Как ни странно, я одинаково понимаю институции, которые отказываются работать в нынешних условиях, и институции, которые продолжают в этих условиях работать.

Культурные связи внутри, скажем так, большой русскоязычной ойкумены и до этого были проблематичны (о чём и свидетельствует распространение деколониальной оптики), а теперь и вовсе под вопросом само существование этой культурно-языковой области. Потому что никакие спецоперации не способствуют культурному диалогу, а только рвут имеющиеся культурные связи. Банально, но, кажется, многие не понимают этой банальности. Теперь русскоязычности будут максимально избегать, а через пару поколений русскоязычных людей в Украине останется совсем немного. Такая вот денацификация лол.

Конечно, институции, которые особенно заостряли внимание на культурных взаимоотношениях внутри постсовка, не видят смысла в дальнейшей работе. Но какие-то институции должны продолжать работу. И не только институции. Каждому носителю русского языка сейчас важно не просто осознать, что культура рушится, а начать думать, что он будет строить на её месте.

Ну то есть, место пустым точно не будет. И если не ты или не я будем строить новую культуру, то это будут делать другие люди. И понравится ли потом тебе (или мне) то, что они построят?

Причём, не забывайте, что институции, поддерживающие происходящее, продолжают работать. Продолжают работать и те, кто хочет остаться ни хладным, ни горячим, а значит, поддерживает старые культурные конструкции. Так что говорить о том, что сейчас не время размышлять о русскоязычной культуре, неправильно. Сейчас самое время. А то когда вы начнёте размышлять, окажется, что всё уже размыслили до вас. И ничего не изменилось.