С прошлой недели, похоже, начался новый виток борьбы пчел с медом.
Сперва фактически перестал работать популярный VPN-сервис, заявивший о «масштабной DDoS-атаке на свою инфраструктуру». А с пятницы я стал получать многочисленные сообщения о неработоспособности сервисов и сайтов — уже не только от клиентов, но и от коллег по цеху.
Так, например, в ряде регионов перестал открываться виджет для покупки билетов нашего клиента, размещённый в Selectel — одном из крупнейших ЦОДов страны. Судя по сообщениям в чатах, проблемы с этим оператором испытывали не только мы.
Почти сразу же на сайте Selectel появилось вот такое вот сообщение:
Если гипотеза Selectel верна, это серьёзно. TLS — не отдельный сервис, а фундамент современного интернета. Практически любой HTTPS-сайт работает поверх TLS. Если TLS-рукопожатие ломается, для пользователя сайт просто не открывается — браузер думает, потом выдаёт ошибку или белый экран. При этом сервер пингуется, трассировка проходит, маршрутизация исправна.
Selectel выдает конкретную рекомендацию:
ЛК ВТС, если кто не знает, — это «Личный кабинет владельца технологической сети связи» (или сокращенно ЛК ВТС), сервис, который ведет подведомственный Роскомнадзору Главный радиочастотный центр.
Похоже, это первый случай, когда крупный российский провайдер публично рекомендует клиентам взаимодействовать с ВТС для восстановления доступности своих сайтов.
Получается любопытная конструкция.
Государство ежегодно тратит десятки миллиардов рублей на развитие систем фильтрации трафика. Бизнес и государственные организации тратят десятки миллиардов на VPN и защищенный удаленный доступ. Пользователи ищут способы обойти ограничения. Провайдеры объясняют клиентам, как зарегистрировать свои ресурсы в очередной государственной системе, чтобы те снова начали открываться.
При этом никто не производит больше товаров, не оказывает больше услуг и не создает новой ценности. Огромный объем денег, времени и инженерных усилий расходуется исключительно на преодоление последствий предыдущих решений.
Отдельный вопрос — косвенные потери бизнеса. Если сотрудники регулярно теряют доступ к рабочим инструментам, а клиенты — к сайтам и сервисам, прямые расходы на инфраструктуру оказываются лишь вершиной айсберга.
С экономической точки зрения это выглядит как одна из самых дорогих форм хождения по кругу, которые мне доводилось наблюдать.
Цифра Комягина
Сперва фактически перестал работать популярный VPN-сервис, заявивший о «масштабной DDoS-атаке на свою инфраструктуру». А с пятницы я стал получать многочисленные сообщения о неработоспособности сервисов и сайтов — уже не только от клиентов, но и от коллег по цеху.
Так, например, в ряде регионов перестал открываться виджет для покупки билетов нашего клиента, размещённый в Selectel — одном из крупнейших ЦОДов страны. Судя по сообщениям в чатах, проблемы с этим оператором испытывали не только мы.
Почти сразу же на сайте Selectel появилось вот такое вот сообщение:
«На данный момент зафиксировали инцидент по данному вопросу. Наблюдается частичная недоступность ресурсов по HTTPS/TLS. Предположительная причина — новые правила фильтрации ТСПУ, затронувшие маршруты до Selectel. Проблемы с сетевой связностью опровергнуты».
Если гипотеза Selectel верна, это серьёзно. TLS — не отдельный сервис, а фундамент современного интернета. Практически любой HTTPS-сайт работает поверх TLS. Если TLS-рукопожатие ломается, для пользователя сайт просто не открывается — браузер думает, потом выдаёт ошибку или белый экран. При этом сервер пингуется, трассировка проходит, маршрутизация исправна.
Selectel выдает конкретную рекомендацию:
«Единственное решение восстановить доступ — подать сведения о собственных ресурсах через ЛК ВТС».
ЛК ВТС, если кто не знает, — это «Личный кабинет владельца технологической сети связи» (или сокращенно ЛК ВТС), сервис, который ведет подведомственный Роскомнадзору Главный радиочастотный центр.
Похоже, это первый случай, когда крупный российский провайдер публично рекомендует клиентам взаимодействовать с ВТС для восстановления доступности своих сайтов.
Получается любопытная конструкция.
Государство ежегодно тратит десятки миллиардов рублей на развитие систем фильтрации трафика. Бизнес и государственные организации тратят десятки миллиардов на VPN и защищенный удаленный доступ. Пользователи ищут способы обойти ограничения. Провайдеры объясняют клиентам, как зарегистрировать свои ресурсы в очередной государственной системе, чтобы те снова начали открываться.
При этом никто не производит больше товаров, не оказывает больше услуг и не создает новой ценности. Огромный объем денег, времени и инженерных усилий расходуется исключительно на преодоление последствий предыдущих решений.
Отдельный вопрос — косвенные потери бизнеса. Если сотрудники регулярно теряют доступ к рабочим инструментам, а клиенты — к сайтам и сервисам, прямые расходы на инфраструктуру оказываются лишь вершиной айсберга.
С экономической точки зрения это выглядит как одна из самых дорогих форм хождения по кругу, которые мне доводилось наблюдать.
Цифра Комягина