В прошлый раз мы говорили о демократическом вызове. Сегодня — второй, не менее острый вызов: функциональный ⚙️
И в его основе лежит «конструктор полномочий» из статьи 32 ФЗ-33. Напомню суть: новый закон дает регионам право в любой момент своим собственным законом «забирать» себе полномочия муниципалитетов или, наоборот, «передавать» им свои. На бумаге — это механизм гибкой настройки. На практике — это полная правовая нестабильность 🌪
Вопрос: Как муниципалитету заниматься стратегическим планированием, разрабатывать программы, закладывать бюджет на 3 года вперед, если в любой момент его ключевые функции (например, градостроительство или коммуналка) могут быть переданы на уровень региона?
Ответ: никак ❌ Это лишает и МСУ, и сам регион горизонта планирования.
И эта правовая неопределенность становится еще более токсичной в свете другого острого вопроса, который на дискуссии в РАНХиГС подсветила к.ю.н. Ольга Евгеньевна Шишкина. Она задала, казалось бы, простой вопрос: «Нужна ли органам местного самоуправления административная деликтоспособность?». На самом деле, Ольга Евгеньевна в очередной раз подняла проблему, о которой писал в своем особом мнении еще судья Конституционного Суда Сергей Дмитриевич Князев: почему за нарушение закона штрафуют не конкретного виновного чиновника, а орган, то есть сам муниципальный бюджет?
Подумайте! Нарушило требования законодательство конкретное должностное лицо, а штраф на 100-200, а нынче уже и по 600 тысяч рублей платит администрация из тех денег, которые должны были пойти на ремонт дороги или покупку книг в библиотеку 💸 Абсурд? Безусловно 🤦♂️
❗️А теперь представьте эту картину целиком:
С одной стороны, у муниципалитета «плавающие», нестабильные полномочия. С другой — за любое нарушение (даже в сфере этих «плавающих» полномочий) наказывают не ответственного специалиста, а и без того скудный местный бюджет.
Но абсурд на этом не заканчивается. Внутреннее устройство самого «конструктора» лишено элементарной логики.
Ярчайший пример — полномочия по ГО и ЧС.
• По закону (п. 14 ч.1 ст.32 Закона № 33-ФЗ) участие в предупреждении и ликвидации ЧС — это закрепленное, неотъемлемое полномочие муниципалитета.
• При этом (п. 15 ч.3 ст.32 Закона № 33-ФЗ) создание аварийно-спасательных служб — это полномочие региона, которое он может передать муниципалитету, а может и не передать.
❓Возникает закономерный вопрос: как муниципалитету эффективно ликвидировать ЧС, если правовой инструмент для этого — создание спасательных служб — ему могут просто не дать? Это все равно что обязать тушить пожар, но оставить за собой право выдавать или не выдавать пожарные машины 🚒
Вот он, функциональный вызов для муниципального образования в чистом виде: система, где у тебя нестабильные полномочия с нелогичной структурой, а за любое нарушение в этой системе наказывают не виновного чиновника, а твой и без того скудный местный бюджет.
🤫 Это мы еще за скобками оставили вопрос о справедливости наказаний даже должностных лиц, которые в сложившихся условиях физически не могут выполнить возложенные на них полномочия.
В следующем, заключительном посте серии мы разберем третий вызов — институциональный. Поговорим о кадровом голоде, хроническом недофинансировании и «эффекте домино».
#реформаМСУ #путеводитель #КоАП #полномочия #аналитика #РАНХИГС
И в его основе лежит «конструктор полномочий» из статьи 32 ФЗ-33. Напомню суть: новый закон дает регионам право в любой момент своим собственным законом «забирать» себе полномочия муниципалитетов или, наоборот, «передавать» им свои. На бумаге — это механизм гибкой настройки. На практике — это полная правовая нестабильность 🌪
Вопрос: Как муниципалитету заниматься стратегическим планированием, разрабатывать программы, закладывать бюджет на 3 года вперед, если в любой момент его ключевые функции (например, градостроительство или коммуналка) могут быть переданы на уровень региона?
Ответ: никак ❌ Это лишает и МСУ, и сам регион горизонта планирования.
И эта правовая неопределенность становится еще более токсичной в свете другого острого вопроса, который на дискуссии в РАНХиГС подсветила к.ю.н. Ольга Евгеньевна Шишкина. Она задала, казалось бы, простой вопрос: «Нужна ли органам местного самоуправления административная деликтоспособность?». На самом деле, Ольга Евгеньевна в очередной раз подняла проблему, о которой писал в своем особом мнении еще судья Конституционного Суда Сергей Дмитриевич Князев: почему за нарушение закона штрафуют не конкретного виновного чиновника, а орган, то есть сам муниципальный бюджет?
Подумайте! Нарушило требования законодательство конкретное должностное лицо, а штраф на 100-200, а нынче уже и по 600 тысяч рублей платит администрация из тех денег, которые должны были пойти на ремонт дороги или покупку книг в библиотеку 💸 Абсурд? Безусловно 🤦♂️
❗️А теперь представьте эту картину целиком:
С одной стороны, у муниципалитета «плавающие», нестабильные полномочия. С другой — за любое нарушение (даже в сфере этих «плавающих» полномочий) наказывают не ответственного специалиста, а и без того скудный местный бюджет.
Но абсурд на этом не заканчивается. Внутреннее устройство самого «конструктора» лишено элементарной логики.
Ярчайший пример — полномочия по ГО и ЧС.
• По закону (п. 14 ч.1 ст.32 Закона № 33-ФЗ) участие в предупреждении и ликвидации ЧС — это закрепленное, неотъемлемое полномочие муниципалитета.
• При этом (п. 15 ч.3 ст.32 Закона № 33-ФЗ) создание аварийно-спасательных служб — это полномочие региона, которое он может передать муниципалитету, а может и не передать.
❓Возникает закономерный вопрос: как муниципалитету эффективно ликвидировать ЧС, если правовой инструмент для этого — создание спасательных служб — ему могут просто не дать? Это все равно что обязать тушить пожар, но оставить за собой право выдавать или не выдавать пожарные машины 🚒
Вот он, функциональный вызов для муниципального образования в чистом виде: система, где у тебя нестабильные полномочия с нелогичной структурой, а за любое нарушение в этой системе наказывают не виновного чиновника, а твой и без того скудный местный бюджет.
🤫 Это мы еще за скобками оставили вопрос о справедливости наказаний даже должностных лиц, которые в сложившихся условиях физически не могут выполнить возложенные на них полномочия.
В следующем, заключительном посте серии мы разберем третий вызов — институциональный. Поговорим о кадровом голоде, хроническом недофинансировании и «эффекте домино».
#реформаМСУ #путеводитель #КоАП #полномочия #аналитика #РАНХИГС