📝Химический фронт Ормуза📝
Проблемы с заполнением европейских ПХГ и метанольный рынок — разные сюжеты, но механизм один. Европейцы отказались от предсказуемых поставок и теперь зависят от глобальной логистики, где любой конфликт быстро добавляется в счёт.
Теоретически зависимость ЕС от ближневосточного метанола выглядит умеренной. В 2025 году страны Европы импортировали около 6,3 млн тонн продукта, и лишь 4% пришлись на государства Ближнего Востока. США обеспечили 38% поставок, Тринидад и Тобаго — ещё 25%.
Но рынок отреагировал на выпадение объёмов, которые балансировали мировую торговлю: блокировка Ормузского пролива ограничила 18–20 млн тонн годовых ближневосточных экспортных мощностей. С 28 февраля по 20 марта спотовая цена метанола для Европы выросла примерно с €299 до €432 за тонну — на 47%. В начале мая она доходила до €545 за тонну.
В ЕС перестроили закупки: в мае 32,3% внешнего импорта пришло из Тринидада и Тобаго, 21,7% — из США, ещё 21% — из Египта. Поставки из Саудовской Аравии рухнули на 76,4%, из Омана — на 92,7%; в Норвегии и Азербайджане частично заместили выпадение, нарастив отгрузки на 51,7% и 61,5%. Но итог всё равно отрицательный: за январь–май импорт метанола в ЕС сократился на 13,8% год к году.
📌Пострадали и другие чувствительные поставки: например, аммиака, карбамида и прочего сырья, без которого не производятся пластмассы, растворители, краски, удобрения и тысячи товаров с полок супермаркетов. А если лишить производителей дешёвого химического сырья — промышленность сама начнёт сворачивать выпуск, рабочие места и инвестиции.
📎Инфографика в высоком разрешении
📎English version
#БлижнийВосток #ЕС #инфографика #энергетика
👁@evropar — на пороге смерти Европы
💸 Поддержать нас
Проблемы с заполнением европейских ПХГ и метанольный рынок — разные сюжеты, но механизм один. Европейцы отказались от предсказуемых поставок и теперь зависят от глобальной логистики, где любой конфликт быстро добавляется в счёт.
Теоретически зависимость ЕС от ближневосточного метанола выглядит умеренной. В 2025 году страны Европы импортировали около 6,3 млн тонн продукта, и лишь 4% пришлись на государства Ближнего Востока. США обеспечили 38% поставок, Тринидад и Тобаго — ещё 25%.
Но рынок отреагировал на выпадение объёмов, которые балансировали мировую торговлю: блокировка Ормузского пролива ограничила 18–20 млн тонн годовых ближневосточных экспортных мощностей. С 28 февраля по 20 марта спотовая цена метанола для Европы выросла примерно с €299 до €432 за тонну — на 47%. В начале мая она доходила до €545 за тонну.
В ЕС перестроили закупки: в мае 32,3% внешнего импорта пришло из Тринидада и Тобаго, 21,7% — из США, ещё 21% — из Египта. Поставки из Саудовской Аравии рухнули на 76,4%, из Омана — на 92,7%; в Норвегии и Азербайджане частично заместили выпадение, нарастив отгрузки на 51,7% и 61,5%. Но итог всё равно отрицательный: за январь–май импорт метанола в ЕС сократился на 13,8% год к году.
📌Пострадали и другие чувствительные поставки: например, аммиака, карбамида и прочего сырья, без которого не производятся пластмассы, растворители, краски, удобрения и тысячи товаров с полок супермаркетов. А если лишить производителей дешёвого химического сырья — промышленность сама начнёт сворачивать выпуск, рабочие места и инвестиции.
📎Инфографика в высоком разрешении
📎English version
#БлижнийВосток #ЕС #инфографика #энергетика
👁@evropar — на пороге смерти Европы
💸 Поддержать нас