И снова про ДЭГ
Для чего нужно дистанционное электронное голосование, спрашивают меня граждане, подозревающие подвох.
ДЭГ — это реакция на молодежь, которая не любит ходить на избирательные участки с бабушками.
ДЭГ развивается с целью привлечь граждан к участию в голосованиях.
Ожидаемый эффект ДЭГ — расширение участия граждан в выборах.
Есть категория людей, которая не ходит на избирательные участки по самым разным причинам.
ДЭГ содает им новые возможности.
Организаторы выборов заинтересованы в активности этих людей.
Дистанционное электронное голосование безусловно способствует повышению легитимности выборов за счёт расширения возможностей участия граждан и снижения организационных барьеров для голосования, что дает дополнительную явку.
Выше явка — выше легитимность. Так у нас приято считать.
Чтобы проверить, как работает ДЭГ, издание «Коммерсантъ» в прошлом году сравнило очное голосование бумажными бюллетенями и дистанционное электронное.
Выяснилось, что Дистанционное электронное голосование (ДЭП)
не дает особого преимущества ни кандидатам «партии власти», ни представителям оппозиции.
Вывод этот не мой.
Это вывод уважаемого издания, представителей качественной прессы.
Согласно их подсчетам, «онлайн-прибавку» сумели получить лишь четыре из десяти глав субъектов, где осенью 2025 года применялось ДЭГ.
В свою очередь партспискам
«Единой России» (ЕР) на выборах в заксобрания регионов такое волеизъявление добавило голосов лишь в трех из семи регионов.
Что неудивительно, принимая во внимание, что ЕР изначально делает ставку на ДЭГ как инструмент мобилизации.
Кстати, в 2024 году «электронная» поддержка победивших губернаторов оказалась выше «бумажной» лишь в двух из семи регионов, где использовалось ДЭГ.
А в 2025-м году в Чувашии, где доля онлайн-голосования оказалась самой высокой (там электронно проголосовали 35% избирателей), «бумажных» голосов за главу республики Олега Николаева было отдано в процентном соотношении больше, чем «дистанционных», на 8,9 п. п.
Что касается оппозиционных кандидатов, то большинство выдвиженцев КПРФ, которая является принципиальным противником ДЭГ и потому призывает своих избирателей голосовать на участках, предсказуемо добились максимальной поддержки именно на «бумаге».
Большинство кандидатов от ЛДПР и «Новых людей», наоборот, показали лучшие результаты в электронном голосовании.
Кстати, «Новые люди» вылелялись еще и тем, что в четырех выборных регионах прошлого года доля их сторонников, которые выбрали ДЭГ, оказалась наивысшей среди всех кандидатов.
Не знаю, будут ли в этот раз Новые люди, которые из нишевой партии превратились в общефедеральную, звать в этот раз голосовать в последний день на участки, но ранее они имели в ДЭГ предсказуемое преимущество.
Высокие результаты «Новых людей» в ДЭГ легко объяснялись особенностями их дружащего с гаджетами электората.
Дистанционное электронное голосование делает участие в выборах максимально удобным, позволяя проголосовать в любом месте и в любое время в период голосования.
Пользоваться им или нет, каждый решает сам.
Я лишь замечу, что в странах, где голосование за правящие партии и лидеров достигает 100%, голосуют по старинке.
Для чего нужно дистанционное электронное голосование, спрашивают меня граждане, подозревающие подвох.
ДЭГ — это реакция на молодежь, которая не любит ходить на избирательные участки с бабушками.
ДЭГ развивается с целью привлечь граждан к участию в голосованиях.
Ожидаемый эффект ДЭГ — расширение участия граждан в выборах.
Есть категория людей, которая не ходит на избирательные участки по самым разным причинам.
ДЭГ содает им новые возможности.
Организаторы выборов заинтересованы в активности этих людей.
Дистанционное электронное голосование безусловно способствует повышению легитимности выборов за счёт расширения возможностей участия граждан и снижения организационных барьеров для голосования, что дает дополнительную явку.
Выше явка — выше легитимность. Так у нас приято считать.
Чтобы проверить, как работает ДЭГ, издание «Коммерсантъ» в прошлом году сравнило очное голосование бумажными бюллетенями и дистанционное электронное.
Выяснилось, что Дистанционное электронное голосование (ДЭП)
не дает особого преимущества ни кандидатам «партии власти», ни представителям оппозиции.
Вывод этот не мой.
Это вывод уважаемого издания, представителей качественной прессы.
Согласно их подсчетам, «онлайн-прибавку» сумели получить лишь четыре из десяти глав субъектов, где осенью 2025 года применялось ДЭГ.
В свою очередь партспискам
«Единой России» (ЕР) на выборах в заксобрания регионов такое волеизъявление добавило голосов лишь в трех из семи регионов.
Что неудивительно, принимая во внимание, что ЕР изначально делает ставку на ДЭГ как инструмент мобилизации.
Кстати, в 2024 году «электронная» поддержка победивших губернаторов оказалась выше «бумажной» лишь в двух из семи регионов, где использовалось ДЭГ.
А в 2025-м году в Чувашии, где доля онлайн-голосования оказалась самой высокой (там электронно проголосовали 35% избирателей), «бумажных» голосов за главу республики Олега Николаева было отдано в процентном соотношении больше, чем «дистанционных», на 8,9 п. п.
Что касается оппозиционных кандидатов, то большинство выдвиженцев КПРФ, которая является принципиальным противником ДЭГ и потому призывает своих избирателей голосовать на участках, предсказуемо добились максимальной поддержки именно на «бумаге».
Большинство кандидатов от ЛДПР и «Новых людей», наоборот, показали лучшие результаты в электронном голосовании.
Кстати, «Новые люди» вылелялись еще и тем, что в четырех выборных регионах прошлого года доля их сторонников, которые выбрали ДЭГ, оказалась наивысшей среди всех кандидатов.
Не знаю, будут ли в этот раз Новые люди, которые из нишевой партии превратились в общефедеральную, звать в этот раз голосовать в последний день на участки, но ранее они имели в ДЭГ предсказуемое преимущество.
Высокие результаты «Новых людей» в ДЭГ легко объяснялись особенностями их дружащего с гаджетами электората.
Дистанционное электронное голосование делает участие в выборах максимально удобным, позволяя проголосовать в любом месте и в любое время в период голосования.
Пользоваться им или нет, каждый решает сам.
Я лишь замечу, что в странах, где голосование за правящие партии и лидеров достигает 100%, голосуют по старинке.