Неочевидные стороны эмиграции
Я сама в эмиграции, часть моих друзей и клиентов тоже, и эта тема обсуждается постоянно. Поэтому мне хочется в формате заметок подсвечивать что-то из наших разговоров и сессий.
🔸У эмиграции в эпоху глобализма, удалённой работы и диджитал номадов есть определённый имидж: что это очень легко (ну примерно как в сериале Эмили в Париже). Чтобы выучить язык, нужно лишь приложение, все тебя поймут на английском, еда везде универсальная, откроешь LinkedIn, а там объявления о remote-first работе. Как будто эмиграция — это процесс, где тебе надо выбрать правильные сервисы и настроить их.
В реальности, конечно, это не так: это большая перестройка всей жизни. Но я замечаю, как это несоответствие имиджу эмиграции ощущается как собственный провал. Кроме расстройства от неудач, мы ещё испытываем давление соответствовать образу легко пересобирающегося цифрового кочевника. Стыдно не перестроить карьеру в международное русло, не зарабатывать столько же, как и до переезда, не выйти из круга своих же русскоговорящих, не подружиться с местными комьюнити. Получается двойная нагрузка — и изменения, и необходимость соответствовать ожиданиям общества.
🔸Почему-то считается, что, пройдя определённые “стадии” эмиграции, начнётся то самое “легко”. Это примерно как сказки, которые заканчиваются свадьбой, а дальше “они жили долго и счастливо” (но для многих главный вызов только начинается в этой точке). Точно так и эмиграция — это, по сути, отношения с новым местом, с совокупным ощущением от него: люди, погода, менталитет, государство и прочее. Я не к тому, что легко не будет, а к тому, что и через 7, 17 или 20 лет будут кризисы. И привычная стратегия — напрячься и сделать проект — не работает и может истощить, потому что это не проект, а долгосрочные отношения.
🔸Переезжая, мы меняемся, это знают все. Но, мне кажется, точнее звучит «нас меняет». Примерно как тело женщины меняется от беременности и родов, или как кости космонавтов становятся тоньше из-за отсутствия атмосферного давления в космосе. Эти изменения, конечно, субъектны, в них много нашего “я” и намерения, но гораздо меньше, чем нам кажется. В итоге пройти их помогает не столько стойкость, сколько открытость.
🔸Эмиграция помогает создавать новую идентичность, это правда. Но также она может поддерживать уже существующее травматическое расщепление. Иногда какой-то болезненный опыт, например, детский, мы запираем в предыдущей стране, городе или окружении, мы отделяемся ещё сильнее. Ведь если гуляешь по Европе, необязательно вспоминать, как жил в детстве в комнате в коммуналке с тараканами: ничего вокруг об этом не напоминает. И часто поначалу становится легче, а потом этот опыт ненавязчиво или довольно жёстко просится быть услышанным и интегрированным. Ведь благодаря ему вы — это вы.
🔸И про телесный опыт. Мы сильно недооцениваем, насколько мы всё-таки животные. Эмиграция на телесном уровне означает бесконечное привыкание и адаптацию: к цветам города и яркости солнца (мои глаза за 7 лет не смогли привыкнуть к яркому солнцу Португалии!), к запахам еды, людей или цветов, к громкости города и ритму пространства. Опять же, есть иллюзия универсальности: мы смотрим на 15 градусов тепла в приложении погоды и думаем, что знаем, как одеться, но одна и та же температура в Петербурге и в Лиссабоне будет означать совершенно разные слои одежды. Чтобы привыкнуть, нужно время и внимание к собственным ощущениям в новой среде. В качестве иллюстрации можно принести кошку с улицы и заметить, что она полностью расслабится только через год.
Я когда-нибудь соберусь и напишу статью, и поэтому если у вас есть опыт эмиграции, поделитесь (можно в личку), что было или остается для вас самым неожиданным в этом процессе (как негативное, так и позитивное)?
#indialogue_psy
Я сама в эмиграции, часть моих друзей и клиентов тоже, и эта тема обсуждается постоянно. Поэтому мне хочется в формате заметок подсвечивать что-то из наших разговоров и сессий.
🔸У эмиграции в эпоху глобализма, удалённой работы и диджитал номадов есть определённый имидж: что это очень легко (ну примерно как в сериале Эмили в Париже). Чтобы выучить язык, нужно лишь приложение, все тебя поймут на английском, еда везде универсальная, откроешь LinkedIn, а там объявления о remote-first работе. Как будто эмиграция — это процесс, где тебе надо выбрать правильные сервисы и настроить их.
В реальности, конечно, это не так: это большая перестройка всей жизни. Но я замечаю, как это несоответствие имиджу эмиграции ощущается как собственный провал. Кроме расстройства от неудач, мы ещё испытываем давление соответствовать образу легко пересобирающегося цифрового кочевника. Стыдно не перестроить карьеру в международное русло, не зарабатывать столько же, как и до переезда, не выйти из круга своих же русскоговорящих, не подружиться с местными комьюнити. Получается двойная нагрузка — и изменения, и необходимость соответствовать ожиданиям общества.
🔸Почему-то считается, что, пройдя определённые “стадии” эмиграции, начнётся то самое “легко”. Это примерно как сказки, которые заканчиваются свадьбой, а дальше “они жили долго и счастливо” (но для многих главный вызов только начинается в этой точке). Точно так и эмиграция — это, по сути, отношения с новым местом, с совокупным ощущением от него: люди, погода, менталитет, государство и прочее. Я не к тому, что легко не будет, а к тому, что и через 7, 17 или 20 лет будут кризисы. И привычная стратегия — напрячься и сделать проект — не работает и может истощить, потому что это не проект, а долгосрочные отношения.
🔸Переезжая, мы меняемся, это знают все. Но, мне кажется, точнее звучит «нас меняет». Примерно как тело женщины меняется от беременности и родов, или как кости космонавтов становятся тоньше из-за отсутствия атмосферного давления в космосе. Эти изменения, конечно, субъектны, в них много нашего “я” и намерения, но гораздо меньше, чем нам кажется. В итоге пройти их помогает не столько стойкость, сколько открытость.
🔸Эмиграция помогает создавать новую идентичность, это правда. Но также она может поддерживать уже существующее травматическое расщепление. Иногда какой-то болезненный опыт, например, детский, мы запираем в предыдущей стране, городе или окружении, мы отделяемся ещё сильнее. Ведь если гуляешь по Европе, необязательно вспоминать, как жил в детстве в комнате в коммуналке с тараканами: ничего вокруг об этом не напоминает. И часто поначалу становится легче, а потом этот опыт ненавязчиво или довольно жёстко просится быть услышанным и интегрированным. Ведь благодаря ему вы — это вы.
🔸И про телесный опыт. Мы сильно недооцениваем, насколько мы всё-таки животные. Эмиграция на телесном уровне означает бесконечное привыкание и адаптацию: к цветам города и яркости солнца (мои глаза за 7 лет не смогли привыкнуть к яркому солнцу Португалии!), к запахам еды, людей или цветов, к громкости города и ритму пространства. Опять же, есть иллюзия универсальности: мы смотрим на 15 градусов тепла в приложении погоды и думаем, что знаем, как одеться, но одна и та же температура в Петербурге и в Лиссабоне будет означать совершенно разные слои одежды. Чтобы привыкнуть, нужно время и внимание к собственным ощущениям в новой среде. В качестве иллюстрации можно принести кошку с улицы и заметить, что она полностью расслабится только через год.
Я когда-нибудь соберусь и напишу статью, и поэтому если у вас есть опыт эмиграции, поделитесь (можно в личку), что было или остается для вас самым неожиданным в этом процессе (как негативное, так и позитивное)?
#indialogue_psy