Madir · Ирена Мадир

На фото я. Тут у меня один из самых больших значений на весах, которые когда-либо были. Но раньше в меньшем весе я считала себя толстой. Потому что везде говорили, что идеал означает быть худой, родственники шутили о моей упитанности, а одноклассницы рекомендовали разные диеты. Это заставило меня думать о том, что я жирная. Сейчас я взрослая женщина, которая не ведётся на подобные глупости, но даже сейчас я всё равно ловлю себя на старых мыслях о том, что я толстая...

И если вы читаете мою книгу и видите, как героиня думает о том, что она толстая, считает себя толстой или кто-то другой говорит, что она толстая, и вы представляете себе героиню с ожирением, то это не так работает. Мнение героини о себе – не объективная истина, персонажи – не надёжные источники.

И если кому-то интересно... Нура полностью унаследовала моё телосложение. Она носит те же размеры, что и я, у неё тоже жопа метр в обхвате, и её тоже называли толстой, как и меня. Но иногда мы можем думать о себе хуже, чем мы есть на самом деле.

И один из моих любимых моментов в «Серпентарии», тот, где Нура пытается прикрыть своё тело, думая о его неидеальности. А потом ту же сцену мы видим от Уробороса, и он не видит эту неидеальность, и воспринимает это действие из собственных тревог. Это буквально про то, что наши мысли о себе не всегда правдивы, иногда другие не видят наши минусы, а видят то, что соответствует только их собственным травмам.

Аспид улыбнулся. Предки милостивые, как же он улыбался! Воздух застрял в лёгких, а сердце пропустило удар. Ормарр Заврий определённо был мужчиной, из-за которого женщины теряли голову. Влюбиться в него было проще простого. Он обладал странной привлекательностью и манил так же, как манит наточенный до блеска клинок, лезвия которого хочется коснутся, чтобы проверить, насколько он острый.