твои дела.
Пока это продолжение одно, всё выглядит тип топ. Именно это происходит в исправном телепорте, но в сломанном телепорте продолжений уже два. У обоих твоя память, твой характер и твои планы. Назвать обоих тобой трудно, поэтому приходится вводить дополнительное условие. Будущий человек считается тобой только в том случае, если такого продолжения не возникло больше нигде.
И здесь начинается проблема. Получается, что ответ на вопрос "выжил ты или нет" зависит не только от того, что произошло с тобой, но и от существования второго человека где-то на Марсе. Если копия есть - это один ответ. Если по дороге она случайно погибла - другой. Хотя с человеком на Земле в обоих случаях произошло ровно одно и то же.
Значит, сама постановка вопроса, скорее всего, требует от мира дополнительного аргумента. Мы как будто предполагаем, что поверх тела, памяти, характера и непрерывности опыта существует ещё что-то, что делает одного человека "настоящим тобой". Какая-то скрытая "метка" идентичности, которая должна быть у одной из версий тебя.
Но если такой метки нет, вопрос "кто из них настоящий?" теряет смысл. Остаются два человека, каждый из которых одинаково хорошо продолжает тебя психологически. Искать среди них единственного носителя "истинного я" тогда примерно так же бессмысленно, как искать под новыми досками настоящий корабль Тесея.
Сам Парфит приходит к выводу, что важно не то, остаёшься ли ты тем же человеком (personal identity), а можно ли провести строгую границу между "это всё ещё я" и "это уже другой человек". Насколько сохраняются психологические связи - память, характер, намерения, привязанности, проекты. В случае с телепортом они сохраняются сразу в двух людях.
Телепорт здесь просто удобный способ довести проблему до предела. В обычной жизни происходит то же самое, только гораздо медленнее и незаметнее. Человек через тридцать лет будет связан с сегодняшним тобой непрерывной биографией, но психологически может отличаться очень сильно. Часть воспоминаний исчезнет, характер изменится, нынешние убеждения покажутся ему наивными. В итоге связь между тобой сейчас и тобой через тридцать лет может быть слабее, чем между тобой и марсианской копией через минуту после сканирования.
По форме это корабль Тесея, только мясной по наполнению. Корабль чинят доска за доской, через какое-то время ни одной старой не осталось, и непонятно, тот же это корабль или уже другой. У парадокса есть изящное решение. Корабль - рукотворная вещь, и вопрос о его тождестве определяется человеческой интенцией. Пока афиняне продолжают чинить именно корабль Тесея, воспринимают замену досок как его ремонт, а не строительство нового корабля, это и будет тот же корабль. Здесь нет какого-то дополнительного физического факта, который скрыт в досках.
Что если решать парадокс телепорта тем же способом? Общество может договориться, что человек на Марсе - это ты. Он получит твой паспорт, долги, семью, имущество. Для всех остальных вокруг этого уже достаточно.
Но не для тебя на Земле. Кораблю Тесея безразлично, считают его тем же кораблём или новым. Тебе - нет. Ты хочешь знать не кем тебя будут считать, а что произойдёт с тобой. Проснёшься ли ты на Марсе или через два дня умрёшь на Земле. И кажется, что у этого вопроса должен быть ответ независимо от любых договорённостей.
У самого Парфита есть аргумент. Допустим, личная идентичность держится на непрерывности психики. Ты - это тот будущий человек, который помнит твою жизнь, сохраняет твой характер, намерения и продолжает твои дела.
Пока это продолжение одно, всё выглядит тип топ. Именно это происходит в исправном телепорте, но в сломанном телепорте продолжений уже два. У обоих твоя память, твой характер и твои планы. Назвать обоих тобой трудно, поэтому приходится вводить дополнительное условие. Будущий человек считается тобой только в том случае, если такого продолжения не возникло больше нигде.
И здесь начинается проблема. Получается, что ответ на вопрос "выжил ты или нет" зависит не только от того, что произошло с тобой, но и от существования второго человека где-то на Марсе. Если копия есть - это один ответ. Если по дороге она случайно погибла - другой. Хотя с человеком на Земле в обоих случаях произошло ровно одно и то же.
Значит, сама постановка вопроса, скорее всего, требует от мира дополнительного аргумента. Мы как будто предполагаем, что поверх тела, памяти, характера и непрерывности опыта существует ещё что-то, что делает одного человека "настоящим тобой". Какая-то скрытая "метка" идентичности, которая должна быть у одной из версий тебя.
Но если такой метки нет, вопрос "кто из них настоящий?" теряет смысл. Остаются два человека, каждый из которых одинаково хорошо продолжает тебя психологически. Искать среди них единственного носителя "истинного я" тогда примерно так же бессмысленно, как искать под новыми досками настоящий корабль Тесея.
Сам Парфит приходит к выводу, что важно не то, остаёшься ли ты тем же человеком (personal identity), а можно ли провести строгую границу между "это всё ещё я" и "это уже другой человек". Насколько сохраняются психологические связи - память, характер, намерения, привязанности, проекты. В случае с телепортом они сохраняются сразу в двух людях.
Телепорт здесь просто удобный способ довести проблему до предела. В обычной жизни происходит то же самое, только гораздо медленнее и незаметнее. Человек через тридцать лет будет связан с сегодняшним тобой непрерывной биографией, но психологически может отличаться очень сильно. Часть воспоминаний исчезнет, характер изменится, нынешние убеждения покажутся ему наивными. В итоге связь между тобой сейчас и тобой через тридцать лет может быть слабее, чем между тобой и марсианской копией через минуту после сканирования.