Пятидесятилетнего плейбоя, чиновника Управы Капотня Витю Палыпина накрыл семейный кризис.
После просмотра роликов на ютьюб с Подоляком, Гордоном и Арестовичем, где они, как три мушкетёра, пообещали весеннюю прогулку в обнимку по набережной Ялты,
Витя ожидал неприятностей от ВСУ на южном фронте, а неприятности пришли в родных стенах: жена объявила ему дефолт.
Значит так, сказала она ему субботним утром, ты мне надоел со своими фокусами, толку с тебя никакого нет, вот тебе два дня и вали-ка ты куда хочешь, здесь тебе уже не подадут ни ложки, ни чистой рубашки, а детям я скажу, что ты уехал на Тибет для протрезвления, просветления и катарсиса. Там щас "безвиз" для таких, как ты.
Вначале Витя подумал - откуда такая смелость? Неужели нашелся охотник на эту дичь? Может старика какого-то подхватила, полковника с большой пенсией?
Потом отбросил эти мысли, не ее фасон и начал думать- а не сьехать ли ему к Лёхе загород и там отсидеться, пока все уляжется.
Набрал ему, Лёха сухо выслушал, и ответил, типо, извини, у меня тут вторая линия на телефоне. Ну, понятно, это если выпить хочешь, море людей находится, а помочь конкретно хрен кого найдешь, все сразу носом водить начинают.
Как вариант, сьехать к Анне- фитнес тренеру с Выхино-Жулебино, но у неё дочь крупная с лишним весом, и на плечах с ней в парке Кузьминки Витя продержался бы недолго, и как полюбить чужого ребенка, если с ее мамой не жарко и не холодно.
Еще несколько попыток Витя сделал по старым связям. Былые товарищи сочувствовали, многие даже предлагали выпить.
Вот они, олени, подкаблучники, сидящие, как мыши, в своих комфортных норах!
Набрать врачу-кардиологу Ирине Константиновне? Нет, это тоже не вариант, там само общение- уже наказание, если только самому хорошо приплатят.
От страха оказаться в квартире у Ирины Константиновны он прикрыл глаза и представил себя голодным и холодным на матрасе в кухне совмещённой со спальней. Ни духовности, не тонкости.
К обеду Витя услышал - обедать будешь, сволочь?
Прости подлеца, больше не буду, рано умирать подумал Витя и понуро побрел на кухню.
После просмотра роликов на ютьюб с Подоляком, Гордоном и Арестовичем, где они, как три мушкетёра, пообещали весеннюю прогулку в обнимку по набережной Ялты,
Витя ожидал неприятностей от ВСУ на южном фронте, а неприятности пришли в родных стенах: жена объявила ему дефолт.
Значит так, сказала она ему субботним утром, ты мне надоел со своими фокусами, толку с тебя никакого нет, вот тебе два дня и вали-ка ты куда хочешь, здесь тебе уже не подадут ни ложки, ни чистой рубашки, а детям я скажу, что ты уехал на Тибет для протрезвления, просветления и катарсиса. Там щас "безвиз" для таких, как ты.
Вначале Витя подумал - откуда такая смелость? Неужели нашелся охотник на эту дичь? Может старика какого-то подхватила, полковника с большой пенсией?
Потом отбросил эти мысли, не ее фасон и начал думать- а не сьехать ли ему к Лёхе загород и там отсидеться, пока все уляжется.
Набрал ему, Лёха сухо выслушал, и ответил, типо, извини, у меня тут вторая линия на телефоне. Ну, понятно, это если выпить хочешь, море людей находится, а помочь конкретно хрен кого найдешь, все сразу носом водить начинают.
Как вариант, сьехать к Анне- фитнес тренеру с Выхино-Жулебино, но у неё дочь крупная с лишним весом, и на плечах с ней в парке Кузьминки Витя продержался бы недолго, и как полюбить чужого ребенка, если с ее мамой не жарко и не холодно.
Еще несколько попыток Витя сделал по старым связям. Былые товарищи сочувствовали, многие даже предлагали выпить.
Вот они, олени, подкаблучники, сидящие, как мыши, в своих комфортных норах!
Набрать врачу-кардиологу Ирине Константиновне? Нет, это тоже не вариант, там само общение- уже наказание, если только самому хорошо приплатят.
От страха оказаться в квартире у Ирины Константиновны он прикрыл глаза и представил себя голодным и холодным на матрасе в кухне совмещённой со спальней. Ни духовности, не тонкости.
К обеду Витя услышал - обедать будешь, сволочь?
Прости подлеца, больше не буду, рано умирать подумал Витя и понуро побрел на кухню.