🔥 Марин Ле Пен начала свою президентскую кампанию с жилищного вопроса
6 апреля 2025 года перед Домом инвалидов поставили сцену для митинга. Мероприятие было посвящено не оглашению политической программы, поддержке кандидата на выборах или траурной церемонии по какому-то важному военному, которого вспоминали в здании позади — хотя предстоящий митинг в какой-то степени и можно было охарактеризовать как похоронный. Дело в том, что за пару дней до этого суд лишил Марин Ле Пен избирательных прав, и представители RN от отчаяния собрали гневный митинг, чтоб на публике обвинить «красных судей» в исполнении «заказа» на устранение Ле Пен.
Мероприятие произвело сугубо дурное впечатление: попытка обвинить судебную систему в предвзятости только ухудшила положение партии, ну а выступления звучали как нечто в духе «спасибо за всё, Марин, но если что, то дальше мы обойдёмся и без тебя в бюллетене». Прошло полтора года с того парижского митинга: позиция Ле Пен по отношению к судам смягчилась, а её апелляцию нежданно удовлетворили и она снова получила право участвовать в выборах. Последние два месяца глава RN в основном провела за кулисами (не считая дебатов), готовя свою программу, ну а теперь настало время для активных действий.
На прошлых выходных Ле Пен отправилась на север Франции, в город Энен-Бомон — крупнейший пункт её депутатского округа и оплот RN с 2014 года (в марте их мэр переизбрался в первом туре с 78% голосов). Состоявшийся здесь митинг выглядел как отражение собрания 6 апреля 2025 года в кривом зеркале: если тогда соратники Ле Пен читали речи на открытой площади и царила гнетущая атмосфера, то в Энен-Бомоне всё проходило в закрытом помещении, выступала только лишь сама кандидатка, а лейтмотивом стали «возвращение» Ле Пен и восстановление ею контроля (недаром Барделлу она упомянула лишь 2 раза).
На открытии четвёртой президентской кампании Марин Ле Пен собрались около 2 тысяч зрителей и чуть ли не весь депутатский корпус RN-UDR. Последней на сцену под музыку поднялась сама кандидатка, которая ходом своей речи сразу дала понять, что комментариев на тему идей о штрафах за хиджабы, «закрытии крана» помощи Украине и соглашении с Фараджем о миграции не ждать не стоит. Вместо этого Ле Пен сконцентрировалась на двух темах: критике макронизма и покупательской способности, бывшей краеугольным камнем её программы-2022, причём во вчерашней речи упор был сделан на жилищном вопросе.
Прежде всего Ле Пен заверила собравшихся, что в основу её президентства ляжет принцип «национального приоритета», выраженного в том, что все французы вне зависимости от их происхождения, цвета кожи и религии должны иметь больше прав, чем любые иностранцы — толпа радостно встретила это старым лозунгом Жан-Мари Ле Пена «Французы прежде всего!». Она хочет закрепить первоочерёдность получения жилищных пособий и доступа к социальному и студенческому жилью для граждан, в то время как вообще все мигранты, независимо от легальности их пребывания, будут задвинуты в конец очередей.
Ле Пен заявила о желании отменить «Закон о солидарности и городском обновлении» 2000 года, обязавший коммуны иметь не менее 25% соцжилья, что она объяснила желанием снизить административное давление на местные власти. Она намерена отменить диагностику энергоэффективности жилья (наиболее неэнергоэффективные здания по текущим законам сдавать в аренду для жилья нельзя), запустить масштабную политику переоборудования пустующих офисных помещений в жилые и распродавать часть текущего фонда соцжилья арендаторам по льготной цене (предложение будет только для граждан страны).
Идеи кандидатки были сразу раскритикованы центристами и левыми, больше всего досталось «национальному приоритету» — последовали обвинения в ксенофобии по отношению к иностранцам, а также сравнения с Петеном. В ответ на желание отменить закон об обязательной доли соцжилья Меланшон обвинил её в создании «гетто для богатых», и в этом плане его поддержали даже сторонники Глюксманна. Фанаты Ле Пен же, напротив, ничего плохого не увидели, а строительное лобби и вовсе потирает руки, так как она пообещала им дерегуляции.
6 апреля 2025 года перед Домом инвалидов поставили сцену для митинга. Мероприятие было посвящено не оглашению политической программы, поддержке кандидата на выборах или траурной церемонии по какому-то важному военному, которого вспоминали в здании позади — хотя предстоящий митинг в какой-то степени и можно было охарактеризовать как похоронный. Дело в том, что за пару дней до этого суд лишил Марин Ле Пен избирательных прав, и представители RN от отчаяния собрали гневный митинг, чтоб на публике обвинить «красных судей» в исполнении «заказа» на устранение Ле Пен.
Мероприятие произвело сугубо дурное впечатление: попытка обвинить судебную систему в предвзятости только ухудшила положение партии, ну а выступления звучали как нечто в духе «спасибо за всё, Марин, но если что, то дальше мы обойдёмся и без тебя в бюллетене». Прошло полтора года с того парижского митинга: позиция Ле Пен по отношению к судам смягчилась, а её апелляцию нежданно удовлетворили и она снова получила право участвовать в выборах. Последние два месяца глава RN в основном провела за кулисами (не считая дебатов), готовя свою программу, ну а теперь настало время для активных действий.
На прошлых выходных Ле Пен отправилась на север Франции, в город Энен-Бомон — крупнейший пункт её депутатского округа и оплот RN с 2014 года (в марте их мэр переизбрался в первом туре с 78% голосов). Состоявшийся здесь митинг выглядел как отражение собрания 6 апреля 2025 года в кривом зеркале: если тогда соратники Ле Пен читали речи на открытой площади и царила гнетущая атмосфера, то в Энен-Бомоне всё проходило в закрытом помещении, выступала только лишь сама кандидатка, а лейтмотивом стали «возвращение» Ле Пен и восстановление ею контроля (недаром Барделлу она упомянула лишь 2 раза).
На открытии четвёртой президентской кампании Марин Ле Пен собрались около 2 тысяч зрителей и чуть ли не весь депутатский корпус RN-UDR. Последней на сцену под музыку поднялась сама кандидатка, которая ходом своей речи сразу дала понять, что комментариев на тему идей о штрафах за хиджабы, «закрытии крана» помощи Украине и соглашении с Фараджем о миграции не ждать не стоит. Вместо этого Ле Пен сконцентрировалась на двух темах: критике макронизма и покупательской способности, бывшей краеугольным камнем её программы-2022, причём во вчерашней речи упор был сделан на жилищном вопросе.
Прежде всего Ле Пен заверила собравшихся, что в основу её президентства ляжет принцип «национального приоритета», выраженного в том, что все французы вне зависимости от их происхождения, цвета кожи и религии должны иметь больше прав, чем любые иностранцы — толпа радостно встретила это старым лозунгом Жан-Мари Ле Пена «Французы прежде всего!». Она хочет закрепить первоочерёдность получения жилищных пособий и доступа к социальному и студенческому жилью для граждан, в то время как вообще все мигранты, независимо от легальности их пребывания, будут задвинуты в конец очередей.
Ле Пен заявила о желании отменить «Закон о солидарности и городском обновлении» 2000 года, обязавший коммуны иметь не менее 25% соцжилья, что она объяснила желанием снизить административное давление на местные власти. Она намерена отменить диагностику энергоэффективности жилья (наиболее неэнергоэффективные здания по текущим законам сдавать в аренду для жилья нельзя), запустить масштабную политику переоборудования пустующих офисных помещений в жилые и распродавать часть текущего фонда соцжилья арендаторам по льготной цене (предложение будет только для граждан страны).
Идеи кандидатки были сразу раскритикованы центристами и левыми, больше всего досталось «национальному приоритету» — последовали обвинения в ксенофобии по отношению к иностранцам, а также сравнения с Петеном. В ответ на желание отменить закон об обязательной доли соцжилья Меланшон обвинил её в создании «гетто для богатых», и в этом плане его поддержали даже сторонники Глюксманна. Фанаты Ле Пен же, напротив, ничего плохого не увидели, а строительное лобби и вовсе потирает руки, так как она пообещала им дерегуляции.