Мои посты в Threads притягивают только пенсионерок — видать, решили, что я их шанс на вторую молодость.
Я рассчитывал на большее! Достойные цели будоражат кровь и пугают окружающих.
А ведь я помню июль 93-го. Когда мы с моей юной подругой, вымотанные дневным секс-марафоном, выскакивали из подъезда в районе метро «Аэропорт».
И каждый раз на нас пялились пятидесятилетние старухи с собачками, окопавшиеся на лавочке. Они неодобрительно качали головами, перешёптывались и таращились на её майку, под которой ничего не было, на юбку, что еле прикрывала трусы, и на ее локти с коленками, стёртые до красна.
Так было каждый день. И мы, и они уже наперёд знали, что увидимся в одно и то же время и мы заранее готовились, что б не рассмеяться, проходя через строй.
В очередной раз подруга не выдержала: обернулась, скорчила им милую рожу, сморщила носик, развратно высунула язык, пошла покачивая бедрами и показала, будто бы собралась стащить с себя ещё и трусы до кучи.
Мы счастливо расхохотались, плюхаясь в машину, пока они вместе с собачками что-то тявкали нам вслед.
Я рассчитывал на большее! Достойные цели будоражат кровь и пугают окружающих.
А ведь я помню июль 93-го. Когда мы с моей юной подругой, вымотанные дневным секс-марафоном, выскакивали из подъезда в районе метро «Аэропорт».
И каждый раз на нас пялились пятидесятилетние старухи с собачками, окопавшиеся на лавочке. Они неодобрительно качали головами, перешёптывались и таращились на её майку, под которой ничего не было, на юбку, что еле прикрывала трусы, и на ее локти с коленками, стёртые до красна.
Так было каждый день. И мы, и они уже наперёд знали, что увидимся в одно и то же время и мы заранее готовились, что б не рассмеяться, проходя через строй.
В очередной раз подруга не выдержала: обернулась, скорчила им милую рожу, сморщила носик, развратно высунула язык, пошла покачивая бедрами и показала, будто бы собралась стащить с себя ещё и трусы до кучи.
Мы счастливо расхохотались, плюхаясь в машину, пока они вместе с собачками что-то тявкали нам вслед.