Глава 13. ГРЯЗЬ ПОД НОГТЯМИ
На следующий день к обеду камни раскалились. Парило.
У подножия холма Лиза задрала голову. Наверху белела ступа Сваямбунатх.
Триста шестьдесят пять каменных ступеней. Папа сообщил об этом ещё внизу, будто хорошую новость.
«Памятник», — подумала Лиза.
Первые пятьдесят ступеней она считала, потом сбилась. Ботинки натирали, икры горели. Лиза упрямо поднималась, глядя только себе под ноги.
Вдоль лестницы, на каменных парапетах и статуях Будды, сидели макаки. Дрались, вычёсывали друг другу блох, орали. От них пахло зоопарком.
Одна, мелкая и наглая, устроилась прямо на перилах и смотрела на Лизу так, будто та должна ей денег.
Лиза прошла мимо, не отводя глаз.
Макака тоже не отвела.
Наконец они вышли на широкую площадку.
В центре возвышался огромный, идеально белый купол ступы, увенчанный золотой пирамидой.
И глаза.
С четырёх сторон пирамиды на долину смотрели нарисованные пронзительно-синие глаза Будды.
Лиза достала альбом и несколькими линиями наметила купол. Тень легла косо. Исправлять не стала.
Папа остановился у ограды с огромным ваджром и раскрыл блокнот.
— Видишь эти глаза, доча? Они...епе бы проще сказать...олицетворяют, ну,выражают природу самого будды...
— Пап, — Лиза прищурилась из-под капюшона. — Они как камеры в «Ашане». Такие же подозрительные.
Папа поперхнулся.
— Доча! Нельзя так. Это великая святыня.
Но Лиза уже отвернулась.
На парапете сидел крупный рыжеватый макак с жёлтыми глазами. Он смотрел на карман её кофты, где лежал банан, купленный внизу.
Лиза достала банан, надорвала кожуру и осторожно протянула.
Макак молниеносно выхватил угощение.
Лиза едва отдёрнула пальцы, почувствовав сухие жёсткие когти.
Обезьяна отпрыгнула, повернулась спиной и начала жрать, косясь через плечо.
— С ними нужно осторожнее, — раздался рядом мягкий мужской голос на русском. — Они чувствуют малейшую неуверенность и сразу наглеют.
Лиза резко обернулась.
Рядом стоял мужчина лет тридцати. Белые льняные штаны, белая рубашка с расстёгнутым воротом. Волосы собраны на макушке в аккуратный пучок.
От него пахло сандалом и парфюмом.
— Лев, — представился он,ш протягивая руку папе. — Я здесь пятый год. Помогаю с маршрутами, гидами, транспортом. Вы, кажется, впервые в Непале?
Папа пожал ему руку.
— Сергей. А это моя дочь Лиза.
— Очень приятно.
Лев кивнул на альбом.
— Художница?
— Иногда.
Он улыбнулся, будто ответ его устроил.
Лев посмотрел на макаку. Та уже расправилась с половиной банана и теперь держала остаток двумя руками.
— Наглая, — сказала Лиза.
— Обычная, — ответил Лев.
— А мы тут как раз про глаза Будды, — сказал папа. — Пытаюсь объяснить дочери значение символа.
— Она сравнила их с камерами в супермаркете, — заметил Лев.
Лиза посмотрела на него.
Значит, он стоял рядом уже какое-то время.
— А ведь похоже, — сказал Лев.
Папа рассмеялся и сразу разговорился.
Сначала рассказал, что он журналист. Потом — что они с Урала, что он ходил по Таганаю и другим уральским горам. Что в Катманду они прилетели только вчера, бросили вещи в «Зелёной Таре» и теперь осматриваются перед походом.
Лиза посмотрела на папу.
Лев слушал внимательно. Не перебивал и не оглядывался по сторонам, будто на площадке не было ни туристов, ни обезьян, ни звенящих колокольчиков.
— Куда именно идёте? — спросил он.
— Вокруг Аннапурны. Через Торонг-Ла.
Лев чуть приподнял брови.
— Вокруг всего массива? Серьёзный маршрут.
Он перевёл взгляд на Лизу.
— И ты пойдёшь?
— Пойду.
— Решила сама?
Лиза поправила рукав.
— А теперь уже поздно.
Папа усмехнулся:
— Она пока считает, что я её похитил.
— Я не считаю. Так и было.
— Лиз…
— Мы собирались на дачу к Даньке.
Лев кивнул и больше не стал расспрашивать.
Макака сидела на прежнем месте и тщательно вылизывала пальцы.
— Если пойдёте к Аннапурне, внимательно выбирайте проводника, — сказал Лев. — Там от него многое зависит. Особенно с ребёнком.
Лиза отвернулась к ступе.
Ребёнок стоял рядом и всё слышал.
— У нас уже есть местный гид, — сказал папа. — Нимал. Его рекомендовали через агентство.
— Тогда хорошо. Но запасной вар
