Когда за нами придут жнецы,
они будут совсем юнцы.
Загорелые спины, глаза — кварцит и губы в соли.
Их Танат на стажировку взял пополам с горем:
«Какие вы собиратели душ — максимум черти из преисподней».
Им неведомы ещё ни адские смолы,
ни голод, ни войны, ни геноцид.
У них в руках брелок с косой, банка колы, последняя сотня…
И заключение о том, что мы умираем сегодня.

Эти Аиды будут пахнуть как билет на юга.
Как снова проснуться на ЮБК.
Живым.
Пьяным.
Абсолютно тринадцатилетним.
Как прожить восемь жизней, а на девятой снова не знать: «как же так?»
Мы в чемоданы захватим дым сигаретный,
крем для загара и Привозный утренний трескот.
Юнцы нахмурятся, недоверчиво щурясь: такие бесстрашные, дескать.
Мы дадим им на чай и в итоге наебем на пятак:
всё южные девочки после смерти попадают в Одессу.

#Любимова_стихи