Мироненко. Культурно и по делу

Почему музей науки сегодня становится институтом будущего

Возвращаюсь из Бангкока после форума директоров INTEDIF и международной встречи научных музеев и технологических центров ASPAC 2026.

Для меня было большим удовольствием оказаться в большой семье научных коммуникаторов, где на одной площадке собрались руководители музеев и научных центров из Австралии, Великобритании, Франции, Финляндии, Мексики, США, Таиланда и многих других стран. География впечатлила! Но еще интереснее оказалось то, насколько похожи наши профессиональные вопросы.

Первые дни мы работали в директорском составе и обсуждали практически все, что сегодня определяет жизнь большого научного музея — аудиторию и выручку, бюджетирование, новые технологии и ИИ, партнерства, работу команд и то, какими должны стать наши музеи через 5-10 лет. Затем к директорам присоединились руководители образовательных, коммуникационных, партнерских и выставочных блоков музеев ASPAC, и разговор вышел на следующий уровень погружения.

Мне очень близка мысль Марии Жуан Фонсеки, президента ECSITE, о том, что современный музей не должен считать себя единственным обладателем правильного знания. Его задача гораздо сложнее — создавать пространство, где наука встречается с обществом, а человек получает инструменты, чтобы самостоятельно задавать вопросы, анализировать и делать выводы.

Созвучной оказалась и позиция Суваронга Вонгсири, исполняющего обязанности президента Национального музея науки Таиланда, который любезно принимал нас. Деньги, безусловно, остаются важным ресурсом, но сегодня рядом с ними появляется еще один капитал музея — внимание посетителей и партнеров. Можно построить дорогое здание и установить самое современное оборудование, но невозможно заставить человека вернуться, привести ребенка или захотеть провести в музее еще несколько часов.

Отсюда следует и один из самых сложных вопросов, который звучал на конференции. Мы привыкли измерять успех посещаемостью, хотя аудитория не может расти бесконечно. Меняется демография, сокращается время туристических поездок, усиливается конкуренция за внимание. Значит, все важнее становится качество отношений с каждым посетителем — что он понял, захочет ли вернуться, появилось ли у него доверие к науке и изменилось ли его представление о будущем.

Сильное впечатление на меня произвела и лекция доктора Пак Пен Уна, директора Корейского исследовательского института здоровья мозга. В мире информационной перегрузки музею уже недостаточно сообщать человеку новые факты. Он должен помогать ориентироваться в потоке информации, проверять ее, видеть связи и сохранять любопытство.

Особенно приятно было видеть реакцию коллег на опыт нашего российского музея «АТОМ», прежде всего на наши проекты на стыке науки и культуры. Для нас это принципиальное направление, потому что наука становится частью культуры тогда, когда меняет наше представление о мире, человеке и будущем. И для «АТОМА» принципиально важно быть частью этого международного профессионального сообщества.

Некоторые коллеги продолжат этот разговор уже в Москве на нашем форуме «Discover ATOM» в октябре, чему я особенно рада.

Каждый раз, когда мне кажется, что уже довольно хорошо понимаю свою профессию, международная среда открывает следующую огромную дверь. Продолжение точно следует;)

Коллеги, друзья! Как думаете, музей науки должен давать ответы или учить задавать вопросы?
🔥— давать ответы
❤️— учить думать самостоятельно
👍— делать и то, и другое

Что сегодня считать успехом научного музея?

Участвую в международном форуме руководителей центров и музеев науки INTEDIF (International Directors Forum) в Бангкоке. В этом году он проходит на площадке Национального музея науки Таиланда (NSM), который организует также и Азиатско-Тихоокеанскую конференцию руководителей музеев ASPAC 2026. Ее центральная тема — «Музеи как драйверы будущего: наука и вовлечение в эпоху неопределенности» — задает тон всем нашим дискуссиям.

Здесь собрались 40 топ-менеджеров научных и музейных центров из Таиланда, Малайзии, Австралии, США, Мексики, Монголии, Португалии, Сингапура, Индии, Великобритании, Канады, Филиппин, Пакистана, Уругвая и многих других стран. Я представляю коллегам опыт музея «АТОМ» и наши подходы. Горжусь, что наш музей стал членом ASPAC.

С коллегами говорим о росте аудитории, выручке, эффективности. Мне кажется особенно важным, что предметом разговора стали сами критерии, по которым сегодня оценивается работа научного музея. И здесь я заметила удивительную вещь, что при всей разнице стран, масштабов, моделей управления и культурных контекстов наши вопросы оказались во многом одинаковыми.

Можно поставить рекорд по посещаемости и собрать огромную аудиторию. Но означает ли это, что человек действительно понял больше о науке, заинтересовался сложной темой или захотел продолжить образование и развитие ?

С топ-менеджерами мы оказались солидарны: если мы называем себя музеями науки, то качество переданного знания должно оставаться одним из главных критериев нашей работы. Это то, что отличает нас от развлекательных центров и парков аттракционов.

При этом, конечно, научный музей должен быть востребованным  и уметь конкурировать за внимание посетителей в мире, где отвлечь человека все легче. Но главный результат измеряется все же тем, что человек уносит с собой после посещения: новые знания, интерес к сложным темам, желание разбираться в науке, технологиях и профессиях будущего. И здесь ключевое слово — «качество».

Особенно ценно видеть, что вопросы, которые мы обсуждаем внутри команды «АТОМА» в России, сегодня входят в международную профессиональную повестку.

По итогам форума обязательно поделюсь ключевыми выводами и теми идеями, которые, думаю, особенно важны для развития научных музеев сегодня.

Следите за обновлениями🔜

Мировая премьера под открытым небом

Не так давно я была в «Архангельском» на мировой премьере спектакля «Сияние» в постановке Павла Глушкова — и осталась в полном восторге. Одно из лучших впечатлений лета. Тогда пространство усадьбы буквально стало частью постановки, а дворец, вода, свет, музыка, хореография работали как единое целое.

После этого было много вопросов - как туда попасть - от друзей и знакомых. Друзья, рекомендую - после турнира по паделу на ВДНХ 29 августа планирую ехать в Архангельское.
Здесь состоится мировая премьера аудиовизуального проекта «Прокофьев 135: эпос и миф». И если в «Сиянии» главным языком были хореография, вода и архитектура, то теперь в центре - симфоническая музыка, большой оркестр и скульптуры, которые с помощью нейросетей станут частью визуального действия. А я с нетерпением жду выступления Николы Мельникова!

Мне кажется, у «Архангельского» складывается очень интересная линия и отлично получается соединять классическое наследие с современными художественными технологиями так, чтобы само пространство каждый раз раскрывалось по-новому.

Если август должен заканчиваться красиво, то, кажется, вот один из подходящих сценариев)
Подробности и билеты — на сайте музея-заповедника.

Три музея за один отпуск: что удивило, что разочаровало и куда хочется вернуться.

В отпуске я почти никогда не умею быть просто туристом. Если рядом есть хороший музей, научный центр или новое культурное пространство, рано или поздно я там оказываюсь и автоматически начинаю фиксировать рабочие детали.
На этот раз получилось три очень разных опыта (не считая Ренуара в музее Орсе и шоу «О» от цирка Дю Солей).

1. Центр науки «Коперник», Варшава — 7/10
Приятно удивил и город, и центр. Первое, что понравилось, — музей начинается еще до формального входа. Интерактивная зона встречает посетителя заранее, которая моментально включает посетителя в действие.

Не нужно сначала долго идти по коридору, изучать карту и разбираться, с чего начинать. В самом центре - более 400 интерактивных экспонатов, при этом нет обязательного маршрута. Посетителю буквально предлагают двигаться за собственным любопытством.

Для меня здесь музейный вывод в том, что первые пять минут решают очень многое. Если человек сразу что-то тронул, попробовал, удивился,то контакт уже случился.
Мой рейтинг: 7/10.

2. DATALAND, Лос-Анджелес — 4/10
Наверное, самый противоречивый опыт поездки. DATALAND — новый музей AI-искусства пионера этого направления художника Рефика Анадола, который открылся в июне. Технологически замысел очень амбициозный, однако убедилась, что сильная технология (пока что) не спасает слабый пользовательский сценарий.

Столкнулась с очередью на входе, неудобной навигацией в здании. Затем часть оборудования и проекторов не работала. При этом довольно высокая стоимость билета и отсутствие заметной системы льгот! Увы, для только что открывшегося пространства таких шероховатостей слишком много. Однако единственная механика действительно запомнилась: посетителям выдают специальные датчики, которые считывают биометрические показатели, а затем эти данные становятся частью визуального произведения. То есть зритель буквально входит в работу как один из источников данных.

Для меня здесь музейный вывод: такие проекты первые месяцы стоило бы открывать в максимально доступном тестовом режиме,чтобы увидеть реальные сценарии поведения, отладить оборудование и сервис, а только потом продавать премиальный опыт.
Мой рейтинг: 4/10.

3. Exploratorium, Сан-Франциско — 10/10
Этот музей подтвердил и для меня статус одного из лучших научных пространств в мире. Большое пространство, огромный поток людей, при этом очень спокойная, уверенная работа сотрудников. Доступная инфраструктура, понятные семейные сценарии, нормальная еда без ощущения, что посетителя решили наказать ценами за то, что он проголодался.

Огромное внимание уделено человеку: восприятию, мышлению, эмоциям, поведению, антропологии. И именно поэтому одинаково увлечены дети и взрослые. В этом, впрочем, и была задумка основателя музея Фрэнка Оппенгеймера (да-да, это младший брат того самого Роберта) в 1969 году, - сделать науку доступной для каждого.
Мой рейтинг: 10/10.

Сейчас Exploratorium входит в мой личный топ музеев науки и технологий вместе с Griffin Museum of Science and Industry в Чикаго и teamLab Phenomena в Абу-Даби. И, безусловно, с музеем «АТОМ».

И, пожалуй, главный вывод из этой поездки такой: современный музей выигрывает точностью опыта.
Что происходит с человеком за пять минут до входа, в первые пять минут после него и с каким вопросом он выходит наружу. Вот на эти три точки я теперь смотрю особенно внимательно.