[«Патрик Мелроуз» / S1E1 — стр. 11]
Что мы понимаем о персонаже, когда видим, как он постоянно нервно озирается по сторонам? Что у него страх преследования. Как будто за ним постоянно наблюдают. Подглядывают. Возможно это даже паранойя.
Допустим, это действительно так. Как усилить это чувство? Визуализировать его через субъективную точку зрения. Например, устремив на персонажа взгляды прохожих. Или других персонажей. Никто из них не преследует героя по-настоящему, но мы показываем зрителю взгляд на эту ситуацию со стороны героя, и вот у него уже начинают появляться сомнения.
Есть способ еще лучше — не просто визуализировать эту эмоцию, а материализовать ее, тем самым конкретизировав. Чтобы страх преследования исходил не из миллиарда неизвестных и постоянно сменяющих друг друга источников, а от одного конкретного. После привязки к одному конкретному персонажу, бредовая паранойя начнет обретать смысл не только для героя, но и для зрителя, который тоже рискует начать оборачиваться по сторонам с вопросами в духе: «Почему этот тип преследует нашего героя?». Даже если на самом деле это не так.
Это один из лучших способов создать у героя чувство паранойи и заставить зрителя поверить в него. И именно так и поступает Николлс. Потому что паранойя — одна из важных отличительных черт характера Патрика.
Единственное, что лично мне не очень близко, так это раскрытие сразу же всех карт перед читателем. Ведь, если выйти за рамки информационного жонглирования в потоке автор-герой-зритель, можно было бы создать чувство паранойи еще и у читателя. Хотя это, естественно, уже стилистически-вкусовые вопросы. Главное, что со своей задачей в рамках сериала прием справляется.
(Кстати, вполне возможно, что именно этот персонаж-паранойя является одной из причин, почему встреча с Анной была перенесена из квартиры в ресторан отеля).
#scripted
Что мы понимаем о персонаже, когда видим, как он постоянно нервно озирается по сторонам? Что у него страх преследования. Как будто за ним постоянно наблюдают. Подглядывают. Возможно это даже паранойя.
Допустим, это действительно так. Как усилить это чувство? Визуализировать его через субъективную точку зрения. Например, устремив на персонажа взгляды прохожих. Или других персонажей. Никто из них не преследует героя по-настоящему, но мы показываем зрителю взгляд на эту ситуацию со стороны героя, и вот у него уже начинают появляться сомнения.
Есть способ еще лучше — не просто визуализировать эту эмоцию, а материализовать ее, тем самым конкретизировав. Чтобы страх преследования исходил не из миллиарда неизвестных и постоянно сменяющих друг друга источников, а от одного конкретного. После привязки к одному конкретному персонажу, бредовая паранойя начнет обретать смысл не только для героя, но и для зрителя, который тоже рискует начать оборачиваться по сторонам с вопросами в духе: «Почему этот тип преследует нашего героя?». Даже если на самом деле это не так.
Это один из лучших способов создать у героя чувство паранойи и заставить зрителя поверить в него. И именно так и поступает Николлс. Потому что паранойя — одна из важных отличительных черт характера Патрика.
Единственное, что лично мне не очень близко, так это раскрытие сразу же всех карт перед читателем. Ведь, если выйти за рамки информационного жонглирования в потоке автор-герой-зритель, можно было бы создать чувство паранойи еще и у читателя. Хотя это, естественно, уже стилистически-вкусовые вопросы. Главное, что со своей задачей в рамках сериала прием справляется.
(Кстати, вполне возможно, что именно этот персонаж-паранойя является одной из причин, почему встреча с Анной была перенесена из квартиры в ресторан отеля).
#scripted