покурить

Дикое чувство, как зверь из берлоги,
Жрёт мою радость, любовь и печаль.
Сводит с ума, подсекает мне ноги,
Тащит в бездонную злую вуаль.

Мне ненавистны глаза мои, руки,
Грудь и дыханье, и собственный след.
Я ненавижу тебя — и от скуки
Гасит во мне даже память свой свет.

Пустота поглощает,
Словно падаль в ночи,
Исковерканный ужасом, сжатый в печи.
Я — мертвое небо, я — выжженный луг,
Я — тот, кто когда-то сиял для других.

Но тот человек, что дарил им любовь,
Себя ненавидел, сжигая всю кровь.
Он жил как маяк среди каменных льдин,
Но был для себя — самый злобный из мин.

И если ты спросишь, что стало с душой —
Она захлебнулась в ненависти прожитой.
Внутри не осталось ни ада, ни рая,
Лишь дикое чувство, что жрет, не стихая.

Мне всё равно на вихри этих ссор,
На смех чужих и на чужую горесть.
Я словно захлопнул за собой затвор,
Где даже эхо, замирая, спорит.

Я вижу вас сквозь матовый экран
Немые тени, жесты без причины.
Спасательный не нужен мне таран,
Мне не нужны ни гимны, ни кручины.

Вы просите участия и слов,
Но диалог давно пошел по кругу.
Среди улыбок, сплетен и оков
Я потерял к вам всяческую игру.

И пусть зовут «бездушным» за спиной,
Пусть верят в то, что холод — лишь защита.
Но правда в том, что с этой пустотой
Мне удивительно, до жути, слитно.

Ни злобы нет, ни жалости. Покой.
Такое вот безветрие в ладони.
Я равнодушен к вашей суете.
И к вам. И, кажется, к себе… я тоже.

Не слепота, а просто новый свет,
Который заливает все предметы.
Вот на столе остывший твой обед,
А кажется, что это сонм кометы.

Влюбленность — это тихое «хочу
Делить с тобой закаты и рассветы».
Стучаться сердцем к твоему плечу,
И находить на всё свои ответы.

Спокойное тепло, а не пожар,
Уверенность, что ты — неповторима.
Влюбленность — это самый ценный дар
Быть чуточку счастливей и ранимей.