Knut Hamsun "Hunger"
Филолог головного мозга - это воспринимать всю иностранную литературу по периодам, рамки которых установлены учебным планом дисциплины “история зарубежной литературы”. Вот и у меня автоматически определяется семестр и степень прочтения произведения в процессе узнавания произведения на полке книжного. Это б/у издание гамсуновского “Голода” я нашла в крохотном книжном в Корралехо (Фуэртевентура, Канарские о-ва), который держит (или держала?) пожилая британка с оксфордским выговором. Тут же я вспомнила, что я его не осилила в университете и незамедлительно купила.
“Голод” - это физиология отчаяния и психоза, к которому ведет намеренный отказ от пищи. Это галлюцинации и безумие. Это падение и деградация. Главный герой вполне мог бы питаться и как-то работать, но гордость и уверенность в своем интеллектуальном превосходстве просто не давали ему делать любую работу, потому что он хотел быть творцом, который не готов обменивать на кусок хлеба свое мнение.
Здесь не будет горестного конца в духе “все умерли”, но душок упадка все равно будет еще долго стоять.
Читать или не читать такое - дело каждого. Я знаю людей, которым подавай только слезливые хэппи-энды или наоборот крайнюю чернуху. “Голод” - ни то, ни другое. Это философская притча. Кстати, актуальная в любое время.
4 ноября 2016
Филолог головного мозга - это воспринимать всю иностранную литературу по периодам, рамки которых установлены учебным планом дисциплины “история зарубежной литературы”. Вот и у меня автоматически определяется семестр и степень прочтения произведения в процессе узнавания произведения на полке книжного. Это б/у издание гамсуновского “Голода” я нашла в крохотном книжном в Корралехо (Фуэртевентура, Канарские о-ва), который держит (или держала?) пожилая британка с оксфордским выговором. Тут же я вспомнила, что я его не осилила в университете и незамедлительно купила.
“Голод” - это физиология отчаяния и психоза, к которому ведет намеренный отказ от пищи. Это галлюцинации и безумие. Это падение и деградация. Главный герой вполне мог бы питаться и как-то работать, но гордость и уверенность в своем интеллектуальном превосходстве просто не давали ему делать любую работу, потому что он хотел быть творцом, который не готов обменивать на кусок хлеба свое мнение.
Здесь не будет горестного конца в духе “все умерли”, но душок упадка все равно будет еще долго стоять.
Читать или не читать такое - дело каждого. Я знаю людей, которым подавай только слезливые хэппи-энды или наоборот крайнюю чернуху. “Голод” - ни то, ни другое. Это философская притча. Кстати, актуальная в любое время.
4 ноября 2016