Кинокритик против

Как у нас снимали кино в 20-е? С революционным энтузиазмом. Как кино снимали в 30-е? С социалистическим реализмом. Чтобы, товарищи, рожь ржилась и овес овсился. Чтобы в социалистическом соревновании побежал достойный, а хитрец получал по заслугам. Чтобы крестьянки пели и пастухи. Чтобы Чапаев не погибал, а вечно жил в памяти людей. Про Ленина, наконец, в Октябре тоже не будем забывать. Кино — и развлечение и коллективный агитатор, товарищи.

Сталин — и главный продюсер, и главный редактор, и самый авторитетный кинокритик страны. Нужны фильмы про сильных лидеров. Эйзенштейн снимет «Александра Невского» — хватит уже вашего авангарда, товарищ режиссер, — умеешь же, когда хочешь, а теперь давай про Ивана Грозного. Без вот этих вот интеллигентных покашливаний в сторону: тиран-тиран. Вы историю, товарищ Эйзенштейн, знаете? Бояре плели заговоры, отравили жену, хотели отравить царя. Тут явно нужен не Гамлет на троне.

Александр Довженко — самый уважаемый украинский режиссер — пусть снимет про украинского Чапаева. И Сталинскую премию ему.

Григория Александрова в Кремль. Его жену Любовь Орлову на банкет. Как поет. А как у Александрова все танцуют. В «Веселых ребятах», «Цирке», «Волге-Волге». Тоже Сталинскую премию.

Пырьев «Трактористов» снял? И ему премию. У Марка Донского «Детство Горького» хорошее. Премию. А какой «Петр Первый» у Петрова. Какой «Минин и Пожарский» у Пудовкина. Можем ведь. Тоже премию каждому.

Были и без премий хорошие фильмы. «Вратарь» — про то, как перевозчик арбузов решил стать футболистом. «Подкидыш» — про девочку, которая ушла гулять по Москве и чуть не попала под колеса автомобиля ГАЗ-М1, за рулем которого сидела Фаина Раневская.

Москва — красавица. А могла еще бы и украшена Дворцом советов с Лениным наверху как в документально-фантастическом фильме Александра Медведкина «Новая Москва». Дзига Вертов, один из основоположников советского авангарда, снимает «Три песни о Ленине». В звуковой дорожке он использует фрагмент «Похоронного марша Зигфрида» из вагнеровской «Гибели богов» — той самой музыки, что звучала на реальных похоронах Ленина.

Так вот и работали в кино 30-х. По примеру советских писателей под председательством Максима Горького, провозгласившего на первом съезде под громкие аплодисменты курс на социалистический реализм. Это оптимистическое требование к художнику быть правдивым в изображении действительности, но не забывать о марксистско-ленинских и революционных ее сторонах. Вот как-то так, если без канцелярита. Булгакова на съезде не было, а то бы он написал:

«Выступал на съезде человек порядочный. Валентин Арсеньевич Мокропсов. Книги пишет уже 25 лет — начинал со стихов о природе, а теперь только и исключительно о революции. Великое имя революции, конечно, оболгать невозможно в силу ее значительности, но писать так глупо и при этом улыбаясь во весь рот способен только он».

Булгаков, кстати, сценарий по «Мертвым душам» и «Ревизору» написал. Уже тогда экранизация была хуже книги, потому что иначе и быть не может, книгу оболгали, поэтому и фильмы даже не сняли.

«А у Василия Игнатовича Платонова, большого острослова в жизни и осторожного придворного поэта на работе, сценарии выходили такие, что заслушаться можно. «Да мы ж покажем!» «Соберемся, братья!» «С песней веселей!» И получал он всегда работу, несмотря на то что на вечерах у Морозова нередко употреблял фразу «Такая халтура, ей-богу, аж противно». Но положение обязывает. Социалистический, как его там, реализм, побуждает художника быть не только реалистом, но и социалистом. Ведь, как писал Маркс, кажется, в записках 1844 года, у мировой буржуазии нет никакой иной реальности, кроме той, что она сама себе зарабатывает, плутовка такая. Воришки и эксплуататоры. Нам их реальность не нужна. Формализм — шаг вниз. Социалистический реализм — рывок в высоту. Полетели, товарищи. Не толпимся, по очереди, кто не передал за билет, не толкайтесь, гражданочка, а вы, товарищ, зачем мандарины на чужие коленки положили, имейте совесть!»

Итак, Юра — наш слоняра. Опять на Оскар, говорят, пойдет. Теперь от Луки Гуаданьино, который Тимоти Шаламе в "Назови меня своим именем" учил сексуальности, а в "Целиком и полностью" заставил поедать человеческую плоть. Еще у него в "Суспирии" Дакота Джонсон танцевала в берлинской академии среди ведьм. Но это был поклон Дарио Ардженто и итальянскому джалло, без собственных кровожадных фантазий.

В общем, его новый фильм "Искусственный" про русского создателя чата джпт — да хоть бы и про каннибалов, не важно — пойдет на Оскар. Мы все в это, конечно, верим. Потому что Юра и Оскар — это как отношения Ди Каприо и Оскара (о них можно почитать выше). И потому что Юра в Голливуде не для того, чтобы играть плохих русских, мафию или коммунистов. А потому что в финском "Купе номер 6" обнажил русскую душу. С водкой и грустной русской философией. Шону Бейкеру понравилось — смотрел в Каннах — и захотел такого же героя к себе в "Анору".

Я не скажу, что он идеальный Пушкин. Не скажу, что в "Битве моторов" он улыбается на экране искренне. Лучше всего у него получается — ну, давайте честно — быть лысым и немногословным. Как в "Мама, я дома" Битокова и невышедшем в прокат фильме "Капитан Волконогов бежал" Меркуловой и Чупова. Вот тогда — драма на экране. Он ее впервые в "Быке" показал, помните еще такой фильм? Порвал всех, когда его показали на "Кинотавре" в Сочи. Все побежали знакомиться со Стасей Милославской, а Юра скромно стоял в сторонке. Он и сейчас стоит скромно. В Нью-Йорке отвечал на вопросы по-русски отважно: "Йес, оф коз. Энд ай вонт ту сей: Айм хеппи. Летс гоу ту инджой зе муви". И как там еще сказать по-английски? Эдрю, иди сюда, скажи им, а я пойду. Эндрю — это Эндрю Гарфилд. Его, говорят, тоже на Оскар — второго плана. Вау.

Удивительно, что Леонардо ди Каприо не получил Оскар за "Титаник". Ну, правда — режиссер Джеймс Кэмерон получил, оператор Рассел Карпентер получил, продюсеры получили, декораторы, костюмеры, звуковики. Песня Селин Дион "My Heart Will Go On" — лучшая. А Ди Каприо — ничего, кроме, конечно, уважения к подающему надежды таланту. Ди Каприо — суперзвезда. И, пожалуй, достаточно.

Оскар и Ди Каприо — пикантная тема для актера. Он получил награду только тогда, когда уже стыдно было не дать. За "Выжившего" — великую картину, но не первую великую картину в фильмографии ди Каприо.

Помните "Что гложет Гилберта Грейпа"? Там Джонни Депп играет старшего сына в очень провинциальной семье. Мать страдает ожирением, младший брат — с ментальными особенностями. Есть еще две сестры. И вот братика сыграл Леонардо Ди Каприо. Первая номинация на Оскар.

Авиатор в 2005 году — вторая номинация на Оскар. Кровавый алмаз — третья. Волк с Уолл-стрит — четвертая. И только потом "Выживший". Хотя ведь были же еще такие фильмы, которые остались вообще без оскаровских номинаций: дерзкий "Дневник баскетболиста", ковбойский "Быстрый и мертвый", осовремененный "Ромео + Джульетта", вудиалленовская "Знаменитость", философский "Пляж", скорсезовские "Банды Нью-Йорка", хитроумные "Поймай меня, если сможешь", скорсезовские "Отступники", психологическая "Дорога перемен", скорсезовский "Остров проклятых". Наконец, "Начало" Кристофера Нолана, "Джанго освобожденный" Квентина Тарантино и "Великий Гэтсби" База Лурмана. И только потом — после всего этого — в 2015 году Оскар.

Не знаю, про какой фильм-то рассказать отдельно. Хочется про все. Такой уровень актерских работ Ди Каприо. Давайте тогда о другом — вне этого списка уязвленных амбиций. Про "Битву за битвой" Пола Томаса Андерсона. Еще одна номинация на лучшую мужскую роль, но не то чтобы очень желанная. Так — рутина. Ну, будет второй Оскар, ну, не будет. В общем — дорогу молодым. Вон Тимати Шаламе есть с "Марти Великолепным", он отказался от дублера в сцене порки по голой заднице. Получил Майкл Б. Джордан за "Грешников" и тоже хорошо — кино с темнокожими актерами про белых вампиров необыкновенное. Ди Каприо и Оскар уже не в тех отношениях, что были раньше — про несправедливость, недальнозоркость и просто глупость. Теперь Ди Каприо может быть и как Великий Гэтсби на празднике жизни, так и Рик Далтон на диване в своем доме из "Однажды в Голливуде". Кстати, особняк есть на берегу Тихого океана в Малибу. Пытался продать, но так и не продал. Может, боролся с искушением.

А еще Ди Каприо известен тем, — и это уже совсем бестактная тема, но как без нее, — что любит девушек до 25 лет. Скажу только, что Камила Морроне недавно снялась в сериале "У меня очень плохое предчувствие", и настоятельно рекомендую его к просмотру. А Ди Каприо — общественное порицание. Пусть это будет важным примечанием к портрету великого оскароносного актера. Его любят разным.

Когда режиссер читает лекцию про технические детали профессии — это интересно. Вот, говорит, как думаете, как я эту сцену снял? Без компьютерной графики за два дубля. Ну, думаешь, давай рассказывай. Не знаю. И он рассказывает-рассказывает, как красиво придумал по визуальной части и добавляет кстати: а сюжет не так важен.

Я думаю: с одной стороны да, с другой, стойте, нет. А почему не так важен? Нет-нет, дайте договорить. Не важен сюжет, понимаешь ли. Как это не важен? Ну, да, кино показывает, а не рассказывает, но и показывать надо не одну голую задницу. Не только красивую арочку или фактурную кирпичную стену. Надо же придумать, куда я лечу из красивой арочки в кирпичную стену через, разумеется, задницу, еще и голую. Разве нет?

Сейчас будет синефильская бомба! Начну с цитат:

— И она поверила?
— Нет?
— Вы уверены?
Ольга Копосова умеет задавать вопросы. Это знает каждый петербуржец. Она допрашивает подозреваемого и, когда видит, что тот колется (иногда и по-актерски), спрашивает:
— Неужели?

Кстати, слово «неужели» — довольно литературное, надо сказать, — сценаристы настырно вставляют в устную речь героев. По-другому не умеют. Сценаристы же, мастера слова.

В сериале «След» — думаю, никто не догадался, что речь сейчас пойдет о нем, — рекордно много серий для отечественного телевидения. ФЭС расследует запутанные дела. Отпечатков нет, следов взлома тоже. А у парня при этом затылок проломлен.

В шикарном, я бы сказал космическом, офисе оперативники быстро находят информацию. Компьютерная система не хуже, чем у МИ-6. Да и у Бонда нет такого гениального помощника-технаря с прической Элвиса Пресли.

Я посмотрел несколько серий и хочу сказать: может, когда-нибудь будет написана книга с посерийным анализом, но будет сложно. Это все-таки не каждую серию «Твин Пикса» разобрать — тут больше двух с половиной тысяч эпизодов. И все же вот что интересно.

Убийцу невозможно угадать. Подозреваемых столько, что хватило на все актерские факультеты. Каждый хоть раз сыграл в сериале «След», кто-то даже труп. Одна моя подруга до сих пор стесняется себя в новогодней серии, которая выходит ежегодно к праздничному столу — дело было давно; была, мол, толстая.

Из стилистических деталей сериала считаю важным отметить диалоги в футуристическом офисе ФЭС, диалоги на месте преступления, диалоги в разных других локациях и диалоги во флешбеках. И если в офисе, где есть лаборатории с красными и зелеными колбами, комнаты допроса и кабинет Копосовой, уже, пожалуй, невозможно найти новый свежий ракурс, то на улицах — визуальное раздолье. Впрочем, ракурсы, как правило, все равно одинаковые. Не до экспериментов. Классика есть классика.

«След» — гордость отечественного долгостроя. Хотите верьте, хотите нет, но по зрительским рейтингам «След» — твердо в тройке самых-самых, куда лишь время от времени захаживает «Игра в кальмара», «Пацаны» и «Очень странные дела».

Он помог снять последний полнометражный фильм живого классика Антониони с Джоном Малковичем. К тому моменту он и сам был не менее живым классиком. Вим Вендерс получил в Каннах "Золотую пальмовую ветвь" за фильм "Париж, Техас", а "Небо над Берлином" стало иконой авторского кино. В 2008-м выпустил "Съемки в Палермо" про фотографа, который отправляется хандрить в итальянский город смерти. А в 23 — "Идеальные дни" про уборщика японских туалетов с хорошим музыкальным вкусом. Все эти фильмы о прогулках. Не люблю громкое слово "путешествие". Можно ведь и просто каждый день по одним и тем же улицам ходить, и это уже хороший опыт медитации, самопознания и, конечно, хандры. Про "Тошноту" Сартра слышали? Сегодня очередной понедельник. Тошно. Но бывает и по-другому. По-разному бывает. Об этом Вендерс.

Думал сегодня о «Царевне несмеяне». Сказка такая выходит. Съел бутерброд и вот подумал: Анастасия Красовская, танцовщица и социолог в «Герде», сами знаете кто в «Слово пацана», «голос — в жопе волос» в «Дайте шоу» отныне Царевна Несмеяна. И ее уговорили надеть русский народный костюм, поселив в тереме. Я не знаю, сопротивлялась ли она или нет, но хочу верить, что сопротивлялась.